Чучела, палачи и свиная кровь: пять тяжелых фильмов о детском насилии
«Чучело», Ролан Быков (1983): анатомия буллинга по-советски
Фильм Ролана Быкова «Чучело», снятый по повести Владимира Железникова, стал прорывом для советского кино — впервые на экранах советские школьники были показаны не идеальными пионерами, а жестокой сплоченной стаей. Из-за этого картина вызвала бурные споры: одни требовали запретить ее за дискредитацию советских детей, другие хвалили авторов за смелость и правду. Кстати, в основу истории лег реальный случай с племянницей писателя, которая взяла на себя чужую вину, после чего весь класс объявил ей бойкот. Наивная шестиклассница Лена Бессольцева (яркий кинодебют Кристины Орбакайте) приезжает в провинциальный городок к деду, чудаковатому коллекционеру картин, которого играет Юрий Никулин. Из-за замкнутости деда и собственной неловкости Лена сразу становится объектом насмешек. Желая завоевать расположение одноклассников, она вместе с ними смеется над собой, но добивается этим прямо противоположного эффекта — и ей дают унизительное прозвище «Чучело». От нее не отворачивается только обожаемый всеми Дима Сомов.
Однажды класс решает прогулять урок. Под давлением учительницы Сомов проявляет слабость и выдает всех. Лена, случайно узнавшая об этом, берет вину на себя, рассчитывая, что Дима вот-вот признается. Но испуганный Сомов молчит, а класс разворачивает против Бессольцевой настоящую репрессивную кампанию. Из страха перед толпой и сам предатель начинает истязать Лену вместе со всеми.Травля вскоре выходит из-под контроля: от издевательств класс быстро переходит к физическому насилию и совершает почти средневековый ритуал — сожжение платья Лены с табличкой «Чучело-предатель». Лена этого выдержать уже не может. Она бреется налысо, приходит в таком виде к Сомову на день рождения и рассказывает всем собравшимся о том, кто на самом деле их заложил. Класс тут же переключает агрессию и объявляет бойкот уже Диме, но Бессольцева отказывается участвовать в мщении. В финале она уезжает с дедушкой из города, а одноклассники пишут на доске мелом «Чучело, прости нас!».Картина Быкова не совсем про школьную травлю — режиссер исследует то, как легко коллективная обида превращается в фашиствующий психоз, где есть свои идеологи («Железная Кнопка»), свои силовики, приспособленцы и молчаливое большинство. Процессы, которые происходят ежедневно в мире взрослых, в закрытом обществе подростков принимают еще более уродливые формы и воспроизводятся гипертрофированно. Тут нет полутонов и морального дуализма. Поступки одноклассников Лены нельзя оправдать ничем, это чистое зло. Впрочем, оно не берется из ниоткуда — просто дети очень хорошо учатся у своих родителей. Гораздо лучше, чем те думают.
«Класс», Ильмар Рааг (2007): цена чести
Увы, школьная травля иногда превращается в кровавую трагедию. Фильм эстонца Ильмара Раага, показывающий семь дней из жизни обычной таллинской школы, — об этом. В эпиграфе режиссер спрашивает: «Что такое честь? Думаю, в нашем языке нет такого слова». Это задает тон всему сюжету: никто из героев Раага не ищет справедливости, а выживает тот, кто умеет вовремя примкнуть к стае.
Йозеп — тихий парень, изгой, над которым и так все издеваются, — не забивает мяч в кольцо на уроке физкультуры. Лидер класса Андерс начинает после этого травить Йозепа с удвоенной силой. Его даже заталкивают в женскую раздевалку без одежды. Но в какой-то момент один из обидчиков, Каспар, неожиданно для всех заступается за жертву — нет, в нем не взыграла совесть, просто рядом рядом оказалась его девушка Тея, которая осуждает буллинг.
На следующий день Каспар пересаживается к Йозепу, пытается защищать его, чтобы не портить отношения с Теей, но сам оказывается под прицелом одноклассников. Теперь они оба — «чужие». Остальные ребята врут учителям, подставляют парней, устраивают им ловушки и распространяют грязные сплетни про их дружбу, а однажды совершают над ними сексуализированное насилие и фиксируют процесс на камеру.
После такого унижения парни решают убить обидчиков — у отца Йозепа дома есть оружие. План удается реализовать сполна, но в суматохе пулю получает и ни в чем не виноватая Тея. Слыша полицейские сирены, друзья договариваются синхронно уйти из жизни. Но Йозеп «уходит», а Каспар — нет. Фильм кончается его словами «Я не умру вам назло». Как далеко мы готовы зайти, чтобы не оказаться на месте изгоя? И имеют ли право на любую защиту своей чести те, кого ежедневно унижают? Рааг не ищет виноватых и не дает ответов на эти вопросы, потому что правильных ответов быть не может.
«Кэрри», Брайан Де Пальма (1976): инструкция по превращению в живое оружие
«Кэрри» — еще одна история о том, как буллинг может превратить сломавшегося человека в живое оружие. Главной героине, Кэрри Уайт, не повезло дважды. Дома её прессует мать — религиозная фанатичка, которая видит грех буквально во всём, а в школе над ней ежедневно глумятся одноклассники. Из-за гиперопеки и изоляции Кэрри вообще не понимает, как устроен реальный мир и её собственное тело.
Однажды в школьной душевой у Кэрри впервые начинаются месячные. Она думает, что умирает, и в панике просит о помощи, а одноклассницы в ответ только хохочут и закидывают её тампонами. Только учительница физкультуры вступается за девочку — она наказывает заводил и запрещает им идти на выпускной.
