Прорастут цветы в оплаканной земле. О российской социальной драме «Новый дом»

Одним абзацем

Жанр социальной драмы довольно редкий в российском кино. Такие фильмы часто критикуют государство и многим зрителям кажутся слишком тяжелыми для просмотра. Режиссер-дебютант Никита Грушин в «Новом доме» находит ключ к решению проблемы: он оставляет самые драматичные события за рамками сюжета и рассказывает историю женщины, которая собирает свою жизнь с нуля по крупицам. Его героиня Аня, прекрасно исполненная актрисой Дарьей Савельевой, после выхода из тюрьмы думает, что у нее получится искупить вину добрыми делами. Желание изменить мир к лучшему заслуживает только похвалы и поддержки, вот только Ане этот труд никак не поможет — она сама себе и судья, и палач.

Подробно

35 тысяч рублей за работу швеей на заводе, общежитие с несколькими кроватями и регулярные встречи поддержки для алкозависимых людей — это мир Ани (Дарья Савельева). Она убила своего мужа, отсидела «от звонка до звонка», и теперь у нее ничего нет. Кроме свекрови Раисы (Наталья Батрак), которая из-за деменции почти ничего не помнит и постоянно держит в руках альбом с семейными фотографиями, где лица Ани, конечно же, нет. Раиса живет в разваливающемся доме престарелых, которым безалаберно управляет Николай, и Аня берется за тяжелое дело — найти финансирование и починить здание. В этом ей морально помогает Роман (Петар Зекавица) — он тоже борется с алкоголизмом, и из-за спиртного от него ушла жена. Аня оказывается в окружении мужчин, вот только живые никак не помогут ей — она все еще скорбит по бывшему супругу и чувствует вину за его смерть.

Возможно, у большинства людей социальное российское кино вызывает сразу ассоциации с личностью Юрия Быкова, который в начале 2010-х годов снял сразу две сильные картины: сначала «Майора» в 2013 году и через год «Дурака». В обоих случаях маленькие люди, обычные мужчины, боролись с коррумпированной системой, частью которой, по сути, они и являлись. Россия своими социальными проблемами не одинока, режиссеры таких стран, как Иран или Великобритания (можно упомянуть имена Джафара Панахи и Кена Лоуча), годами пытаются говорить на сложные темы простым, человеческим языком и признаются в интервью, как сложно снимать подобное кино. К концу 2010-х звезда Быкова закатилась: сначала он назвал свой сериал 2017 года «Спящие» предательством всего прогрессивного поколения, а потом его фильм «Завод» 2018 года провалился в прокате. Кроме Быкова, были и есть постановщики, которые стараются привлечь внимание к чему-то общественно важному, но на такие темы кино снимать тяжело. Проблема не только в политической ситуации в стране, но и в финансовом аспекте — нужен зритель, который придет в кинотеатр и посмотрит фильм. Поэтому каждый режиссер и его команда, не побоявшиеся рискнуть карьерой, — герои. Герой этого года — дебютант Никита Грушин, чья картина «Новый дом» участвовала в программе кинофестиваля «Маяк».

Кадр из фильма «Новый дом» Фото: «Пан-Атлантик Студио»

Кадр из фильма «Новый дом» Фото: «Пан-Атлантик Студио»

Кадр из фильма «Новый дом» Фото: «Пан-Атлантик Студио»

Чем драма Никиты Грушина отличается от драм Юрия Быкова, так это главным героем. Быков почти всегда выводил на первый план мужчин, женщины в его кино крайне второстепенны — Грушин же, наоборот, делает звездой своего кино актрису Дарью Савельеву и ее яркого и сложного персонажа Аню. «Новый дом» снял мужчина, но в центре картины — женский опыт. Сама смена героя открывает множество творческих возможностей с точки зрения создания истории.

Сейчас по всему миру проходят выставки художниц, и это неспроста. Многие из них были крайне успешны в свое время, продавали полотна наравне с мужчинами-художниками, но о них по тем или иным причинам забыли. А тем временем женщины не только были на уровне в техническом плане, но и рассказывали свои истории и сюжеты, которые мужчинам были просто либо неинтересны, либо недоступны. «Новый дом» при всей социальной подоплеке как раз показывает женскую историю, где во главе угла стоит не борьба за справедливость, а попытка Ани добиться искупления и просто выжить.

Женщина много лет просидела за убийство мужа и теперь выходит из тюрьмы, но тюрьма не покидает ее. Оказывается, что подневольная работа не особо отличается от работы на фабрике, где люди трудятся за копейки и ненавидят друг друга. Некоторые из них относятся к Анне как к преступнице, несмотря на то, что она уже «отсидела» свое, они унижают и используют женщину. Идея о том, что тюрьма не заканчивается за пределами её стен, становится метафорой государственной системы. Эту идею развивали немецкие режиссеры в 1970-х годах, когда машина власти жестоко расправлялась с левыми террористами (реакцию немецкого социума на действия правительства ФРГ отлично запечатлил альманах «Германия осенью»). Их фильмы показывали, что гуманизм государства проверяется его отношением к самым незащищенным группам общества. Потому «Новый дом» — это важное для современной российской культуры кино; оно одновременно показывает тяжелое положение стариков, находящихся в домах престарелых, и бывших заключенных, адаптирующихся к «нормальной» жизни.

На воле Аня сталкивается с огромным количеством сложностей, но на деле она неуязвима — ей нечего терять, у нее ничего нет, а потому ничего и не получится отобрать. Пусть чиновники грозятся, что снова отправят ее за решетку, — они лишь лают, но не кусают. Поэтому Аня уверенно борется за свое счастье и будто бы находит его в Романе. Он ходит на встречи для бывших алкозависимых: от него ушла жена, с маленькой дочкой отношения напряженные. Кажется, что в нем Аня найдет свою отраду, начнет строить новые, здоровые отношения, но режиссер Никита Грушин выбирает для своей героини другую судьбу — и это верное решение. Проблема многих мужских фильмов в том, что в них женщины только и делают, что думают о мужчинах. С этого в некоторой степени и начинается «Новый дом» — Аня чувствует вину за убийство мужа, а потому решает улучшить жилищные условия свекрови. Потом появляются еще двое мужчин, с которыми у героини завязываются личные и деловые отношения: домом престарелых заведует Николай (Александр Яценко), он не прочь приложиться к бутылке, и Роман, пытающийся завязать с алкоголем. Но ни Николай, ни Роман не могут избавить Аню от чувства вины — с ним ей предстоит справиться самой. Возможно, тогда ей никакие Романы и Николаи больше не будут нужны, и наконец-то настанет новая жизнь, и прошлое останется в прошлом.