Машинка Зингера иголочку сломала. О полицейском детективе «Дело № 137»
Одним абзацем
Доминик Молль снял мастерский детектив с шекспировской интригой: чем ближе его героиня находится к разгадке тайны, тем больше риски. Его «Дело № 137» обращается к сложной теме личной предвзятости, от которой не сбежать. Он показывает, что все люди в той или иной мере друг с другом связаны, а потому невозможно принять чистое, независимое решение. С этим фактом тяжело жить, но если не противиться злу и не бороться с ним, то будет только хуже.
Подробно
Штефани Бертран (Леа Дрюкер) находится среди двух огней. Она — сотрудник бюро внутренних расследований парижской полиции, и ей в руки попало крайне сложное дело. Во время протестов движения «жёлтые жилеты» одного из демонстрантов — подростка Гийома (Комо Перонне) — сильно ранило: кто-то выстрелил из травматического оружия в затылок, ранение привело к повреждению мозга. Среди подозреваемых — члены специального отряда полицейских, который создавали для подавления протестов. Во время работы у Штефани возникает куча проблем не только из-за противодействия её коллег, а потому, что обычные люди тоже не хотят с ней взаимодействовать. Она полицейская, а значит, одна из них.
Во французском кинематографе события протестов 2018 года стали важным явлением: о них уже снято несколько фильмов (так, в конкурсе Канн 2021 года участвовал «Перелом» Катерин Корсини). На демонстрации в Париж съезжались представители рабочего класса со всей Франции, причин их недовольства было несколько, одна из них — повышение налогов на топливо. Из-за этого многие бизнесы оказались убыточными, многие не могли себе позволить переход на более экологичную электроэнергию. Протесты продолжались два года и привели к некоторым изменениям в политике Франции. Режиссёр «Дела № 137» Доминик Молль обращается к самой тёмной и тяжёлой странице демонстраций, а именно — к теме полицейского, государственного насилия.
В большинстве стран единственный легальный актор насилия — это полиция, которой разрешено идти на подобные меры в крайних случаях. К сожалению, в таких ситуациях нередки случаи злоупотребления, потому что коллеги могут начать покрывать друг друга, чтобы защитить от наказания. Роль бюро внутренних расследований и подобных им отделов как раз состоит в том, чтобы разжать капкан власти и насилия — вот только сама система против таких институций, хотя и понимает, что в них нуждается. Героиня Леи Дрюкер выполняет важную работу, но ей не доверяют люди — на то есть причины.
Коллеги видят в ней угрозу, считают, что на чужих ошибках она делает себе карьеру, что она не понимает, как тяжело бывает сориентироваться на месте. С другой стороны, Штефани не доверяют свидетели и жертвы полицейского насилия, потому что у них пропала вера в справедливость: они считают, что государство просто наказывает неугодных ему личностей. Политическая ангажированность Доминика Молля очевидна при просмотре «Дела № 137» — он симпатизирует народу, пострадавшему за своё право на мирные демонстрации, и пытается разобраться, в чём же проблема.
Всем правят личные пристрастия. Оказывается, что мама пострадавшего подростка ухаживала за мамой Штефани, когда та сломала запястье. Эта связь делает полицейскую де-факто предвзятой, но правда в том, что мы все в какой-либо степени предвзяты. Люди могут солидаризироваться друг с другом по разным аспектам: трудовому классу, гендеру, этничности и так далее. Сила в том, чтобы проявлять чуткость. В любых событиях участвуют массы индивидов, каждый — со своей историей, в которой надо разобраться, чтобы выяснить правду. Без такого внимательного и деликатного подхода дел будет не 137, а намного больше.