Нью-Вегас, который напел Рабинович: что не так со вторым сезоном «Фоллаута»
В 2024 году вышел первый сезон сериала «Фоллаут» от Amazon Prime по мотивам одноимённой серии игр о непростой жизни в постапокалиптической Америке.
Предыстория такая: в 2077 году случилась ядерная война США с Китаем (по крайней мере, так было в играх). Некоторым счастливчикам повезло встретить её в специальных Убежищах, всем остальным — как в анекдоте про золотой унитаз. Так возникли два параллельных мира: «поверхность», где начался новый Дикий Запад с мутантами, мародёрами и попытками построить новое государство на самых… разных основаниях, и, скажем, подземка, где потомки уцелевших целыми поколениями не покидали стен родного бункера, пока однажды там совсем не заканчивались ресурсы. Тогда-то первых «выходцев» и отправляли посмотреть, что там и как за дверью. Обратно, как правило, не пускали: если только ненадолго, чтобы что-то принесли.
В первом сезоне примерно это произошло с Люси Маклин (Элла Пернелл): жила она себе с папой Хэнком (Кайл Маклахлен) в Убежище 33, пока однажды туда не пробрались рейдеры. Дальше — «мясо, матюки, убийства», папа пропал, и пришлось отправляться на его поиски. На пути Люси встретились Лев и Страшила — точнее, рыцарь Братства Стали Максимус и актёр Купер Говард — гуль (то есть человек, очень сильно высушенный радиацией), родившийся ещё до войны, который тоже искал на Пустоши свою семью: его жена работала в компании Vault-Tec, где и придумали Убежища, поэтому они с дочерью пережили войну, но с «папой» так и не встретились.
Через воспоминания Говарда о жизни до «бомб» зритель понемногу узнаёт, как всё случилось: во вселенной «Фоллаута» в середине 1950-х не придумали микропроцессоры, поэтому компьютеры, холодильники, роботы-пылесосы и всё остальное приспособили работать от ядерной энергии. Может, именно поэтому «нуклеарная» семья тоже никуда не ушла, а эпоха маккартизма в её местном варианте затянулась ещё на век (в Америке 2070-х очень не любят коммунистов). В один момент холодная война между США и Китаем резко нагрелась, однако в сериале бомбы сбросили не китайцы (как в игре), а кто-то из американских «верхов»: не то из Vault-Tec, не то из мифического «дипстейта» (здесь его называют Анклавом). Об этом заговоре Купер случайно узнал незадолго до того, как бомбы упали, и попытался всех спасти (дальше — спойлеры, но, как легко догадаться, всех спасти не вышло).
И вот какая штука: оказывается, что Хэнк, который папа Люси, тоже из Анклава — и родился он ещё до войны, но никому в Убежище 33 об этом рассказывать не стал. Мало того, он и сам сбросил ядерную бомбу — только уже после «войны», на городок Шейди-Сэндс, где тогда как раз обосновалась Новая Калифорнийская Республика (такая военная организация, которая пыталась установить порядок на Пустоши). И не просто так сбросил, а чтобы маме Люси неповадно было ходить на поверхность.
Уместить всю необходимую предысторию в три абзаца едва ли возможно, и восьми серий для такой объёмной мифологии тоже, будем честны, маловато, но задачи «рассказать всё, что было в играх» перед шоураннерами и не стояло. В первом сезоне они вполне удачно рассказали самостоятельную историю в уже имеющемся сеттинге, в новой обёртке перепродали «Фоллаут» тем, кто «в игрушки не играет». Не обошлось, конечно, без перевирания некоторых моментов из игры: бомбардировка Шейди-Сэндс, например, внутри игрового канона не имеет смысла, потому что, произойди она, никаких НКР во всех «Фоллаутах» не было бы (а они, мягко говоря, были).
Но не обошлось — и не обошлось: не для геймеров сделано.
Тем более что события первого сезона происходят на Западном побережье, куда разработчики «Фоллаутов» с первой по четвёртую игру не особо-то стремились заглянуть. Но здесь вот какой нюанс: в конце первого сезона Хэнк убегает в Нью-Вегас — светящийся неоном даже после ядерной войны город из одноимённой игры 2010 года. И тут шоураннерам приходится иметь дело уже с очень конкретным контекстом.
