Тренд на ностальгию: почему мы снова слушаем музыку на CD, кассетах и виниле
Назад в будущее
На самом деле мы никуда не вернулись. Стриминг победил как основной способ слушать музыку и в ближайшее время никуда не денется. Просто когда доступ ко всей музыке мира стал практически бесконечным, физический носитель приобрёл другую ценность. Раньше диск покупали, потому что иначе нельзя было послушать альбом. Сейчас его покупают как вещь, как память, как способ почувствовать более близкую связь с артистом — функция изменилась полностью. И это, кстати, не такая уж новая мода: продажи винила растут много лет подряд, с недавних пор к нему присоединились CD и кассеты, потому что сейчас к этой культуре пришло новое поколение слушателей.
Объяснить такую тенденцию одним словом не получится — тут сразу всё: усталость от бесконечного цифрового потока, мода, любовь к красивым вещам. Мы живём в мире, где музыка стала почти невесомой: нажал кнопку, послушал, через минуту включил что-то другое. А пластинка или диск возвращают музыке физический вес. Ты выбрал альбом, купил его, принёс домой, поставил — и, кажется, людям сейчас очень не хватает именно таких осознанных действий.
Но это не значит, что выпускать на виниле стоит любой альбом. Здесь важен сам релиз: есть ли у него цельная история, свой визуальный мир, аудитория, которая захочет не просто послушать музыку, а буквально владеть этим альбомом. Аналоговые носители особенно логичны там, где альбом воспринимается как законченное высказывание — тогда это уже не просто ещё один формат дистрибуции, а самостоятельный предмет.
Молодые поклонники VS взрослые аудиофилы
Разница между новыми поклонниками винила и теми, кто никогда не переставал его покупать, конечно, есть. Давним коллекционерам присуще глубокое знание изданий, прессов, качества звука, истории конкретных релизов. Для нового поколения точкой входа может быть совсем другое: любимый артист, красивый цветной винил, оформление или желание иметь физическую вещь, связанную с определённым периодом жизни. Но делить это на «правильных» и «неправильных» коллекционеров не хочется — люди приходят к музыке разными путями, и это нормально.
При этом устарело и представление, что винил обязательно означает старый рок или джаз. Сегодня среди лидеров продаж пластинок — Билли Айлиш, Сабрина Карпентер, Чаппелл Роан, Кендрик Ламар. И, конечно, Тейлор Свифт, которая только к релизу своего последнего альбома Life of a Showgirl выпустила 27 физических носителей, всё это — разные версии винила и CD. Молодая аудитория совершенно спокойно покупает на носителях ту же современную музыку, которую слушает в стриминге. При этом физические носители действительно стимулируют интерес к каталогу: человек может прийти за новым артистом, а потом начать покупать Fleetwood Mac, Radiohead, Nirvana или Pink Floyd — в этом смысле винил хорошо расширяет музыкальную насмотренность.
Две крайности одной сущности
Сегодня куда более естественным стал такой сценарий: стриминг работает как точка знакомства. Человек находит артиста, начинает его слушать, появляется эмоциональная связь — и уже потом хочется купить альбом. Поэтому физические носители и стриминг вообще не стоит воспринимать как конкурентов. Скорее наоборот, одно сегодня прекрасно работает на другое.
Оформление при этом влияет на решение о покупке очень сильно. Если ту же музыку можно получить в телефоне за несколько секунд, физический релиз должен давать что-то ещё. Обложка, буклет, фотографии, тексты, необычный цвет пластинки — для физического релиза дизайн перестаёт быть упаковкой и становится продолжением музыки. Либо на виниле и дисках могут быть даже дополнительные треки. Как, например, у Roisin Murphy. Её последний альбом Hit Parade на виниле выделяется не только оформлением, но и 14-м треком, которого просто не существует на цифровых площадках. Особенно хорошо такой подход работает у артистов с сильной идентичностью и своим визуальным миром: у них физический носитель действительно хочется иметь.
Принципиальная разница между стримингом и физическим носителем — в том, что стриминг в первую очередь про доступ и открытие музыки, а физический носитель — про выбор и ритуал. В стриминге очень легко через двадцать секунд решить, что трек не подходит, и уйти дальше. С пластинкой появляется небольшое дополнительное усилие: конечно, никто физически не запрещает переставить иглу или переключить песню на CD, но сама среда меньше провоцирует постоянное переключение внимания. И иногда благодаря этому альбом слышится совсем иначе — трек, который легко было бы пропустить отдельно, вдруг становится понятным внутри всей последовательности альбома.
Музыка как объект
Покупать винил просто как предмет интерьера, не слушая его, — абсолютно нормально, и никакой музыкальной полиции нравов тут быть не должно. Если человеку нравится пластинка как объект, оформление или просто ощущение, что дома стоит альбом любимого артиста, — почему нет? Для одного музыка — это звук, для другого — воспоминание, для третьего — коллекция. Конечно, интереснее, когда пластинки ещё и слушают, но проверять наличие проигрывателя перед продажей винила никто не предлагает.
Похоже, сама потребность в физических форматах останется — она может менять форму: сегодня винил, завтра новый всплеск CD или кассет, но желание владеть музыкой физически никуда не исчезнет. Это не возвращение старого рынка и не движение назад от стриминга. Физический носитель скорее занял новую нишу — коллекционного предмета, части фандома и дополнительного способа взаимодействовать с артистом. И показательно, что винил глобально растёт уже девятнадцать лет подряд — для мимолётного тренда это довольно длинная мимолётность.