Живопись, шахматы, лоббизм

20 апреля в Париже будет уже тепло, на мосту Искусств станет тесно от любителей пикников, а сад Тюильри заполнится русскими (и не только) шахматистами. В этот день мы открываем международный шахматный турнир – Мемориал Алехина. Самое подходящее время, чтобы вольный парижский воздух немного проветрил тяжеловесные межгосударственные отношения. Турнир памяти великого гроссмейстера будет проходить сначала в парижском Лувре, а затем в петербургском Русском музее.

Александр Алехин – идеальная символ франко-российской дружбы. Шахматный гений, непобежденный чемпион мира, он начал свою карьеру в Петербурге, а затем, уже достигнув славы, выступал за Францию. Фигура, необходимая лоббистам - таким как я.

Еще один пример: Гейм и Новосёлов - ученые, получившие нобелевскую премию за опыты с графеном. Родились и учились в России, достигли научных вершин в Великобритании. Мой коллега, директор Российско-британской торговой палаты Алан Томпсон любит рассуждать о том, какой из стран следует гордиться их достижениями.

Нам, лоббистам, свойственно искать такие беспроигрышные символы дружбы. Иногда нас за это упрекают. «Такая бесконфликтная точка зрения хороша и удобна лоббистам, являющимся посредниками между бизнесами одной страны и чиновниками другой.  Это - их хлеб», - написал мне в комментариях по другому поводу Кирилл Славин. 

Давайте разберемся.

Я как лоббист должен отстаивать интересы французского бизнеса, работающего в России. Что интересно, защищать эти интересы надо не только в Москве, но и в Париже. Российские реалии, думаю, понятны: всякий раз надо выяснять, с кем решить тот или иной вопрос. Губернатор или мэр? Или Ростехнадзор? Или, может, только в Москве? А если вам уже дали разрешительную бумажку, то насколько она окончательная и надо ли ее согласовывать на соседней властной ветви? Если правда, что французы изобрели бюрократию, то надо отдать должное русским, которые её усовершенствовали.

Однако для французской диаспоры в России злоключения на этом не заканчиваются. Фактически мы оказываемся в положении «свой среди чужих, чужой среди своих». Из Парижа на руководителей российских филиалов посматривают с подозрением – стоит ли давать им денег на расширение, если речь о России и ее пресловутом инвестклимате? Риски не только денежные, но и репутационные: надо ли вообще ассоциировать имя компании со страной, главные международные клише о которой – это водка и коррупция?

И правда - космос уже не в моде, матрешки и лапти больше не вызывают в Европе умиления, да и захватывающие дух эксперименты над страной закончились. Из ассоциаций остались только Pussy Riot и непереводимое слово otkaty.

Поэтому мы и пытаемся выводить на медийную сцену такие межкультурные фигуры, как Алехин. Отрабатываем свой хлеб -  мы же лоббисты.