Колонка

Сор Шведской академии

2 Май 2018 12:07

Стоит нарушить молчание — и тайное оказывается не только явным, но и повсеместным, считает писатель Константин Зарубин. Достаточно посмотреть на то, что сейчас произошло в Швеции

Забрать себе

Есть в русском языке много фразеологизмов, один другого выразительней. Но нет выражения более гадкого, чем призыв «не выносить сор из избы».

Недавно я думал об этом в стокгольмском Старом городе, на маленькой площади перед рыжим зданием, где раньше была биржа, а ныне находится Нобелевский музей и заседает Шведская академия. Площадь от края до края заполнял местный народ. Вернее, та его часть, которую у нас когда-то называли интеллигенцией. Учительницы, журналистки, научные сотрудницы, работницы культуры. В толпе преобладали женщины.

Почти у всех, включая мужчин, на шее были банты из лент и шарфов — знак солидарности с секретарем Шведской академии Сарой Даниус, которую 12 апреля вынудили уйти в отставку. Даниус любит носить блузы с бантом.

Манифестация продолжалась чуть меньше часа. Произносились речи, местами зажигательные. В окне дома напротив академии белел плакат: «Культуре замалчивания пришел конец!» Под занавес площадь скандировала: «Все-ваат-стаав-ку!»

Я тоже это кричал. От всей души. Потому что ненавижу, когда «не выносят сор из избы». Чем влиятельней изба, тем сильней ненавижу.

В данном случае, как вы догадались, избой является Шведская академия. Судьба этого института, напомню, волнует нас потому, что именно он решает, кому дать Нобелевскую премию по литературе. Для соотечественников, которые пишут в колонках, что Солженицына и Алексиевич наградили по указке вашингтонского обкома, сразу поясню: Шведскую академию сотрясает один из крупнейших скандалов за всю ее историю. То есть за 230 с лишним лет. Читайте дальше — пригодится.

Началось все с того, что — и здесь я хотел написать: «в ноябре газета Dagens Nyheter опубликовала…» Но нет, дудки. Начинать историю скандала с его разоблачения — значит играть по правилам тех, кто «не выносит сор из избы». Мол, все было чинно-благородно, как вдруг журналюги решили попиариться, погнали волну, облили грязью приличных людей.

Заседание Шведской академии

Фото: Svenska Akademien

Началось все с того, что один очень влиятельный шведский Деятель Культуры, совсем как депутат Госдумы Леонид Слуцкий, любил сексуальные домогательства. «Деятелем Культуры» его, кстати, не я окрестил. Именно так, без имени, о нем уже полгода говорят шведские СМИ. Это интересное экзотическое явление, до сих пор бытующее в некоторых обществах. Называется «чувство такта», или что-то вроде того. Уместно в отношении лиц, не облеченных политической властью.

Так вот, Деятель Культуры на протяжении десятилетий лапал, принуждал к сексу и просто насиловал женщин. Параллельно он был женат на Катарине Фростенсон, члене Шведской академии с 1992 года, и руководил известным Клубом, который тесно сотрудничал с академией. О повадках Деятеля Культуры знала вся стокгольмская богема.

Первое письменное свидетельство о сексуальном насилии с его стороны поступило в Шведскую академию еще в 1996 году. Тогдашний секретарь, мужчина, положил письмо под сукно. В 2006 году, накануне торжественного мероприятия, королевский двор попросил академию держать Деятеля Культуры подальше от кронпринцессы Виктории — ее он тоже однажды схватил за зад. При свидетелях.

Даже эта просьба никак не сказалась на сотрудничестве академии с Деятелем Культуры. Его Клуб, в котором сотрудницам платили черным налом, регулярно получал деньги из бюджета академии. В его попечение отдали квартиру академии в Париже. В этой квартире Деятель Культуры тоже насиловал женщин. А еще он трепался. Не менее семи раз сливал сторонним лицам имя нобелевского лауреата до его официального оглашения.

В ноябре 2017-го вышел материал Dagens Nyheter. Восемнадцать женщин рассказали газете и о том, что позволяет себе Деятель, и о том, как местная культурная элита — со Шведской академией во главе — уже четверть века закрывает глаза на его выходки. Более того, на заседании академии вскоре после публикации выяснилось, что «нежелательной интимной близости» Деятеля Культуры подвергались даже «члены, дочери членов, супруги членов, а также сотрудницы канцелярии академии».

Молчание — такая штука. Стоит его нарушить, и тайное оказывается не только явным, но и повсеместным.

