Парадоксы кубинского плаката: свобода в условиях цензуры

Главный парадокс кубинского плаката как феномена в том, что жёсткая коммунистическая цензура Кастро породила взрыв абсолютной художественной свободы, признанный ЮНЕСКО мировым наследием. Пока в СССР «царил» строгий соцреализм, кубинские дизайнеры мастерски использовали поп‑арт, оп‑арт, психоделику и модернизм.

Несколько историй о том, как вопреки дефициту, темноте и войне рождались шедевры кубинской графики.

Шедевры «вслепую»

После революции 1959 года и введения американской экономической блокады на Кубе в большом дефиците оказались качественная бумага, печатные станки и типографская краска. Художники были вынуждены обратиться к шелкографии (трафаретной печати). На Кубе регулярно отключали электричество, и мастерам приходилось накатывать краску вручную, слой за слоем, часто в полутёмных мастерских или при свечах. Краску «бодяжили» из подручных химикатов, из‑за чего она ложилась густым, осязаемым, маслянистым слоем. Но настоящему художнику всё равно, из чего творить, — были бы идеи и работало вдохновение. А вот в этой области дефицита не наблюдалось вовсе. Отсутствие художественных материалов и инструментов и полная свобода воображения породили узнаваемый «кубинский стиль». Вместо блёклой газетной печати получались сочные, выпуклые, фактурные изображения, которые сегодня коллекционеры ценят именно за ручную «ошибку» и осязаемую текстуру.

Как «Мачете» стал образом революции для детей

На выставке представлен знаменитый плакат Эдуардо Муньеса Бачса к детскому мультфильму «Мачете». Кубинский мультипликатор Хуан Падрон создал серию короткометражек, чтобы объяснить детям историю о мачете через бытовые предметы. Бачсу нужно было прорекламировать мультфильм о клинке для рубки сахарного тростника, который в битве 1868 года превратился в грозное оружие против испанских колонизаторов. Художник отказался от привычной агрессивной милитаристской эстетики. Вместо этого он использовал мягкий, почти детский, наивный образ Хосе Марти — главного национального поэта и революционера. Муньес Бачс соединил детскую анимацию и национальную трагедию, показав, что кубинский плакат умеет говорить о войне без пафоса — языком сказки, иронии и графики.

Кубинский киноплакат как перекодирование Голливуда

Когда Фидель Кастро объявил кинематограф «важнейшим из искусств» для просвещения безграмотного населения, Куба импортировала фильмы со всего мира — от СССР до Голливуда. Но оригинальные американские афиши использовать было нельзя: это считалось «буржуазной пропагандой».

Кубинским дизайнерам, таким как Рафаэль Моранте или Альфредо Ростгаард, давали полную свободу переосмыслить зарубежное кино. Они не копировали лица актёров, а создавали свои авторские метафоры. Художник смотрел фильм, вычленял главную идею — а точнее, то, как он лично понимал эту идею, — и рисовал афишу в стиле «я так вижу». Это художественное чудо представляло собой ядерный замес поп‑арта и психоделического гипноза. Но для Кубы это был способ «приручить» чужую культуру. Через яркий плакат зарубежная лента мгновенно связывалась в сознании кубинца с ценностями Острова Свободы.

Как случайный кадр Эрнесто Че Гевары, от которого отказалась газета, стал иконой XX века

Образ Че Гевары на выставке кубинского плаката в Пушкинском музее занимает особое место. История Че Гевары рассказывает нам о том, как живой человек благодаря искусству художников превратился в миф, а потом — в международный поп‑арт‑символ и графическую икону. Кубинские художники были первыми, кто начал смело экспериментировать с его визуальным образом.

Удивительно, но почти все плакаты с Че Геварой восходят к одной фотографии — «Героический партизан» (Guerrillero Heroico) работы Альберто Корды. 5 марта 1960 года Корда снимал траурный митинг в Гаване после взрыва судна La Coubre. Че Гевара на пару секунд подошёл к краю сцены. Фотограф успел сделать несколько кадров: Че выглядел разгневанным и решительным, глядя куда‑то вдаль. Однако газета Revolución, где работал Корда, снимок отвергла и напечатала фото Фиделя. Кадр несколько лет провисел в мастерской фотографа. В 1967 году, незадолго до гибели Че в Боливии, Корда подарил отпечаток итальянскому издателю Джанджакомо Фельтринелли (первый издатель «Доктора Живаго»). После смерти команданте Фельтринелли напечатал на основе этого кадра тысячный тираж огромных вертикальных плакатов, которые мгновенно разошлись по охваченной студенческими протестами Европе. Фельтринелли на этом заработал, Корда не получил ничего.

Интересно, но культовый двухцветный трафарет создал не кубинский дизайнер. Знаменитый чёрно-красный стилизированный портрет — работа ирландского художника Джима Фицпатрика, который в 1968 году перевёл контуры фотографии Корды (полученной от голландских анархистов Provos, а те — от Сартра) на бумагу и напечатал плакат на красном фоне тиражом около тысячи экземпляров, раздавая его почти бесплатно. Именно его версия с усиленным контрастом и вознесённым «святым» взглядом стала тем самым образом, который все узнают.

Куба тоже подхватила образ Че после его гибели и объявила 1967 «Годом Героического партизана», портрет Корды появился на стенах по всей стране, но это были прямые копии фотографии, а не черно-красный трафарет.

Агитационный плакат, появившийся на Кубе в середине ХХ века, почти сразу стал художественным явлением. Сегодня искусствоведы называют его «яркой иллюстрацией к истории искусства ХХ века»: впитавший в себя различные стилевые направления, он стал памятником визуальной культуры. В 2023 году ЮНЕСКО причислила кубинский киноплакат 1960–1970-х годов к мировому наследию человечества и включила в программу «Память мира».

Именно этому дизайнерскому искусству посвящена выставка Пушкинского музея. В экспозиции представлено более 140 плакатов и киноафиш — политических, агитационных, художественных — ставших для правительства Фиделя Кастро и Эрнесто Че Гевары главным средством идеологического воздействия.

Экспозиция включает работы выдающихся кубинских графических дизайнеров прошлого и современности, в частности Феликса Бельтрана, Альфредо Ростгаарда, Рафаэля Моранте, Ньико и других. 

Выставка продлится до 22 ноября.

Фото: Полина Романенко. Фото предоставлено Пресс-службой Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина.