Камилла Лысенко «Альтернатива. Совиное гнездо». Москва иных

Китайских туристов было особенно много.

Они ходили стайками под предводительством гида с зонтом, смешной табличкой или флажком и удивлялись, причем каждая группа выбирала разные поводы для эмоций. Девушки в одинаковых панамках заглядывались на Станиславского с Немировичем-Данченко, к ногам которых кто-то умудрился забросить букет; семейная пара радостно фотографировалась с огромной банкой варенья, установленной в честь очередного фестиваля; молодые китайские спортсмены громко обсуждали блины, уделяя им гораздо больше внимания, чем рассказу экскурсовода о Толстом и Ерофееве, живших в Камергерском переулке. 

Несколько человек сгрудились у входа в ресторан «Древний Китай». Их чрезвычайно забавляла дверь, выполненная в форме пагоды. Они переговаривались о чем-то своем, не замечая мужчину в дорогом костюме, стоящего у неприметной двери рядом.

Мужчина курил четвертую сигарету. Каждый сантиметр двери уже был знаком ему настолько, что он мог бы его зарисовать.

Вывески не было. Был только электрический звонок с пометкой «Массаж ДК». Мужчина очередной раз подумал, что уволил бы к черту дизайнеров, предложи они ему такой шрифт. 

В нагрудном кармане заиграла La resa dei conti*. Мужчина выбросил сигарету под ноги. Как и любого плебея, выбравшегося в короли, чистота города его волновала мало.

Сапфировое стекло на его часах проглотило солнечный свет, когда смартфон прижался к уху.

— Да.... Тут, да. Нет, еще не заходил, тебя жду. Курю пока, подходи. Я оставил машину рядом со Столешниковым.

Через пару минут к двери подошел еще один мужчина.

Этот был порядочно старше, хотя ни один человек в мире не посмел бы назвать его непривлекательным. Седина, светящаяся на висках, была тщательно оформлена и напоминала скорее платиновую оправу, чем признак возраста.

— Что, страшно? — хохотнул он, хлопая первого мужчину по плечу. Тот скривился.

— Нет. Просто... Все это как-то неестественно.

— В твоем возрасте неестественно клеить девиц в соцсетях, Сережа, — отрезал пришедший. — Ты же ешь фастфуд. И бреешь бороду. И на самолетах летаешь. Это все тоже неестественно. Природой не заложено. Так что расслабься и воспринимай все как... новый гаджет. Цивилизация...

Они постояли еще немного. Каждый думал о своем. Тот, кого назвали «Сережей», докурил очередную сигарету и вздохнул:

— Это не цивилизация, Николай. Это чертовщина какая-то.

— Да брось ты, чертовщина. Вон в Библии сказано: и создал Бог женщину... Так что все в рамках. Ладно, хватит. Время не резиновое. Пошли.

Дверь открылась после первого же звонка. Мужчины зашли внутрь и поднялись по крутой деревянной лестнице. Мимо них пронеслась разодетая в китайские шелка девушка и скрылась в неприметной арке слева.

— А эти тоже? — спросил Сергей.

— Да черт их знает, — отозвался Николай. — Суть в том, что не отличишь.

Они вошли в правую дверь и оказались в маленьком полутемном помещении. В воздухе слоями висел аромат благовоний. Деревянный Будда, стоявший в эркере, был плотно окурен дымом и казался растаманом.

Миловидная девушка за стойкой приветливо поклонилась им, предложила чаю и спросила, к какому мастеру у них запись.

— Нет, девочка, — покачал головой старший. — Мы к самой госпоже Вен Сюй.

Девушка, не изменившись в лице, кивнула и испарилась, попросив их подождать.

Они присели на узкий коричневый диван. Сергей, чтобы занять руки, схватил один из толстых каталогов с услугами. Первая же попавшаяся на глаза процедура обещала «неземное наслаждение от четырех внимательных рук» и «свежее идеальное тело».

— Свежее... Как про мясо пишут, — пробормотал мужчина, отбрасывая папку.

Николай усмехнулся.

— Они это про массаж. Остальное ты в этих бумажках не найдешь, сам понимаешь. Кстати, массаж у них действительно хорошо делают. Расслабляет.

— Спасибо, обойдусь. Я и так уже расслаблен.

— Вижу.

Где-то в глубине коридора зашумели бамбуковые занавески, и в комнату вплыла маленькая пожилая китаянка с плоским лицом. Вместо щек у нее красовались два розовых пятна, заметных даже в полутьме, а строгий костюм цвета фуксии казался скорее карнавальным, чем деловым.

