Демоны-вороны. Какими получились новые альбомы Джимбо
Летом 2026-го рэпер Jeembo, Джимбо, выпустил альбом «Black Box 2», а осенью — мини-альбом «Scorpion». Джимбо — ветеран русского рэпа 2010-х, фигура, появившаяся на сцене одновременно с Фараоном и Бульваром Депо. Новые его альбомы — и долгожданные подарки постаревшим поклонникам жанра, и некоторое подведение итогов работы всего поколения, которое он представляет.
«Black Box 2» и «Scorpion» сложно разделить, материал там одинаковый. Процентов семьдесят — среднетемповый трэп-репрезент. Джимбо низким голосом зачитывает хитро составленные метафоричные строчки о том, как он многое преодолел, а его враги мало что смогли. «Первый миллион сделал на микро и больше не могу молчать / Да, я видел дно, теперь высоко, не покидаю чёртов чарт». «Пара сезонов на СИЗО / Врубись, мне повезло / Потом пошло музло, теперь сияем всем назло / Улыбка матери и одобрение отца / Я не усердный человек, но в этом бился до конца». Тексты мрачные, но без конкретики — это не Метокс. В свежих интервью Джимбо так прямо и говорит, что новые законодательные ограничения на упоминания всяких нехороших излишеств в песнях ему не особо вредят: сам он из этих излишеств вырос, в песнях про них ему тоже петь теперь неинтересно.
Часть статьи не может быть отображена, пожалуйста, откройте полную версию статьи.
Как таковых хитов на альбомах нет, но, в общем, все песни хорошие, нормальные. Все биты качают, Джимбо мастерски управляет ритмом песен своим чтением — но пульс у вас ни от одного трека не ускорится. По альбомам прямо слышно, что автору порядочно за тридцать — это очень не молодёжный рэп. Темы и саунд Джимбо из 2015-го, из времён молодого Бульвара Депо и «Марабу» ATL, но взрослый серьёзный голос и общая неспешность — откуда-то из подъездного рассудительного бум-бэпа конца нулевых. Собственно, в интервью Джимбо и сам себя называет «средней школой» — он слишком абстрактен для слушателя Гуфа и откровенно снотворен для поклонников Kai Angel.
Ситуация в каком-то смысле парадоксальная: 10 лет назад Джимбо начинал как раз в качестве самого шумного рэпера новой школы, единственного, кто может поднять на ноги и растормошить вообще любую публику.
Джимбо был частью эфемерного объединения YungRussia, собравшего на взлёте добрую половину нынешних больших звёзд русского рэпа: Фараона, Бульвар Депо, Многознаала и даже совсем зелёного Салуки. Джимбо, в противовес всем своим соратникам, ставил не на то, чтобы придумать новый поп, а на то, чтобы быстро и бойко читать жуткие и смешные тексты про криминал и насилие под шумные агрессивные биты. Его совместная с рэпером Tveth трилогия «Painkiller» — самый натуральный хорроркор, жуткий рэп про всякое нехорошее. При этом он реально часть рэпа новой школы не только по битам, но и по самой своей идее: если «Кровосток» хотя бы притворялся бандитским рэпом, то Джимбо брал свои жути откуда-то из мира видеоигр: «Painkiller» — это любимый мясной шутер из детства миллениалов-геймеров.
К началу 20-х устарел и надоел публике звук всех артистов новой школы, стали посмеиваться и над Джимбо с его всегда одинаково мрачным флоу и однообразной поэтикой песен, в которых будто бы, какую ни включи, всегда одни и те же «демоны-вороны». Единственный из своих соратников, Джимбо, кажется, вообще не понял, в чём дело. В интервью он возмущался: «Ну а что, если демоны?! Нет, ну типа, блин, что! Про меня нельзя сказать, что Джимбо уже не тот. Джимбо всё тот же. При всём уважении к ребятам, которые сейчас стреляют и все такие разные, — ну а что будет дальше? Ну вот мне просто интересно. Эти ребята распылились во все стороны, и может быть такое, что им просто нечем уже будет удивить людей. А мой стиль — это всё, что у меня есть».
Это парадоксальное упрямство (артист вроде как по умолчанию должен гнаться за вниманием публики и меняться, если та этого хочет), как ни странно, и сделало Джимбо интересным артистом.
