Сепарация: пока все дома — не получится

Ко мне часто приходят молодые люди с одним и тем же запросом, который прячется за разными словами: «Не могу построить отношения», «Чувствую, что стою на месте», «Как будто живу не свою жизнь». И во многих случаях за этим стоит та самая нерешённая задача. Не физический переезд (хотя он тоже часто помогает), а внутреннее утверждение: «Я — отдельная личность с правом на собственную судьбу».

Человек, который так и не достиг зрелости, испытывает дискомфорт при самостоятельном принятии решений или просто не умеет этого делать. Нередко он сталкивается с трудностями в продвижении по карьерной лестнице или в отношениях с противоположным полом. Цифры социологов лишь подтверждают масштаб проблемы: согласно последним исследованиям, 70% женщин видят в мужчине в возрасте 30-40 лет, живущим с родителями, не партнёра, а «вечного мальчика» и не рассматривают его в качестве спутника жизни.

Метод «Терапия Души» позволяет посмотреть на сепарацию не только как на социальный акт — снял квартиру и съехал от мамы, теперь сам платишь коммуналку и моешь пол. Это путь от мира, данного тебе при рождении — родительские сценарии, ожидания, мифы, к миру, созданному тобой. И на этом пути возможны встречи с самыми разными иллюзиями, осложняющими отношения с собой и близкими.

Пример из жизни: Алексей, 34 года. Успешный IT-специалист, своя квартира, машина. Пришёл с жалобой на невозможность создать семью. В ходе разбора запроса выяснилось: его финансовые решения, выбор девушки, даже марка автомобиля — все неявно, но жёстко «согласовывается» с внутренним голосом отца. Физически он отделён, психологически — нет. Его свобода была иллюзией. Внутри продолжался «совет директоров», где он никогда не был председателем.

Где же застревает взрослый умный человек? В ложных выводах, которые ошибочно принимаются за проявления любви. Приведу примеры некоторых из них.

Иллюзия долга и благодарности. «Они столько для меня сделали, я не могу их огорчить и покинуть». Истинная благодарность заключается в том, чтобы прожить свою жизнь счастливо. Родители дали нам возможность появиться на свет, а задача детей — научиться преодолевать препятствия, быть самостоятельными.

Иллюзия спасителя. «Если я уеду или поступлю по-своему, мать не выдержит, отец сломается». Это ещё одно из заблуждений — вера в то, что вы являетесь эмоциональным костылем для родителей. Часто, сохраняя верность этому мифу, человек бессознательно избегает встречи с собственными страхами. Легче быть «нужным другим — они сами не справятся», чем оставаться один на один со своими жизненными вопросами, которые решать гораздо труднее и больнее.

Автономия в этих случаях — не решение: сын или дочь покинут родительский дом, но зависимость сохранится. Например, будет накрывать чувство вины после фразы мамы по телефону: «Что-то ты давно не звонишь, не заходишь». И проблема здесь не в сепарации как в физическом перемещении с одной жилплощади на другую. Нужно разобраться, какие травматичные моменты из прошлого до сих пор вызывают душевную боль и накладывают отпечаток на общение с родными. Именно в этом кроется истинная суть сепарации — в отделении человека от травмы. В какой момент было принято решение, что нужно контролировать мать или отца, хотя они в трезвом уме и здравой памяти и вполне в состоянии решать многие вопросы? Когда происходит замена ролей и дети становятся «родителями» для папы или мамы, происходит сбой в родовой иерархии. Только когда мы встроены в историю семьи, своего рода, тогда мы и находимся на своем месте. Лишь в этом случае отношения с собой и родителями гармоничны.

Одна из самых коварных иллюзий, питающая гиперопеку и блокирующая сепарацию — это стремление к созданию единого сценария: «Мы же одна семья, нам не всё равно, что с тобой происходит!». Родитель, чья собственная история не нашла завершения или признания, бессознательно начинает воспринимать жизнь взрослой дочери или сына как главную сцену для доигрывания своих незавершённых драм.

Чрезмерная вовлечённость и контроль — это не просто забота, а попытка стать режиссёром, сценаристом и главным критиком чужой пьесы. «Как ты будешь жить дальше — у тебя даже работы приличной нет!» «Сначала надо на ноги встать, а потом снимай что хочешь, живи как считаешь нужным, сейчас пока рано»… Вариантов таких диалогов может быть бесконечно много. Все они исходят из собственных страхов и несбывшихся надежд. Взрослеющие дети, чувствуя груз этой незаконченной родительской истории, либо бунтуют против «не своей» роли, либо покорно её примеряют, теряя контакт с собственной жизнью.

Сепарация в этом случае — это разделение двух переплетающихся историй. Это процесс, в котором взрослый человек учится слышать фоновый шум родительских ожиданий, но отстраивается от него и вырабатывает собственные ценности. «Мама, я понимаю, почему для тебя это важно. И всё же для меня ситуация выглядит по-другому, и я поступлю иначе!» Это стремление различать и разделять свой и родительский сценарии. Так образом система возвращается к равновесию: родители получают возможность по-новому посмотреть на содержание и наполнение своей жизни, а дети наконец набираются смелости написать новую страницу биографии, автором которой являются только они.