Место с переплетом. Как устроен книжный «Озеро» в старом доме на Хитровке
Район Хитровской площади и соседних переулков давно полюбили художники, туристы и съемочные группы: уж больно живописен этот кусочек старой Москвы. В XVII–XVIII веках его называли Белым городом, поскольку на «белых», освобожденных от земельного налога землях селились знатные люди и духовенство. По другой версии, все дело в цвете белокаменных крепостных стен. Они были призваны защищать город от набегов, но к концу XVIII века обветшали, поэтому их разобрали. Остались лишь фрагменты, которые сегодня можно увидеть в знаменитой «Яме» на Хохловской площади.
Извилистые улочки Белого города застраивались деревянными, а потом и каменными зданиями. Страшный пожар 1812 года стал настоящей катастрофой: сгорели две трети построек. Москву пришлось восстанавливать улицу за улицей. Дело оказалось небыстрым, и тогда известный меценат, генерал-майор Николай Хитрово приобрел две заброшенные усадьбы рядом со своим домом в Подколокольном переулке: у прежних хозяев не хватало средств, чтобы их восстановить. Хитрово создал на их месте новую площадь и подарил ее городу. А заодно возвел торговые ряды — чтобы москвичи могли всегда купить свежие продукты. Благодарные за заботу жители города увековечили его имя в названии площади — Хитровская или попросту Хитровка, как потом стали называть и прилегающие районы. В последней четверти XIX века атмосфера здесь изменилась: появились ночлежки, служившие приютом десяткам тысяч «хитрованцев». Состав обитателей был пестрым: попрошайки, бандиты, воры. В доме Ярошенко, в частности, работал знаменитый трактир «Каторга», куда Гиляровский привел Станиславского и Немировича-Данченко, желавших набраться впечатлений для постановки «На дне», а потом спас от нападения местных лихачей. В общем, концентрация истории на квадратный метр в этих местах буквально зашкаливает.
Редактор и книжный иллюстратор Кася Денисевич рассказывает, почему открыла здесь книжный магазин: «На самом деле город не такой уж большой, и довольно сложно найти помещение, которое нуждалось бы в помощи и при этом оказалось бы тебе по силам. Я люблю просто так полистать “Циан”, узнать о заброшке в районе Третьего кольца или увидеть хорошо знакомые дома изнутри. Мне интересны скрытые кусочки города, его изнанка, какие-то детали, провалившиеся во временные щели».
Когда ищешь помещение для книжного магазина, приходится учитывать сразу несколько факторов. Анастасия Колесник, директор «Озера», добавляет: «Например, нам хотелось, чтобы помещение можно было целиком охватить взглядом. Часто здание можно рассмотреть только с улицы, по которой идешь, особенно в центре. А наш угол дома Ярошенко прекрасно виден с Хитровской площади, откуда открывается перспектива Подколокольного переулка, и теплый свет из наших многочисленных окон работает как приглашение».
Дом, требующий внимания и заботы
Долгое время дом Ярошенко датировали серединой XIX века. Но в 2004 году с фасада отвалился кусок штукатурки и обнажил кирпичную кладку и изразцы с львиными мордами. Скульптор Николай Аввакумов, житель дома и учредитель фонда «Хитровка», установил, что ядром постройки была боярско-дворянская усадьба середины XVII века. Дом неоднократно перестраивали, у него сменилось несколько владельцев, пока в 1872 году он не перешел в собственность Елизаветы Ярошенко, дочери статского советника Платона Степанова. Ее фамилия и закрепилась в названии.
В советское время трущобы Хитровки разогнали, а в доме появились коммунальные квартиры — они сохранились по сей день. В 1970-е в комнате писателя Александра Асаркана собирались деятели московского андеграунда, которые сформировали литературный кружок. В 2000-е Алексей Балабанов снял в изрядно потрепанном доме типичный питерский двор-колодец для «Брата-2». От бурного прошлого на фасаде вывеска в стиле модерн: «Пиво. Воды. Столовая. Чайная». Надписи появились до революции или в первые годы нэпа, четыре года назад их отреставрировала команда проекта «Вспомнить всё», которая возвращает к жизни старые вывески Москвы.
