Эмпатия на экране. Почему героям фильмов хочется сопереживать
![](https://0d314c86-f76b-45cc-874e-45816116a667.selcdn.net/d9ee7688-d54d-4a01-89ea-4ad0fada2e57.jpg)
Эмпатия играет ключевую роль в повествовании: в развитии персонажа, в том, как она соотносится с напряжением и вовлекает аудиторию в историю через потребности и уязвимости наших персонажей. На более глубоком уровне именно она поддерживает сериал в течение времени.
Для начала давайте посмотрим на разницу между эмпатией и сочувствием.
- Эмпатия определяется идентификацией, «представлением себя на месте другого».
- Сочувствие — это жалость, которую мы испытываем к чужой боли и страданиям.
И то и другое — жизненно важные атрибуты не только для поддержания сбалансированной эмоциональной жизни, здоровых отношений и социализации, но и для создания и поддержания драматического телесериала. Единственная причина, по которой мы возвращаемся к новым сериям, заключается в том, что мы ощущаем персонажей через эмпатию и/или сочувствие и словно переселяемся в них для путешествия во времени. Их проблемы становятся нашими проблемами. Их победы становятся и нашими победами. Итог: мы беспокоимся и вынуждены заботиться о них.
Для меня все истории — это рассказы о взрослении, независимо от хронологического возраста персонажей. Причина в том, что нашим персонажам в историях чего-то не хватает. Можно сказать, что история существует именно потому, что персонаж в некотором роде неполноценен. В мире персонажа может быть пустота — психологическая, эмоциональная, духовная или иная, — которая ограничивает его. Она ограничивает персонажа с точки зрения силы и приводит к инстинктивному созданию механизмов для защиты самого себя. Если в нас есть пустота, мы чувствуем, что не целостны и в каком-то смысле сломаны. Если мы сломлены, то уязвимы и хрупки. Следовательно, наиболее раненые персонажи с наибольшими пустотами, как правило, сильнее защищаются — и часто будут самыми агрессивными и враждебными, потому что они хотят держать людей подальше от себя.
Возьмем аналогию с раненым зверем. Раненое животное, к которому приближаются, становится все более свирепым, потому что знает, что в этот момент оно слабее. Животное переходит в наступление, пытаясь напугать нас и заставить отступить, чтобы защитить себя. Это почти парадоксально — животные ведут себя более свирепо, потому что они менее свирепы. Они создают иллюзию, чтобы чувствовать себя в большей безопасности и защищенности. Похоже ведут себя и персонажи в историях о взрослении.
Прикоснуться к бездне
Персонажам с пустотами, если говорить об очевидном, чего-то не хватает, например интеллекта, физической силы или качеств, благодаря которым они могли бы чувствовать себя более сильными/привлекательными, деловой хватки, друзей, любимых или чего-то совершенно иного. Чего бы им ни не хватало, персонажи часто компенсируют это, переходя в оборону или атаку, вместо того чтобы принять ограничения. Они стараются находить слабые места в других людях, унижать других, чтобы почувствовать себя лучше. В историях о взрослении, будь то пилотная серия или сериал на несколько сезонов, мы станем свидетелями постепенного развития персонажа. Как сценаристам нам следует думать об этом развитии с самого начала, начиная с пилота. Даже в ансамблевом шоу на каком-то уровне каждый персонаж «повзрослеет», и отношения их друг с другом помогают облегчить этот рост.
