Как ставили «Искусство бросать жребий»: режиссёр, актёры и художник — о спектакле по роману Павла Крусанова

В основу спектакля лёг роман «Бом-бом, или Искусство бросать жребий» — один из ключевых текстов писателя. Проза Крусанова, долго существовавшая почти исключительно в пространстве текста, впервые переносится на сцену. Это исключительная попытка найти театральный язык для автора, которого считают одним из самых необычных и выдающихся русских прозаиков рубежа веков.

Критики не раз сопоставляли прозу Крусанова с литературой Милорада Павича. Так, литературовед Илья Кукулин писал, что Крусанов «изобрёл, как можно стилистику Павича применить к анализу русской действительности и современного русского сознания».

Роман «Бом-бом, или Искусство бросать жребий» впервые вышел в 2002 году. В центре сюжета — род Норушкиных, семья со странным наследством. Когда-то их древний предок нашёл место, связанное с падшим ангелом. С тех пор из поколения в поколение Норушкины бросают жребий за других.

В разные века этот жребий становится любовным выбором, искушением, отчаянием и соблазном совершить непоправимое. Философия выбора и историческая ответственность перед потомками — две главные темы спектакля.

Алёна Лазько

Режиссёр «Искусство бросать жребий» и художественный руководитель Театра Труда

«Бом-бом, или Искусство бросать жребий» — роман Павла Крусанова, в 2003 году ставший финалистом премии «Национальный бестселлер». Он о старинном дворянском роде, представители которого стали носителями тайного знания, и, как только происходили сбои в их работе, в стране случались исторические потрясения. Мне подумалось, что это ведь почти про Театр Труда и трудовые династии. Но если серьёзно, то эта история про предназначение и сложный выбор.

Меня когда-то потрясла эта книга не только эпохальным размахом, но и тем, как Крусанов сшивает источники — апокриф о падшем ангеле соседствует с целым куском из египетской Книги мёртвых — и отдаёт их современному герою.

В спектакле мы проживём с героями четыреста лет: от 1571-го (Крымский поход на Русь и крупнейший пожар Москвы) через екатерининские времена (Турецкая и Шведская войны, Великая французская революция) к 1937-му. Но ключевая линия протянута через перелом тысячелетия — конец наших девяностых и начало нулевых.

Несмотря на то что спектакль про выбор, постановочно мы сознательно не пытаемся выбрать между иронией и патетикой, документом и мифом, текстом Крусанова и нашими придумками. Поэтому артисты у нас не исполнители, а активные соавторы: многое в спектакле придумано вместе. Помогает нам ещё синтез разных театральных форм: слово, пластика, музыка и свет работают на равных. Но выбор в финале всё же происходит. И делает его зал.

Родион Прилепин

Актёр, играет Норушкина — одного мужчину с тремя лицами одного рода

Для меня роман Крусанова — это своеобразный культурный экскурс в 2000-е: особая какая-то зацикленность на постмодернистской стилистике формировать смыслы. Будто автору хочется говорить на серьёзную тему, но ему приходится всё это камуфлировать в «я только играю», местами это доходит до фиглярства. Но при этом богатство языка, знание законов жанров — всё это помогало мне верить, что там, за этими слоями, что-то есть. И таки нашлось: противостояние «высшего» предназначения и «земного» долга. Вот между этих двух путей и выбирает герой нашего спектакля, бросая жребий, в случае если выбор невозможен. А ситуация и правда сложная: что-то внутри тебя говорит: «Ты должен это», и тут же доносится голос извне: «Игнат, помоги мне тут с продуктами». И, наверное, раз этот выбор дан чем-то, что больше нас, то и выбирать не нам, пусть выпадет что выпадет. Делай что должен, и будь что будет. За время спектакля мой персонаж вырастает над собой, разрешая одну и ту же вечную проблему, следуя из эпохи в эпоху, и в современности (2000-е) понимает, что наступает момент, когда нужно делать шаг, даже если невозможно решить, правильный он или неправильный. Шагаешь, а время рассудит.

