Тверь — город большой, но до недавнего времени единственным местом, где можно рассортировать отходы по фракциям, был экоцентр «Сортировочная», созданный энтузиастами. Сейчас его посещают около 200 человек в неделю. Для города с населением 400 тысяч это статистическая погрешность, но для руководителей центра — супругов Веры и Владимира Полухиных — это реальные люди, которые готовы везти пакеты с пластиком через весь город. Ситуация начала меняться, когда к частной инициативе подключился крупный бизнес: на парковке гипермаркета «Лемана ПРО» открылся новый пункт приёма, который должен связать в единое звено горожан, сортировщиков и заводы по переработке.
Реинкарнация морского контейнера
Григорий Какурников, руководитель проектов по управлению отходами в «Лемана ПРО» Фото: Serega Alucard
Владимир Полухин Фото: Serega Alucard
Новый пункт выглядит непривычно модно для объекта коммунальной инфраструктуры. Это бывший морской контейнер, который отслужил свой срок на перевозках, но вместо того, чтобы отправиться на металлолом, получил вторую жизнь. Его восстановила компания GRASS, применив инженерный подход: внутри установлены датчики температуры и автономная система пожаротушения с пеной. Эта мера предосторожности родилась не из ГОСТов, а из жизненного опыта: в Волгоградской области, откуда GRASS родом, в аналогичный контейнер однажды бросили петарду дети, что привело к пожару. Теперь инфраструктуру защищают от вандализма.
Внутри контейнера — витрина с экологичными товарами и ручной пресс для алюминиевых банок. Сдать здесь можно девять основных фракций, включая пластик, стекло, электронику и текстиль. «Лемана ПРО» не просто предоставила площадку, но и взяла на себя финансирование логистики. Для «Сортировочной» это критически важно: без такой поддержки сбор и вывоз вторсырья остаются глубоко убыточными. Теперь же разделённые на девять фракций отходы отправятся на «Сортировочную», где с ними «поработают» более детально.
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Пластик — это не одна категория, а множество разных: отдельно PET-бутылки из-под напитков, отдельно белые бутылки из-под молока, отдельно бутылки из-под масла, отдельно тара из-под бытовой химии, отдельно полипропилен, отдельно пакеты. То же самое с бумагой, металлом, текстилем и мелкими пластиковыми фракциями вроде крышек, дозаторов, зубных щёток или бритв. Где-то нужно снимать крышки, где-то — нет; где-то важен цвет, а где-то — толщина стенки.
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Это важный момент, потому что он разрушает сразу два мифа. Первый — что весь раздельный сбор якобы потом всё равно сваливают в одну кучу. Второй — что достаточно поставить красивый контейнер, и система заработает сама. Не заработает. Она работает только там, где есть люди, помещение, логистика, договорённости с переработчиками и (пока что) ручное управление всем процессом.
Энергия битого стекла
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Логика этого процесса становится понятной на заводе «Гланит», который забирает у «Сортировочной» стеклянные отходы. «Гланит» — крупное предприятие с железнодорожными путями, большими трубами и гигантскими штабелями готовой продукции. Здесь производят тару — до миллиона единиц в день только на тверском заводе, а есть ещё два, в Алексине и Новочеркасске. Стекло — уникальный материал, его можно перерабатывать бесконечно и без потери в массе, но в России этот цикл постоянно спотыкается о дефицит сырья. Традиционный метод варки стекла из шихты (смеси песка, соды, полевого шпата и ещё нескольких ингредиентов) требует огромных энергозатрат: печи должны работать при температуре 1500 градусов, на необходимые химические реакции требуется трое суток плавления.
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Использование стеклобоя меняет математику производства. Вторичное стекло плавится быстрее и при меньших температурах, то есть экономит энергию и избавляет от необходимости добывать новые ископаемые. Однако сейчас на переработку в стране попадает лишь 10% стекла, остальное десятилетиями лежит на полигонах. Технический директор завода Андрей Васильев вспомнил в этой связи советские студенческие годы, когда бутылка пива стоила 30 копеек, пустая тара — 20, а пункты приёма этой тары находились буквально там же, где продавался сам напиток — так создавалась естественная экономическая мотивация. Сегодня заводу приходится буквально «охотиться» за стеклом: договариваться с ресторанами, закупать бой у тех немногочисленных полигонов, которые всё же извлекают тару из общей кучи мусора, ставить свои контейнеры по приёму стекла в Тверской и Московской областях. Разумеется, «Гланит» берёт стекло и у «Сортировочной», а теперь в его стекловаренные печи попадёт всё то, что люди привезут на новую экостанцию «Лемана ПРО» и GRASS.
Экономика против энтузиазма
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Фото: Serega Alucard
Проблема нехватки вторсырья приводит к рыночным парадоксам. Иногда стеклобой стоит настолько дорого, что заводу выгоднее запустить полный цикл варки из первичных ингредиентов, чем покупать переработанный материал. Так происходит не всегда, конъюнктура постоянно меняется, но именно поэтому такие инициативы, как новый пункт раздельного сбора отходов, важны не только с точки зрения экологического маркетинга. Это попытка создать стабильный поток сырья, который не будет зависеть от случая.
Удобно думать, что проблема сортировки упирается в несознательность граждан: мол, люди не сортируют, потому что им всё равно. Но Тверь показывает более неприятную правду. Люди готовы приносить отходы, экоактивисты готовы их принимать и досортировывать, переработчики готовы покупать хотя бы часть сырья. Узкое место — между этими точками. Не хватает контейнеров, регулярного вывоза, понятной логистики и денег на операционную работу.
Именно поэтому новый пункт на парковке — не столько красивый жест со стороны большого бизнеса, сколько попытка закрыть конкретную городскую дыру в инфраструктуре. Один контейнер, конечно, не изменит систему сам по себе. Но если в городе, где полноценная точка сбора фактически одна, появляется ещё один работающий маршрут для вторсырья, — это вполне практический шаг.
Не должна базовая инфраструктура раздельного сбора в целом городе держаться на энтузиазме нескольких людей. Теперь к этим нескольким людям добавился большой бизнес. По крайней мере в Твери.