— Здравствуй, Коля, здравствуй! — на чистейшем русском произнесла она, протягивая обе сухонькие ручки мужчине. — Рада тебя видеть! Как дела? Никаких проблем нет?

Все устраивает?

— Все идеально, госпожа Сюй, как Вы и говорили, — расплылся в улыбке седовласый. — Конечно, бывают нюансы, но это и с другими так... Но гораздо лучше, чем обычные, гораздо!

— Очень хорошо, я довольна, — кивнула китаянка. — Вижу, ты привел друга? Здравствуйте, молодой человек.

Сергей, внутренне передернувшись от «молодого человека» в свои сорок пять, тоже встал.

— Да. Здравствуйте.

— Привел, госпожа Сюй, за помощью. Буквально силком притащил. А то он все сомневается. Надо бы уже давно, — «сдал» его Николай.

— Ну, то, что случается, случается вовремя, — изрекла хозяйка салона. — А с сомнениями мы разберемся в моем офисе. Пойдемте.

Они прошли по коридору, освещенному только широкими свечами, мимо массажных кабинетов. Следом за ними ступала легкая расслабляющая музыка и уже привычный запах благовоний. Люди, выходившие из кабинетов, выглядели умиротворенными и расслабленными. Сергей чувствовал, что он далек от релакса примерно так же, как далека Хуанхэ от Красной Площади.

Офис госпожи Сюй оказался светлым и свежим. Видимо, она не очень любила аромалампы.

— Итак, — сказала китаянка, усаживаясь в эргономичное кресло и жестом приглашая гостей занять места на диванчике напротив. — Вы решились на серьезный шаг.

— Не могу сказать, что я решился, — пробормотал Сергей, пытаясь незаметно устроиться удобнее на слишком мягкой поверхности. — Скорее, я размышляю.

— О нет, дорогой, Вы решились, раз Николай привел Вас сюда, — покачала головой Вен. — Я вижу, что Вы всем сердцем хотите избавиться от Вашей последней проблемы.

— Проблемы? — не понял мужчина. — Нет, я...

— Проблемы, — перебила китаянка. — Одиночества.

— А, — несколько опешил Сергей.

— Уверяю Вас, Вы не единственный. Москва — большой город, здесь много людей, у которых есть только одна общая черта — они одиноки. Если бы все могли избавиться от одиночества так просто! Увы... Но Вам определенно повезло. Я могу помочь Вам.

— Это хорошо, но я хотел бы узнать детали.

— Конечно, мой дорогой. Они здесь.

Женщина протянула ему красную папку. В ней оказались фотографии счастливых пар. Многие из них были хорошо знакомы Сергею — да и половине страны. Мужчина перелистывал страницы, внутренне удивляясь тому, как много в Москве клиентов госпожи Сюй.

«И она тоже? Никогда бы не подумал»...

Тем временем сама хозяйка пригубила маленькую чашечку и довольно сказала:

— Это не ответы на Ваши вопросы. Это скорее... гарантии. Мое портфолио, если хотите. Ведь Вы смотрите портфолио тех, кого берете на работу?

— Мне не приходилось брать на работу... таких, как Вы, — проговорил мужчина, закрывая папку.

— Кто знает? Вы можете даже не догадываться об этом. Впрочем, с такой Возможностью я одна на всем континенте. Итак... Расскажите мне о Вашей идеальной спутнице.

Сергей задумался. Он не был готов говорить о чем-то настолько личном с женщиной, которая сыпала китайскими мудростями из Интернета. С другой стороны, если все выгорит, она поможет ему наконец-то получить рядом женщину, которая будет действительно ему подходить.

— На самом деле, у меня не так много запросов, — начал он.

— Бери с большой грудью! Шиковать — так по полной! — хохотнул Николай.

Сергей поморщился, но продолжил.

— Я бы хотел, чтобы она не была блондинкой. Терпеть их не могу. И рыжей... Тоже не надо.

— Значит, брюнетка, — кивнула госпожа Сюй, чиркая что-то в своем Молескине. — Длина волос?

— Не очень длинные. Даже... скорее, короткие. Подождите! У меня есть фотография.

Сергей встал, торопливо шаря по карманам, и наконец извлек половинку фотографии с грубым срезом. Это была единственная фотография: кто бы мог подумать, что в этом веке еще остались девушки, не любящие социальные сети.

— О, дорогой, — голос китаянки неприятно смягчился, когда она посмотрела на фото. — Я не могу помочь тебе с реальным человеком. Увы, это запрещено.

