Альбом, который записал Сизиф. Каким получился «Поптех» Basic Boy
На днях вышел «Поптех» — мини-альбом на 6 песен и буквально 12 минут от артиста Basic Boy.
Basic Boy — уроженец Уфы Максим Окунев. Ещё в 2017-м он переехал в Петербург в качестве амбициозного рэп-фрэшмена и с тех пор, сколько ни старался, так и не смог стать большой звездой. «Поптех», кажется, никто, не слушает; вряд ли Окунев запрыгнет с ним в последний вагон своей славы. Тем интереснее было его включать: это буквально музыка несбывшихся надежд, неосуществленных планов.
В своей основе музыка на «Поптехе» — старый добрый поп-рок. Можно даже сказать точнее: это поп-рок конца нулевых или начала десятых. Окунев использует рок-ритмы, совершенно роковый бас, местами даже прямо электрогитары, заливает всё специфическим синтезаторным дребезжанием, какого было много в пост-ню-рейв роке. Вроде бы странно для человека, всюду представленного как рэпер, но в интервью Окунев много раз говорил, что подростком угорал именно по мейнстримному (его тогда называли «альтернативным») року нулевых и любимой группой юности всегда называл My Chemical Romance. Песни «Поптеха» — некоторая форма эмо-рока.
50 оттенков Бэйсика
Часть статьи не может быть отображена, пожалуйста, откройте полную версию статьи.
В шести треках Окунев открывает душу и делится со слушателем своей болью. В песне «глупые» вспоминает закончившиеся отношения (Окунев недавно развелся): «Глупые слёзы погасают на щеках / Глупые розы не вернут мне всё назад». В «дефтоунс» рассказывает про девчонку, которая слушала, собственно, Deftones и с которой они уже не смогут быть вместе: «Ты где-то там, а я где-то тут / Заплутал меж попыток вернуться в игру / Так много один, так мало живу / И в этих панельках тебя не найду». В песне «хэппи» хочет начать жизнь заново и снова обрести счастье. В песне «ступни» описывает, как конкретно это счастье могло бы выглядеть: «Ступни на лицо мне / Люблю эти ноги», «Плюнь в открытый рот мне», «Скована веревкой / И прижата к полу», «Сам сниму те туфли / Рваные колготки / Взять тебя на руки / Я не чувствовал эмоций». Важно, что Окунев — привлекательный брюнет с открытой улыбкой: если «Поптех» не принесет ему эротическую переписку хотя бы с парочкой поклонниц «Сумерек» и «50 оттенков серого», то на женщинах России можно будет ставить крест.
По форме эмо-роком (близком, правда, скорее к электронному попу и хип-хопу) был уже прошлогодний альбом Окунева «никто, нигде». Там есть грувовые и даже прямо танцевальные вещи, но тексты без шуток вгоняют в депрессию: «Молодость мне много обещала / Оказалось, молодость мне врёт / Молодость мне много показала / Молодость всё это заберёт». Это уже не уютная стилизация под грусть, которая годится только как предлог для знакомства с альтушками, а болезненная исповедь. В финале Окунев вообще отбрасывает поп-форму и поверх слушателя кается перед всеми, кого подвёл, причём выставляет себя в неприглядном свете: видимо, это единственный артист в истории, который признался, что пока ждал успеха, просто жил на деньги своей девушки. «Смотри внимательно и делай: Бэйсик, «Вредные советы» / По моим паденьям можно написать учебник / “Как ******** (потерять) карьеру 101” и “Как не стать легендой”».
Окунев — посредственный мелодист и едва компетентный композитор: даже удачные мелодии в его песнях минимально обыгрываются при помощи структурных ухищрений: бриджи, подпевки контрапунктом, инструментальные соло или смены ритма здесь лучше и не искать. Обычная песня Basic Boy — это двухминутный бит и пение поверх. Парадоксальным образом, эта внешне ультрасовременная музыка внутри себя очень консервативно подчинена текстам: она является лишь фоном для пения неловких отчаянных стихов.
Сложно назвать нынешнюю фазу Окунева потрясающей поп-музыкой, но также невозможно и просто от неё отмахнуться: его контринтуитивный анти-поп глитч-эмо-рок интересно слушать как форму авторской песни. Проникновенные песни-признания под аккомпанемент. Звучит как ахинея, но просто сравните невеликую музыку под маркой Basic Boy с тоже, мягко говоря, не хватающими звезд с неба эмо-упражнениями некогда хитмейкеров Мукки и «Папиного Олимпоса». Окунев свои песни пишет не по трафаретам из коллективного бессознательного, а, если угодно, собственной кровью.
Не повезло
Часть статьи не может быть отображена, пожалуйста, откройте полную версию статьи.
Можно точно вычислить точку, в которой Окунев сломался и из фрэшмена превратился в страдальца. В 20-х числах февраля 2022-го Окунев умудрился выпустить большой сольник «Ничто, никогда», где в заглавной песне меланхолично пел «Ничто никогда не будет, как прежде». На альбоме были фиты с ЛСП, GONE.Fludd и Boulevard Depo; очевидно, всем участникам казалось, что это поп-прорыв Окунева, момент, когда он станет звездой.
С 2018-го по 2022-й Окунев поработал со всеми крупными фигурами нового русского попа. Он был на прорывных альбомах Cream Soda и Лауд, записывался с Салуки времен «Властелина калек». Музыку этого его периода слушать, как ни странно, менее интересно, чем нынешнюю. Альбом «Superworld», окружавшие его синглы, мини-альбомы, гостевые появления у селебрити эпохи сохранили только общий флёр «модной музыки» — условного межжанрового месива, охватывающего всё, что угодно от 100 gecs до FKA Twigs. Мелодий там тоже мало, мало композиторских удач, зато есть попытки ухватить дух времени, с годами ставшие прямо кринжовыми.