Александра Хромова

Актриса, играет Катю — женщину, которая возвращается в эту историю в разные века и остаётся рядом с Норушкиным в каждой эпохе

Витиеватая, акварельная, наполненная смыслами проза Павла Васильевича Крусанова переродилась в нашем спектакле в трогательную историю о выборе человека.

Мы каждый день бросаем свой жребий, от которого зависит вся наша дальнейшая жизнь. И как редко мы выбираем стоять за свои принципы и своё предназначение: всё чаще мы, к сожалению, выбираем просто плыть по течению.

Главный герой произведения — звонарь Норушкин. Он во все эпохи один и тот же. И каждый раз он склоняется перед одним и тем же выбором — звонить в колокол или не звонить. Чаще всего он выбирает звонить, ставя на кон семью, свободу и свою жизнь.

Также эта история про выбор женщины: быть рядом со своим мужчиной или не быть в тяжёлый для него момент. В нашем спектакле звучит фраза, которая меня трогает: «Бросать жребий — это секунда. А быть рядом — это всю жизнь, каждый день, без перерыва». Моя Катя в каждой эпохе разная: у неё может быть разный характер, разная одежда, разная внешность, но выбор в каждом времени у неё один. И мне, безусловно, интересно сыграть такую сильную духом девушку.

Каждому человеку, пришедшему на спектакль, когда-нибудь придётся бросить свой жребий. И хочется верить, что мысли, которые мы заложили, подтолкнут зрителя к правильному выбору.

Иван Оранский

Актёр, играет иного: третьего, который всегда оказывается рядом. Друг, оборотень, заказчик — тот, кто приходит и говорит: «Бросай»

Первое, что бросилось в глаза лично мне, когда я изучал роман, — это язык, которым умело владеет автор. Мы делились впечатлениями от прочитанного, и я никак не мог поверить, что «Бом-бом, или Искусство бросать жребий» был выпущен в 2002 году. Да, это угадывается, когда речь идёт о современности, но, когда начинается историческая часть, — тут уже моё почтение. В каждой эпохе, затронутой в романе, ты ощущаешь темпоритм того времени, стиль, и в этом я чувствовал огромное уважение Павла Крусанова к русской литературе и культуре.

В нашем спектакле «Я» вечно разный, и это неспроста. «Я» по сути — падший ангел, без своей собственной идентичности, утративший её. «Но без меня не было бы выбора, а осталась бы только привычка. К сожалению, одной привычкой ангелов не помнят».

«Искусство бросать жребий» — это сложный спектакль, где изучается природа разума и ценностей. Мы намеренно погружаемся корнями в этот сложно сплетённый узел, чтобы стать хоть немного ближе к самим себе и в конце концов сделать свой собственный «выбор».

Александр Петлюра

Художник спектакля

Я люблю делать проект единым, для меня нет отдельно костюмов и отдельно сценографии, всё всегда целое. Для «Жребия» я отказался от больших декораций. На 400 лет, которые охватывает спектакль, не хватит никаких задников и декораций. Театр Труда — это маленькое красивое чёрно-белое пространство, мне показалось, что надо только со светом работать, ну и, конечно, куда без берёз, а берёзы они и не менялись 400 лет.

Я начал читать роман, когда ехал в электричке, обычно езжу на машине, а тут пустая электричка, а в ней такое сосредоточение бывает, и мне пришёл образ «сподни», это и есть та же самая берёза, на которой рисунок времени. В пелёночку оборачивают младенцев. Так и наши герои 400 лет в сподне. Вот такие гениальные идеи приходят в электричке, я вообще бы сказал, что, когда нет времени подумать, садись в электричку и за два часа всё решишь.

Показы спектакля «Искусство бросать жребий» пройдут в Театре Труда 29 июня и 14 июля в 20:00.  

Подготовила Ольга Чучадеева