Новый Вегас
Всех тех, кто никогда не играл в Fallout: New Vegas и даже не смотрел трёхчасовые видео об этой игре на YouTube, большая часть событий второго сезона наверняка оставит в недоумении. Например, в третьей серии зрителям представляют Легион Цезаря — одну из главных «вегасовских» фракций. Их «римская империя» — буквально Римская империя на постапокалиптический лад: те же экспансия и рабство, только ещё радикальнее и с более спартанским подходом. Рейх, но с копьями (кроме шуток — огнестрелом у Цезаря разрешено пользоваться только «ветеранам»).
Игра объясняет: да, Легион — жестокий, но только такие порядки и позволили под одними знамёнами объединить вчерашних дикарей. А управляет ими, между прочим, образованный выходец из НКР и Последователей Апокалипсиса (это такая гуманитарная организация, вроде «Красного Креста», умные ребята): он и Сократа поди читал, есть о чём поговорить с человеком. Интересно же? В сериале весь этот глубокий лор игнорируется: Легион Цезаря здесь — просто повод для камео Маколея Калкина (играет легата) и пары шуток о том, что разницы между Священной Римской и «обычной» Римской империей никто из собравшихся не знает (no shit).
Так а что это за организация такая? Догадайся сам.
Ошибочно полагать, что игроки в New Vegas из этой сцены поймут больше. Второй сезон сериала происходит спустя 15 лет после событий игры, то есть одна из её концовок уже случилась — и к чему-то привела. Из того, что в сериале показано (Цезарь умер, нового Цезаря не могут выбрать, Легион раздроблен), следует, что концовка за Легион, где Цезарь захватывает Вегас, неканонична — иначе чего они сидят здесь, на краю карты? Но любая другая концовка, где в битве за Дамбу Гувера побеждают НКР или Мистер Хаус, или даже сам игрок при поддержке Йес-мэна (робота, который не умеет говорить «нет» своему хозяину), тоже не подходит: в этом случае Легион просто не мог остаться на территории Мохаве. Конечно, за 15 лет они могли бы и вернуться, но тогда смысла не имеет сюжет с кризисом преемника и Цезарями-самозванцами — кто-то же должен был вести армию покорять Неваду?
То же самое и с Мистером Хаусом — миллиардером и злым (?) гением, этаким Тони Старком от мира «Фоллаута», который предсказал ядерную войну и умудрился даже спасти от разрушения часть Лас-Вегаса, а потом оцифровал себя и стал единоличным правителем Стрипа (уцелевшей части города) и его окрестностей. Персонажа заявили в самом конце первого сезона: он вместе с другими важными людьми довоенной Америки сидел на закрытом совещании по поводу скорого конца света. Фанаты игры тогда взбунтовались: на игрового Хауса человек на экране походил разве что усами. Во втором сезоне зрителю представляют настоящего Роберта Хауса — оказывается, что человек, которого мы видели раньше, это «банкетный» двойник для публичных мероприятий (чего, скорее всего, не задумывалось — так решили проблему с мискастом), а настоящий гений, миллиардер, плейбой и хозяин Вегаса всё это время жил в пентхаусе своего казино «Лаки 38» и пытался придумать, как спасти мир.
Happy House
Те, кто в игру играли, очень быстро поймут, что новый эксцентричный усач, творящий всякое и до какой-то поры безымянный, — это и есть Роберт Хаус, но для обычного человека на экране происходит непонятно что: «Кто это? Какой Роберт Хаус? А, который вон тот мужик из двенадцати секунд в конце прошлого сезона? И это он типа настоящий? А зачем тогда ненастоящий? А, потому что мискаст был?» — вся эта сюжетная линия нужна только для того, чтобы оправдаться перед фанатами оригинала, которым не понравился актёр. Аудитория сериала о такой проблеме, кажется, не знала вовсе, но вот уже второй раз за сезон оказалась меж двух огней: «Два Цезаря, два Хауса… А кто это такие? И почему это важно для сюжета?»
Складывается ощущение, что после первого сезона создатели шоу передумали ориентироваться на «нового» зрителя, но и играть в игру не стали, поэтому получился фансервис «по мотивам». Нью-Вегас, который напел Рабинович: «Был такой Роберт Хаус, у него роботы, и он злой, но не совсем… И Цезарь ещё был, у него рабы, и он злой, но не совсем…» — и все они вроде бы есть в сериале, но непонятно, зачем.