Часть статьи не может быть отображена, пожалуйста, откройте полную версию статьи.
Окунев, например, в 2019-м посвятил целую песню Александру Долгополову, принцу русской независимой комедии конца десятилетия. Кажется, что ход идеальный: и новую аудиторию привлечёт, и старым слушателям подтвердит, что Basic Boy — это круто. Но песня вышла ровно в момент, когда Долгополов вошёл в саморазрушительный раж и после серии публичных выходок из любимца публики стал интернет-мемом. Запрыгивать на поезд хайпа Долгополова в 2019-м — рекламный ход в духе выпуска поп-альбома в конце февраля 2022-го. То есть перед нами не столько даже случайность, серия случайностей, цепь неконтролируемых неудач, а прямо-таки паттерн. Есть звезды, которые чуют за версту успех и хайп, а есть артисты приманивающие к себе неудачу. Над Окуневым будто висит некий… рок (поняли?).
Часть статьи не может быть отображена, пожалуйста, откройте полную версию статьи.
Это важно проговорить, потому что Окунев, конечно, никакой не артист-неудачник. Его длящаяся уже больше десятилетия карьера — интересна, любопытно слушать, в целом, все его песни. Он талант, и, если отвлечься от успеха у публики, талант вполне «первого ряда». Просто он всегда получает за свои действия в разы меньше, чем, кажется, получил бы любой другой на его месте.
Как мир стремится быть высоким
Часть статьи не может быть отображена, пожалуйста, откройте полную версию статьи.
Поп-звездой Окунев должен был стать ещё весной 2017-го. Тогда он и его кореша из группы Dopeclvb выпустили идеальный поп-рэп-альбом «Dopet4pe». Там были безупречные арэнби-баллады от Томаса Мраза, заразительные андеграундные пулемётные прогоны i61, парадоксальные куплеты Glebasta Spal, праймовые биты Салуки и Padillion (буквально за минуту до того, как первый станет первоклассной звездой и главным новатором русского рэпа, а второй примется делать футуристичные хиты Инстасамки).
И связывал всё это идеальный рэпер / певец под автотюн Basic Boy. Меланхоличный, задорный, томный, насмешливый, бесконечно энергичный он склеивал своими куплетами и мелодиями стилизации под новый рэп, старый поп и электронику разных эпох в новый русский поп, которому и аналогов было не подобрать. Все его сильные стороны на альбоме подсвечены лучшим образом, а слабости заретушированы работой коллег в прайме. На альбоме так много быстро сменяющихся партий артистов, что Окуневу просто не приходится думать о композиции: вместо предприпева у него всегда есть под рукой чей-то крутой куплет, а вместо соло — можно просто замолчать, и слушателя заворожит превосходный бит.
На «Dopet4pe» легко найти то, что уже через год-два сделает огромными звёздами других: Салуки, Gone Fludd, Cream Soda — но сами Dopeclvb своим художественным успехом не воспользовались. Группа распалась даже до какого-либо турне, а полноценное воссоединение произошло только в прошлом году, когда далёким воспоминанием стала уже эпоха альбома как таковая, не говоря о конкретном «Dopet4pe».
На «Dopet4pe» осталась и лучшая песня Окунева, неслучившийся поп-хит и настоящая визитная карточка артиста рождённого для неуспеха: заводной слакер-рэп «Лоулайф». В ней невероятно заразительная мелодия, припев въедается в память намертво, пение Окунева и смешная читка вызывают улыбку даже после ста прослушиваний. Это поп-шедевр — вещь, которая одна бы дала карт-бланш делать любой средний эмо-рок хоть до конца жизни. Но там ещё и текст поразительный.
Всю песню Окунев рассказывает, как он вкатывается в свою вот-вот долженствующую начаться рэп-славу: ездит на метро, запивает «бухло за три сотки вишневым соком», «лайфстайлит прям на дно», «играет в прятки с кэшем». Понятно, что это пародия на бесконечный рэп, в котором новые звёзды хвастаются своим успехом и богатством, но одновременно это и честное отражение универсального, не привязанного к эпохе образа жизни молодых артистов, перебивающихся мелкими заработками, но переполненных счастьем — счастьем молодости, здоровья, радости дружбы, влюблённости и просто жизни в большом интересном городе.
В песне есть строчка пародирующая трагически-романтическое скриптонитовское изображение молодости в ожидании славы – «Я на самом дне притона, я в хламину». Окунев отвечает: «На дне притона? Нет, я всё ещё в пантеоне!». Невозможно избавиться от мысли, что вся его последующая карьера — это наказание завистливых Олимпийских богов, которых покоробило то, как легко и даже с радостью он принял лишения и ограничения небогатой юности, как мало ценил удачу быть в группе сразу из четырёх талантливых певцов и петь под биты лучших битмейкеров поколения. «Ах ты в пантеоне? Ну так поживи так ещё десять лет. Помнишь чувака, который вечно толкал в гору камень? Вот ты так же будешь вечность толкать в гору свою карьеру».
«Поптех» в этом смысле — штука, которую мог бы записать Сизиф. Признания и воспоминания почти смирившегося с поражением, почти расплатившегося до конца за свою гордыню самого жизнерадостного и насмешливого артиста поколения. Вряд ли большое искусство, но оторваться невозможно.