А на месте бывшей «Каторги» теперь находится «Озеро». Кася Денисевич рассказывает: «Перед тем как мы заехали, здесь собирались открыть ресторан, но в итоге отказались от этой идеи. Дом требует много внимания и заботы, в том числе реставрации деталей. Хотя мне нравится, как он выглядит — как настоящий старый дом, а не вычищенный новодел. Конечно, его резиденты — тем более жители — воспринимают это не столь романтично: жить здесь непросто, многое не соответствует современным представлениям о комфорте. У нас в магазине, например, во время жары становится душно, потому что нет и не может быть кондиционера. С подобными ограничениями далеко не каждый сможет мириться». Создатели «Озера» обошлись без стилизации под трактир и старых фотографий на стенах. Они показали то, что сохранилось: расчистили кирпичную кладку, отреставрировали деревянный потолок. Сейчас занимаются цоколем фасада из белого камня: у тротуара он страдает от химикатов и сильно мокнет, на нем появился грибок. Реставрацией руководит Николай Аввакумов, с которым создатели магазина подружились.
Как не быть снобом
В доме Ярошенко работают мастерские художников, реставраторов и иконописцев. В живописном внутреннем дворике сохранились галереи-балконы конца XIX века — «галдарейки».
Как встретили новых резидентов? «Люди улыбались, когда узнавали, что здесь будет книжный магазин. Многие понимали, что в этом помещении что-то обязательно появится, и заранее переживали. Но наш вариант в целом пришелся по душе», — рассказывает Кася Денисевич.
У Ивановской горки — свое настроение. Совсем рядом Покровка — неформальный центр Москвы, шумный, никогда не спящий. На некогда многолюдной Хитровке обстановка другая.
«Здесь тише, чем в остальных местах Китай-города, хотя достопримечательностей тоже хватает. Мне кажется, Хитровка получает меньше внимания, чем реально заслуживает», — рассказывает Анастасия Колесник.
При этом создатели «Озера» не ставят цели «перепрошить» это место, изменить его восприятие. Денисевич говорит: «Человек слишком мал и ничтожен, чтобы что-то делать с пространством, редактировать его. Нужно просто в нем жить — это будет хорошо и честно». Вокруг магазина, несмотря на его молодость, уже собирается свое сообщество, хотя создатели не делали на это ставку.
«Мы не размышляем, как девелоперы, о том, кто наша целевая аудитория, как с ней работать, — признается Денисевич. — У меня в этом смысле более интуитивный подход. Кроме того, на Покровке сильное местное комьюнити: это один из немногих московских районов, осознающих себя как район. Много людей участвовали в создании этого бренда и до сих пор его поддерживают. А для меня главное — не быть снобом: покровским, хитровским, московским. Мы действительно живем в лучшем городе Земли и занимаемся лучшим делом на свете. Но очень сложная задача — сделать так, чтобы в магазин приходили люди не из нашего района. Программа-максимум — чтобы человек, не принадлежащий ни к какому сложившемуся вокруг нас комьюнити, мог зайти в магазин и найти ту книгу, которая обращена именно к нему».
Озеро как микрокосм
Название магазина тоже требует объяснения. Откуда в мегаполисе образ водоема и как он связан с книгами?
«Название пришло легко, — вспоминает Колесник. — Хотя мы несколько раз делали честные попытки заглянуть в словарь, чтобы создать для себя видимость поиска, но в итоге снова возвращались к этому варианту».
«Я давно искала, что бы назвать озером. Это очень красивый образ, прежде всего литературный. И еще озеро — это некий микрокосм, миниатюрная модель всего Мирового океана. Мы ведь на самом деле небольшой книжный магазин. Нас иногда сравнивают с гигантами, и это забавно — может быть, когда-нибудь и подрастем, но пока рановато», — признается Кася Денисевич.