Академики прекратили всякое сотрудничество с Деятелем и попросили юристов проверить финансовые и прочие связи академии с его Клубом. Взволнованной шведской общественности пообещали «максимально возможную прозрачность в этом вопросе».

Но с прозрачностью вышла заминка.

С юридической точки зрения, в Швеции сегодня трудно найти менее прозрачную организацию, чем Шведская академия. Ее устав написан в 1786 году — монархом для аристократов. Последние серьезные изменения в устав вносились в 1914 — тогда, благодаря Сельме Лагерлеф, в академию стали принимать женщин. Членство до сих пор было пожизненным. Новых членов избирают старые. Бюджет у академии собственный. Она не подчиняется никаким министерствам. На нее не распространяются шведские правила научной этики. Распустить академию не может никто, кроме короля.

Все шведские госслужащие, от премьер-министра до вузовского препода вроде меня, живут с сознанием того, что каждый чих, совершенный на рабочем месте, по первому требованию может стать достоянием общественности. А Шведская академия, раздающая стипендии, призы и Нобелевские премии, не обязана делать достоянием общественности вообще ничего.

Иными словами, шведские академики не зависят ни от кого, кроме собственных тараканов. И, с одной стороны, это правильно. Имидж своевольных божков изящной словесности, парящих над нашей бренной, транспарентной юдолью, — едва ли не главное достояние академии.

Но дело сильно осложняется тем, что божков в природе не существует. Светлый образ невозможно просто иметь; его надо без конца культивировать. Рано или поздно всякий кружок аристократов духа упирается коллективным лбом в экзистенциальный выбор: или мы тут и вправду стараемся вести себя по-божески, или мы врем и «не выносим сор из избы».

Секретарь Шведской академии Сара Даниус (слева) покидает заседание Шведской академии, на котором она заявила о своей отставке

Фото: TT News Agency/Jonas Ekstromer via REUTERS

В ноябре-декабре казалось, что Шведская академия под руководством Сары Даниус выбрала первую стратегию. Однако юридическая проверка затянулась на месяцы, и за это время фракция старых хрычей во главе с академиком Хорасом Энгдалем перетянула одеяло на себя. Восторжествовало мнение, что проблема не в проступках членов академии. Проблема, понимаете ли, в шумихе, которую все подняли из-за этих проступков.

Как следствие, в начале апреля большинством голосов было решено, во-первых, не передавать итоги проверки в полицию. Во-вторых, не предавать их огласке. В-третьих, не исключать Катарину Фростенсон, жену Деятеля Культуры, которая является совладелицей его Клуба — а значит, годами платила деньги из бюджета академии в собственный карман.

В знак протеста против такого решения три академика объявили о своем уходе. Фонд Нобеля предупредил, что академия вредит престижу Нобелевской премии. Хорас Энгдаль из фракции старых хрычей обозвал Сару Даниус, первую женщину во главе академии, худшим секретарем за 230 лет. После очередного бурного заседания Даниус сложила свои полномочия и хлопнула дверью. Вслед за ней ушла наконец и жена Деятеля Культуры.

Я не могу предсказать, в каком состоянии будет Шведская академия, когда вы прочитаете эти строки. Шведский король уже занялся пересмотром ее устава. В академии 18 номерных стульев. По старым правилам, чтобы заполнить освободившийся стул, нужен кворум в 12 человек. На данный момент в академии десять. Двое членов ушли еще до истории с Деятелем Культуры. В конце апреля заявление об уходе подала Сара Стридсберг, одна из главных противниц фракции старых хрычей.

После манифестации с бантами в Старом Городе, после открытых писем, подписанных сотнями ученых, останки академии передали-таки в полицию заключение юристов. Выпустили покаянный пресс-релиз. Но даже в это покаяние они ввернули, что «репутация Нобелевской премии по литературе» пострадала не от ошибок самих академиков, а от «освещения кризиса» в СМИ.

Надеюсь, король прислушается к тем, кто призывает распустить оставшихся членов и заполнить все стулья с нуля. Люди, считающие, что огласка хуже самого преступления, не должны отвечать за главную литературную премию мира. По-хорошему, им нельзя доверять даже отбор товара для книжного магазина на стокгольмском вокзале. Уже хотя бы потому, что львиная доля настоящей литературы — это протест против сора, который так и не вынесли из избы.

P. S. Утром 4 мая оставшиеся члены Шведской академии объявили, что присуждение Нобелевской премии по литературе за 2018 год переносится на год. Осенью 2019 года будут названы сразу два лауреата.

Новости партнеров

1 комментарий
Сергей Кондрашов

Сергей Кондрашов

Хорошая длинная сплетня....

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Войти Зарегистрироваться