На более глубоком уровне эмпатии к персонажам каждый сериал исследует отношения персонажа с его или ее пустотой — чего нет, чего не хватает. Чтобы у аудитории действительно сложились отношения с персонажем на много эпизодов, характер должен быть такого уровня сложности, что любые его внутренние проблемы можно решить только внешним взаимодействием с другими персонажами. Сложности добавляет тот факт, что персонажи, как это ни парадоксально, часто нуждаются в том, от чего они защищаются больше всего. То, как персонажи ослабляют свою бдительность — и то, кому они позволяют видеть свою уязвимость, — играет роль в их росте и эволюции. У всех персонажей, от сломленных, ущербных или ограниченных до тех, кто больше в ладу с самими собой, есть пустоты. Может быть, их заполнит какое-то чувство завершенности через отношения, через любовь. Возможно, благодаря честному, искреннему и прямому общению, разрешится то, что, вероятно, долгое время не обсуждалось по вине отчуждения или страха, что у проблемы нет решения; когда оно есть, это приносит облегчение.
Многое делает нас уязвимыми, и причина, по которой мы склонны скрывать свои слабости и пытаться защитить себя, заключается в том, что мы стыдимся своих ограничений. Мы чувствуем, что связаны на более глубоких уровнях только с близким кругом друзей, семьи и людей. Возможно, увидеть истинную, подлинную сторону себя мы позволяем только одному человеку. Это ключ к развитию, взрослению и циклу взросления. История о взрослении — это история о принятии себя.
Мы живем в мире с другими людьми, и принятие себя приходит через одобрение и признание со стороны других. Когда мы молоды, мы стремимся к тому, чтобы другие нас одобряли. Возможно, это наше воспитание: если мы растем в функциональной семье с принимающими, любящими и ценящими нас родителями, то, выходя в мир, мы можем меньше нуждаться в одобрении. Если мы происходим из дома, в котором родители заняты, отсутствуют, или если мы происходим из неблагополучной семьи, мы, возможно, не получили такого одобрения и, следовательно, можем искать его в других источниках. И некоторые из этих источников могут быть не самыми подходящими местами для поиска любви и признания.
Развивая персонажей, мы также можем дать им маски — механизмы защиты от пустот и страхов, с которыми они столкнулись. Это могут быть буквальные маски супергероев или злодеев, но чаще всего это метафорические маски — лица, которые они проецируют в мир, чтобы защитить свое «настоящее» я.
Никто не идеален
При написании пилота необходимо думать, как аудитория впервые встретится с нашими персонажами. Какое первое впечатление произведет персонаж? Это не абсолют, но первые впечатления почти всегда неверны. И мы хотим, чтобы наши зрители ошибались, потому что если мы получаем то, что видим, значит, в персонаже нет никакой сложности, тайны или чего-то еще, что можно было бы обнаружить по ходу сериала, — и это не так интересно. Зрители хотят совершать открытия и сопровождать персонажа в пути его взросления. Когда персонаж решает свои проблемы, завязывает отношения и выходит из них, мы хотим чувствовать, что что-то есть за маской, за поверхностным первым впечатлением, сложившимся у нас о персонаже. Мы начинаем ощущать его уязвимость и страхи и понимаем, что многие модели поведения, принятые персонажами, на самом деле механизмы преодоления трудностей, помогающие им пройти через жизнь.
В основе эмпатии лежит знание того, что никто не идеален. Мы все это знаем; и все же мы ругаем себя за ошибки и суровы к другим людям, если они разочаровывают нас. Немецкий писатель Гете сказал: «Жизнь учит нас быть менее суровыми с самими собой и с другими». Это происходит со временем, когда мы испытываем все больше отторжения и разочарования. Люди подводят нас. Жизнь непредсказуема. Я считаю, что слова «жизнь» и «перемены» — синонимы. Жизнь — это перемены. Это то, на что мы можем рассчитывать. В то же время боль возникает из-за сопротивления переменам. Из-за любых жизненных неопределенностей мы чувствуем себя более уязвимыми. Иногда с нами что-то случается не по нашей вине; в других случаях с нами что-то случается, потому что мы совершаем глупости и делаем неправильный выбор на основе переменных, которые, если оглянуться назад, выглядят как серьезные красные флажки. У всех нас есть саморазрушительные паттерны, модели поведения и пороки. «Никто не совершенен» в отношении эмпатии к персонажу заключается в том, что для нас универсально признавать, что у каждого есть проблемы и недостатки.