Одна из учениц, Сью, чувствует вину за травлю и уговаривает своего парня, самого популярного мальчика в школе, пригласить Кэрри на бал. Кэрри, разумеется, соглашается. Она сама шьёт платье, красится и впервые в жизни начинает верить, что может быть счастливой.
Но обиженная заводила Крис решает жестоко отомстить. Она с парнем подделывает результаты голосования, чтобы Кэрри выбрали королевой бала, и прямо в момент триумфа, когда Кэрри стоит на сцене в короне, ей на голову выливают ведро свиной крови. Тяжёлая металлическая ёмкость падает и убивает её спутника, а весь зал заходится диким смехом.
С детства у Кэрри проявлялись способности к телекинезу, и в этот момент вся накопленная годами боль вырывается наружу. Силой мысли она наглухо запирает двери в спортзал и устраивает пожар. Ей уже всё равно, кто перед ней — жестокие задиры или ни в чём не повинные люди. По дороге домой Кэрри уничтожает своих обидчиков в машине, а дома сталкивается с матерью, которая решает зарезать «одержимую» дочь. Защищаясь, Кэрри убивает и мать, а потом в приступе отчаяния обрушивает весь дом, хороня под обломками и себя тоже.
Если долго и безнаказанно втаптывать человека в грязь, рано или поздно этот нарыв лопнет, захлестнув всех. В «Кэрри» это показали через мистику. Так устроен любой хороший хоррор: их снимают не для того, чтобы напугать, а для того, чтобы заявить на радикальном языке о радикальных проблемах.
«Белая лента», Михаэль Ханеке (2009): этимология детского насилия
«Белая лента» — фильм гораздо более глубокий и жуткий, чем остальные в этой подборке. Ханеке, в отличие от Раага и Де Пальмы, попытался понять, из-за чего механизмы насилия запускаются в человеке с самого детства и почему взрослые с этим ничего не делают. В 1913 году в тихой немецкой деревне происходит серия странных и жестоких событий: кто-то калечит лошадь барона, устраивает поджог, а потом зверски избивает мальчика-инвалида и сироту. Оказывается, все это устроили дети, которых местные авторитеты — пастор, доктор и барон — воспитывают очень специфическими методами. Например, пастор за малейший проступок бьёт детей розгами и заставляет их носить белые ленты на руке или в волосах — якобы как напоминание о «чистоте и невинности». Такое изощренное унижение под видом заботы о душе ломает детей, вынуждает их жить в постоянном страхе и чувстве вины. В ответ дети сделать ничего не могут, но, конечно, очень хотят. Их совершенно здоровая злость просто не находит выхода. Поэтому, впитыв взрослый садизм, они начинают тайком вымещать его на тех, кто еще слабее. Молодой учитель постепенно понимает, что в деревне действует целая группировка малолетних садистов, пытается распутать этот узел. Но другим взрослым удобно не замечать очевидного, потому что у каждого в этой деревне есть свои тайны и двойная жизнь. И финал остается открытым — никто не называет имен преступников прямо, никто не оказывается наказан. Показывая «послушных» детей-преступников, Ханеке показывает истоки будущего фашизма: именно это поколение через двадцать лет с восторгом наденет форму со свастикой и утопит мир в крови. Но ханжеская лицемерная мораль и жесткое подавление любой субъектности ребенка под видом заботы о нем же остаются актуальной проблемой не только для начала ХХ века и не только для Германии. Что из этого следует — мы уже видели. А если кому-то это не нравится, всегда можно повязать на глаза белую ленту.
«Форма голоса», Ёситоки Оима (2016): смерть буллинга
«Форма голоса» — довольно редкое и очень важное кино о травле. Это аниме показывает то, о чём обычно молчат: а что происходит после? Как жить дальше и жертве, и самому агрессору, когда школьный ад вроде бы остался позади?
В начальной школе Сёя был обычным задирой. Когда в класс пришла глухая девочка Сёко, он вместе с другими детьми начал над ней издеваться. Но когда о травле узнали взрослые, одноклассники мгновенно свалили всю вину на Сёю. Девочка перевелась в другую школу, а Сёя сам оказался на месте изгоя — его начали точно так же бить, подставлять и бойкотировать.
К старшим классам Сёя превратился в глубоко одинокого человека, съедаемого виной и стыдом. Он закрылся от мира, решил, что не достоин иметь друзей, и задумал самоубийство. Но перед смертью решил сделать последнее — найти Сёко и попросить у неё прощения.
«Форма голоса» показывает, что уходить в самобичевание — это не искупление. Единственный выход для бывшего агрессора — найти смелость признать ошибку и попытаться её исправить. Сёя учит язык жестов, находит Сёко и вместо того, чтобы просто выпросить прощение для очистки совести, начинает реально помогать ей: ищет для неё друзей, защищает и учится слушать. Его спасением становится действие, забота о другом и отказ от мысли, что он безнадёжен.
А для Сёко спасение — принятие себя и осознание, что она не виновата в своей особенности. Встреча с изменившимся Сёей и появление людей, которые принимают её настоящую, помогают ей перестать винить себя за то, что она существует.
Буллинг калечит всех — и тех, кого унижают, и тех, кто унижает (а потом зачастую сам попадает под этот же каток). Но из любого замкнутого круга можно выйти — не через месть или суицид, а через разговор, признание своей вины и умение снова посмотреть в глаза людям, от которых ты когда-то закрылся.
Подготовил Алексей Черников