«Демоны-вороны» Джимбо принесли ему не только сиюминутное внимание, но и настоящую любовь публики. «У нас в стране любят мрачный саунд — самый большой отклик мы получаем именно от его любителей», — рассуждал он в интервью. Он стал отдаваться этому саунду сам: сначала, приняв наркотики, ходил ночами один по Уфе и Москве, напитывался атмосферой тревоги и страха; потом стал практиковать осознанные сновидения; завёл знакомства с ведьмами — настоящими, такими, которые могут взять твою руку, и ты вдруг почувствуешь, что она охвачена настоящим, нешуточным адским пламенем. Джимбо стал слушать рок, открыл для себя «Химеру» — отчаянную эзотерическую постхардкор-группу из 90-х.
«Я анализировал, какие мои треки заходят людям больше. Например, у меня был трек “Fallen“. У него нетипичное, немного напевное звучание. Собственно, он выделялся из моей дискографии, и я понимал, что людям это зашло. Основываясь на этом, я сделал трек “Следуй за мной“. Он немного схож по звучанию», — рассказывал Джимбо уже в 20-е. Бит «Fallen» — медленный эмо-рэп, текст тоже скорее из эмо-вселенной: «Взгляды уносятся за горизонт / В новый рассвет и нагретый бетон / Этих коробок, где я был рождён / И таких миллион / Наша жизнь — это сон / Кем-то придуманный сон». Таким же медленным, лиричным эмо-рэпом был и «Следуй за мной». От стереотипного Джимбо-мясника эти песни далеки бесконечно, однако они именно такие, каким его хотели бы слышать его слушатели — и, шире, вообще поклонники русского мрачного саунда.
Альбомы 2026 года — ещё один шаг Джимбо в сторону освоения этого не привязанного к конкретному жанру и даже стилю музыки текучего и всеядного «русского мрачного саунда». Те самые оставшиеся 30 процентов «Black Box 2» и «Scorpion», которые не среднетемповый трэп, — довольно любопытный и уж точно совершенно оригинальный полижанровый мрачняк.
Часть статьи не может быть отображена, пожалуйста, откройте полную версию статьи.
Джимбо стал немножко петь, и, например, трек «Лобби» — медляк о том, как он «встретил её в лобби / забрал к себе в номер / хочу всё замедлить / она просит всё ускорить», — это, вообще говоря, ну, тёмное арэнби, никак не хардкор-рэп. Для вдохновения Джимбо слушал перед альбомами Эдуарда Артемьева, и от сэмпла из его «Медитации», самой психоделичной темы «Сталкера» Тарковского, нас отделила только сумасшедшая сумма, которую запросили за использование трека правообладатели. В «Поэме влюблённых цистерн» Джимбо перекладывает в рэп куплет (один, но очень длинный) из акустического глэм-сюрреалистического эпоса «Химеры» — получается скорее странно, чем хорошо, но больше ни одного среднетемпового трэпа с текстом «Туда, где водоросли пахнут трупным соком / Туда, где спят русалки без чешуй / Где обжигает грудь бесцеремонным током / Сильфиды острогубый поцелуй» вы нигде не услышите. Без скидок хороши чопд-энд-скрюд-медляк «Туман» и искусная стилизация под нуарный бум-бэп «Dark Days».
Если отложить в кучку эти разбросанные по альбомам 2026-го экспериментальные треки, то как бы не оказалось, что Джимбо — самый свежий артист YungRussia на данный момент, единственный, кто не запутался в собственных штанах, не свалился в кювет. Ладно, «самый» вряд ли — «Euphoria» Салуки тоже формально «альбом артиста YungRussia», но вы поняли, сама постановка вопроса неожиданна. Джимбо самым дальним кружным путём пришёл к тому же, что и все остальные звёзды YungRussia, — стал делать внежанровый поп, новый русский поп, причём на свой особенный лад.
Какого-то короткого объяснения, как так вышло, сходу не придумаешь. Джимбо — определённо не великий талант. Скорее речь о том, что его упрямое служение русскому мрачному саунду наконец стало давать по-настоящему творческие плоды. Он же говорил, что стиль — это всё, что у него есть. Возможно, причина в том, что идентичность «мрачного русского рэпера» Джимбо просто дороже любой другой.
Так-то Джимбо — это Давид Ваганович Джангирян. При этом рос он без отца, в Армении никогда не бывал. Мама у него татарка, но крещёная и, кажется, верующая. Детство провёл в Сибири, юность — в Уфе, сейчас живёт в Питере. Хотел заниматься рекламой, но был согласен и мультики рисовать, ну а в принципе мог бы и врачом стать, как дед. Он не армянин, не татарин, не сибиряк, не уфимец, не петербуржец, не завязавший наркопотребитель, не кто бы то ни было ещё — он мрачный русский рэпер. Человек, для которого «демоны-вороны» и «сильфиды острогубый поцелуй» — это и есть самое важное и самое серьёзное на свете.
Автор: Антон Серенков