Ключ к эмпатии — прощение, один из самых трудных аспектов человеческого бытия.
Прощение требует, чтобы мы отпустили то, что эмоционально повергло нас в какую-то форму смятения. Если наши эмоции не в равновесии, то мы думаем только о восстановлении контроля. Большинство персонажей, неважно, помешаны они на контроле и нуждаются в управлении всем на микроуровне или расслаблены и спокойны, все еще хотят управлять эмоциями. Но все равно эмоции бурлят; то, что мы пытаемся подавить, так или иначе выплывает наружу. Если мы не можем справиться с бурным чувством, мы плачем, у нас бывают перепады настроения, мы набрасываемся на людей. Ситуация, произошедшая с кем-то в прошлом и совершенно не связанная с кем-то новым, может возникнуть неожиданно. Это может быть что-то, подавляемое годами, и его может вызвать другой человек или ситуация. И нашим персонажам для прощения нужно терпение и умение смотреть на картину в целом. И да, никто, не говоря уже о нас самих, не совершенен; мы ошибаемся. Нам нужно, чтобы другие простили нас, и нам нужно простить самих себя за то, что мы неидеальны.
По мере развития персонажей мы часто обнаруживаем, что самая трудная задача, с которой им приходится сталкиваться, — это ситуации, когда нужно простить, забыть и двигаться дальше. Самые знаковые и незабываемые персонажи упрямы и с большей вероятностью будут сопротивляться изменениям и утверждать, что не собираются что-то прощать или забывать. Если кто-то перешел им дорогу, они «никогда больше не заговорят с этим человеком». Тони Сопрано мог бы просто пытать или убивать их. Это безвозвратно, непоправимо и невозможно простить. Конечно, данные слова сказаны сгоряча, и мы также знаем, что со временем раны заживают. Независимо от слов или ярости персонажей ситуации меняются. Они будут и дальше ссориться с другими людьми, которые также потребуют от них прощения. В результате они могут стать более честными по отношению к самим себе и, надеюсь, смогут создать более тесные, более доверительные отношения, позволяя себе быть более уязвимыми и впускать любовь, без необходимости возводить стены и создавать защитные механизмы.
Но это в конце сериала — или в конце жизни. Некоторые из персонажей нашего сериала полны недостатков и склонны к самообману, склонны создавать конструкции, благодаря которым они могут чувствовать себя сильными в ситуациях, позволяющих им справляться с трудностями с помощью своих обычных механизмов преодоления. Те, кто бросает вызов любой из этих вещей, становятся антагонистами. Инстинкт призывает их защищаться от людей, способных оспорить эти конструкты силы.
Я советую вам сразу после обнаружения главной силы персонажа найти силу, ей противопоставленную, и тогда вы получите какой-нибудь непреодолимый конфликт. Не притягивайте его силой, но противоположности всегда танцуют танго на дороге к пониманию. И, возможно, к эмпатии.
Примеры силы, позволяющей справляться с трудностями:
- Дон Дрейпер («Безумцы»)
Сила убеждения
Противостоящая сила: Пегги Олсон, которая видит Дона насквозь. Она обладает силой истины и разума.
- Королева Елизавета («Корона»)
Сила долга/чести
Противостоящая сила: Маргарет, бросающая вызов протоколу. Маргарет обладает силой страсти и желания.
- Уолтер Уайт («Во все тяжкие»)
Сила обмана
Противостоящая сила: агент DEA Хэнк, обладающий полномочиями по принуждению (см. мою статью о «Во все тяжкие» в Бонусном контенте на www.routledge. com/cw/landau).
- Эллиот Алдерсон («Мистер Робот»)
Сила истины, справедливости и честности
Противостоящая сила: корпорация зла и Тирелл Уэллик, обладающие силой обмана.
- Дети в «Очень странных делах»
Сила невинности
Противостоящая сила: правительственный заговор = сила цинизма.