— Я не... Я знаю, — как же он ненавидел людей, легко переходящих на «ты»! — Я и не собирался просить о такой же. Я просто хочу... такой типаж.

— Это можно. Что насчет характера?

— Она должна быть достаточно умной. Не гений, но… Чтобы с ней обо всем можно было поговорить. Образованной. И голос такой... глубокий. Чтобы любила простые вещи. Могла вести себя в обществе. Дружелюбная, но не слишком общительная. То есть никаких подруг круглыми сутками. И… пусть она играет на пианино. Я люблю это.

— Значит, умная, образованная, с глубоким голосом, дружелюбная, достаточно скромная, с талантом. Да, сложный заказ... — протянула госпожа Сюй. Ее голос снова стал деловитым. — Это обойдется дорого.

— Я готов заплатить, если это того стоит.

— Стоит, — вставил свое слово Николай. — Я тебе говорю.

Вен Сюй встала и подошла к одному из шкафов. В выдвижном ящике обнаружились колбочки и шкатулки разной величины. Женщина стала поочередно доставать их, прикладывая содержимое друг к другу и тихо бормоча себе под нос что-то непонятное:

— Стекло? Хрупко... Пожалуй, с напылением. Или даже сапфировое... Да. Подойдет. Сережа, часики покажи?

— Зачем, — начал было Сергей, но Николай, хмыкнув, сам поднял его руку, демонстрируя запястье.

— Ну точно, сапфировое подойдет, — кивнула себе китаянка. — Так. Воск? Просто, но надежно. Добавим известь. По цвету вполне... Нет. Лучше розовую пудру. Да. Патока с медом? Сладковато... Нет. Добавим специй. Гвоздику и цветы муската. Сережа, есть аллергия на мед?

— Нет, — снова недоуменно ответил мужчина.

— Отлично. Так, ракушки... С Карибских островов? Неплохо. Вопрос с талантом... Уши — кости колибри. Для пальцев... Тут надо подумать. И колотый лед для головы... Ладно,

это мелочи уже.

Вен Сюй вернулась в кресло и быстро что-то подсчитала.

Кивнув себе, она написала цифру на листе бумаги и придвинула ее Сергею.

— Вот так.

— Ничего себе... — да, сумма действительно ужасала. Личный джет обошелся бы ему дешевле.

— А ты как хотел, — улыбнулась китаянка. — Женщины — дело дорогое.

Еще немного поизучав цену и мысленно смирившись, Сергей вздохнул:

— Но это действительно будет... настоящая? То есть... Я не хочу послушную куклу, понимаете?

— Ох, дорогой, из женщин невозможно сделать послушных кукол. Даже мне невозможно, — засмеялась хозяйка. — Как их не лепи, а все равно получаются с норовом. Такой вид

людей. Тут уж ничего не попишешь. Но не волнуйся, твое пожелание я учту. По рукам?

Сергей обернулся к Николаю. Тот кивнул.

— По рукам, — решился мужчина, пожимая горячую китайскую ладошку.

— Ну и отлично. У меня предоплата. Вот номер счета. Деньги должны поступить в течение суток. Никаких разговоров о том, что здесь произошло. Если захочешь кому-нибудь посоветовать, то убедись, что он в курсе альтернативных людей. И веди, только если он действительно настроен на изменения в жизни. А то у меня разговор короткий... — наставила его Вен Сюй. — Фотографию оставь. За образцом приходи через три дня. Думаю, в семь вечера будет удобно.

— Я буду в Ереване, — попытался возразить мужчина.

Госпожа Вен Сюй мгновенно стала похожа на маленького красного дракона.

— У меня тут не отель! Забирать образцы исключительно в отведенное время! Исключительно лично!

— Ладно... Я понял, — Сергей решил, что лучше будет свернуть разговор. В конце концов, в Ереван может полететь и партнер. А у него тут судьба, может быть, решается.

Он поднялся, уже собираясь уходить, но внезапно остановился.

— Госпожа Вен Сюй…

— Да, мой дорогой? — ласковым голосом произнесла китаянка, уже переключившаяся на какие-то бумаги.

— А ей нужно будет что-нибудь... Ну, специфическое? Как за ней ухаживать?

— Да как за обычной женщиной, — улыбнулась госпожа

Вен Сюй. — Кормить чем повкуснее, одевать во что поярче и дарить какую-нибудь мелочевку с камешками. Можешь еще аккаунт ей сделать в соцсетях с парой тысяч подписчиков. Они уж больно внимание любят.

*Саундтрек, написанный Эннио Морриконе к фильму «Большая резня», был выпущен в Италии лейблом Parade-Eureka в формате LP в 1968 году.