Top.Mail.Ru

TASS_26021817.jpg

Дмитрий Орешкин

Политизация траура

Редакционный материал

Политолог Дмитрий Орешкин — о том, почему акции памяти погибших в Кемерове стали пространством для политической борьбы

28 Март 2018 10:20

Власти выбрали реактивное поведение: не стали формировать собственную повестку дня, а отвечают на то, что организует кто-то другой. Вот и получается, что у нас Навальный раньше Путина заявил о национальном трауре, а затем раньше московских властей призвал к акции памяти и солидарности. Власть должна была отреагировать и она отреагировала вполне предсказуемо.

Собянин работает быстрее кемеровской власти. Он не боится брать на себя ответственность и понимает, что раз уж Навальный его обогнал, надо оперативно давать симметричный ответ. В Кемерове не рискнули организовать альтернативную акцию солидарности. Это характерная ситуация для электоральных султанатов, где все схвачено: и местные начальники, и местные депутаты, и местные бюджетники — все боятся сделать ошибку, то есть то, что не понравится человеку номер один. Так что даже если бы кто-то и сообразил, что надо перехватывать инициативу, организовывать акции и общественные комиссии из облеченных массовым доверием людей, чтобы действительно подсчитать количество жертв и проконтролировать расследование, сделать это не удалось бы. А ведь это же очевидный шаг, для которого большого ума не надо. Но местные власти находятся в оцепенении, они привыкли действовать по указанию сверху, а сейчас этих указаний нет.

Суть вертикали заключается в том, что власть очень любит говорить о себе в мирное время — она разоблачает врагов и защищает от происков мирового империализма, — но как только наступает критический момент, власть забивается под лавку и старается не высовываться.

В трагедии в Кемерове виноват не Путин и даже не Тулеев — но они виноваты, что построили вертикаль власти, которая в критические моменты не работает, а защищает саму себя

Чиновники боятся потерять карьерные позиции, а в таких ситуациях очень высока цена ошибки. Так что все стараются ждать вводные сверху. Вот и получается, что Собянин — более сильная, рациональная и прогрессивная политическая фигура, чем ископаемый политик Аман Тулеев, который восстановил советскую модель управления.

Когда в стране существует делегирование и распределение ответственности, у людей есть возможность скорбеть без политики. Они могут видеть, что журналисты, в соответствии со своим профессиональным долгом, информируют общество о том, что произошло, врачи оперируют, пожарные тушат, полицейские расследуют — и тогда причем здесь политика?

Но когда люди видят, что отец приходит узнать судьбу своего ребенка, а следователь просит дать подписку о неразглашении, люди спрашивают: а вы тут вообще зачем сидите, помогать или замалчивать, что произошло? Это все политизирует траур.

Конечно, конкретно в трагедии в Кемерове виноват не Путин и даже не Тулеев — они виноваты, что построили вертикаль власти, которая в критические моменты не работает, а защищает саму себя. Виноват, возможно, мэр или глава местного муниципалитета, глава пожарной службы или сотрудники надзорных органов, подписавшие бумажки о выполнении норм безопасности, которые выполнены не были.

Граждане не видят понятного распределения ответственности, когда губернатор отвечает за то, что происходит в регионе не перед президентом, а перед избирателями

Но в условиях нашей вертикали идея минувших неделю назад выборов заключалась в том, что Путин теперь отвечает за все. И раз он такой вождь, обращаться больше не к кому: он должен и пожалеть одних, и наказать других. Но одного Путина на все 85 регионов не хватит.

Так что процесс политизации траура — не злая воля каких-то людей, Навального или кого угодно еще, а прямое следствие выстроенной вертикали. Граждане не видят понятного распределения ответственности, когда губернатор отвечает за то, что происходит в регионе, и не перед президентом, а перед избирателями. А у нас все вывернуто наизнанку, и в такой политической модели единственный выход — требовать у Путина, чтобы он убрал Тулеева.

Решение проблем через президента политизирует то, что, казалось бы, отношение к политике не имеет. Вот как свалка в Волоколамске. Когда проблема замалчивается и долгое время не решается, люди начинают думать, что надо менять власть, потому что от свалки можно избавиться, только избавившись от губернатора. И вообще-то они правы.

Американцы не пытаются отправить в отставку главу города или губернатора штата, если произошло наводнение с жертвами. Он или сам подает в отставку, понимая, что не справился с какими-то обязанностями перед избирателями, или отставка не происходит, потому что люди видят, что как работает и кто за что отвечает. Но это не случай Амана Тулеева, правда?

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

О «словарном запасе» уходящей недели
По статистике, каждая шестая жительница Европы и каждая седьмая жительница США становились жертвами сталкеров. «Сноб» поговорил с теми, кто на собственном опыте узнал, что такое назойливое преследование

Новости партнеров

Заговор умолчания на российском ТВ как принцип работы государственного телевидения

«Мнения» на «Снобе»

Ежемесячно «Сноб» читают три миллиона человек. Мы убеждены: многие из наших читателей обладают уникальными знаниями и готовы поделиться необычным взглядом на мир. Поэтому мы открыли раздел «Мнения». В нем мы публикуем не только материалы наших постоянных авторов и участников проекта, но и тексты наших читателей.
Присылайте их на opinion@snob.ru.