Сюжетных линий и так слишком много: выходцы из Убежища пытаются обосноваться на поверхности, Кайл Маклахлен взрывает мышам головы в секретном бункере, чтобы обуздать довоенную технологию и насильно превратить всех жителей Пустоши в вежливых людей. Дочка Люси, конечно, надеется не дать ему этого сделать. Гуль продолжает искать свою «замороженную» семью. А в Братстве Стали, на минуточку, разворачивается гражданская война! Но на неё уже не хватает времени, потому что как не рассказать ещё про Хауса, как не пошутить про Цезаря, который не «кайзер»?
Захлебнувшись фансервисом, основной сюжет встаёт на паузу до конца сезона: Маколей Калкин после третьей серии появляется только в финале, и за это время о Цезаре не вспоминают буквально ни разу. То же самое и с Братством Стали: раскол в самой технологически оснащённой и идеологически заряженной фракции послевоенного мира, кажется, должен иметь последствия, но весь этот конфликт остаётся за кадром. И вот ирония: лучшая сюжетная линия второго сезона «Фоллаута» — это история возвращения Мистера Хауса. Его физическое тело протагонист Нью-Вегаса «травил, расстреливал» и избивал клюшкой для гольфа в каждом втором прохождении, но цифровую копию сознания убить забыл — вот она и вернулась.
Сериальный Хаус готовится противостоять Хэнку Маклину с его роболюдьми, а заодно и остальному Анклаву, который, как мы уже знали, живее всех живых. В играх они, правда, предпочитали «роботизации» расстрелы и жителей Пустоши в будущее брать не хотели: все, кто живёт на поверхности, заражены радиацией, а для возрождения мира, которым Анклав собирался заняться, это так себе наследственность. В сериале этот момент радикально переписали: экспериментом оказалась сама «поверхность». И, да, идея заселить Пустошь управляемыми болванчиками — вполне в духе игрового Анклава (а вот что с этим делать дальше, сценаристы, кажется, ещё не придумали).
Amazon никогда не меняется
Но что вообще произошло во втором сезоне?
Ну, Хэнка оставили с очищенной памятью: испытанную на мышах и неудачливых бродягах технологию Люси применила на отце, чтобы он больше не был злым. Вроде помогло. Оказалось, что семья Говарда жива: они даже проснулись после заморозки — и, как это обычно бывает после 200 лет криогенного сна, сразу куда-то ушли, чтобы можно было ещё пару сезонов за ними побегать. Кажется, грядёт новая битва за Вегас: Маколей Калкин стал Цезарем, НКР в последнем эпизоде зашли на Стрип…
Круто, конечно, но событий на одну серию. И это неудивительно, потому что они все и произошли за одну серию. На что ушло ещё семь?
Шутка ли: сразу после первого сезона можно смело садиться за последние два эпизода из второго. До финта с двумя Хаусами как-нибудь догадаешься, с Легионом намного лучше знакомиться в обход глупостей вокруг смерти Цезаря. Разве что всю линию Максимуса придётся пропустить, но она и так ничем не заканчивается. Если смотреть второй сезон вот так, «отрезая» лишнее, то можно даже получить удовольствие, но как-то это… грустно, что ли? Даже из второго сезона «Разделения» половину серий так просто не выкинешь, а уж там-то умели тратить время зря.
Но грустнее всего, что до сериала не дожил Мэттью Перри — звезда «Друзей» и большой поклонник третьего Fallout. В один из визитов на шоу Эллен Дедженерес он сидел с диском в руках и вместо ответов на вопросы рассказывал, как после 12 часов игры не мог разогнуть пальцы. В Fallout: New Vegas Перри озвучил Бенни — обаятельного гада в клетчатом пиджаке, который уже после ядерного апокалипсиса работал на Мистера Хауса и даже чуть было не занял его место. За такое камео можно было бы простить и сюжетные дыры, и неловкий фансервис… А может, и нельзя было. Хаус его знает.
Но если вам не понравился новый «Фоллаут», поиграйте в игру.
Бенни уже заждался.