Жить на свои. Как накопить на пенсию, не ожидая милостей от государства

Редакционный материал

Надеяться на правительство бессмысленно, единственный способ обеспечить себе достойную старость в России — накопить на нее самому. Но как это сделать?

19 Июль 2018 10:16

Забрать себе

Иллюстрация: Fanatic Studio/Getty Images

Повышение пенсионного возраста и подготовка очередной пенсионной реформы дают повод задуматься о том, что делать людям, которые не хотят работать до смерти.

Сначала полезно провести ревизию инструментов, которые сегодня доступны для создания долгосрочных (в том числе и пенсионных) накоплений, оценить их достоинства и недостатки, понять, чего не хватает, и подумать, как это можно было бы получить.

Прежде чем заняться такого рода ревизией, имеет смысл ответить самому себе на вопрос, а что такое «хорошая» или «нормальная» пенсия и в чем ее измерять?

Скажем, сто тысяч рублей в месяц — хорошая пенсия или плохая? Для лета 2018 года, прямо скажем, очень неплохая. Но эти 100 000 в месяц нужны будут лет через 20–30, а хватит ли их на пачку макарон и банку тушенки летом 2048-го — вопрос, ответить на который едва ли кто возьмется.

В 1988 году заработать 100 000 за всю свою трудовую карьеру было практически невозможно. А всего через 10 лет, в 1998 году, на момент начала деноминации 100 000 превратились в скромные 20 долларов

Чтобы не быть голословным, попробуем вспомнить, как менялась покупательная способность пресловутых ста тысяч в последние 30 лет. В 1988 году это была фантастическая сумма. Даже не скопить, а заработать 100 000 тогда за всю свою трудовую карьеру было практически невозможно. А всего через 10 лет, в 1998 году, на момент начала деноминации 100 000 превратились в скромные 20 долларов, которых было не всегда достаточно на оплату коммунальных платежей. Еще 10 лет спустя, в начале 2008 года, 100 000 рублей можно было поменять на 4000 долларов, а самая дешевая квартира в Москве стоила в 25 раз дороже. Сегодня 100 000 — это примерно 1600 долларов. Можно, конечно, привязываться к чему-то более надежному, чем рубль. Но те, кто сомневается в том, что доллар и евро в России обесцениваются (не такими, конечно, темпами, как рубль), пусть вспомнит, что в середине 90-х на 200 долларов в месяц можно было жить не хуже, чем сейчас на 2000, а евро тогда и вовсе никаких не было.

Сейчас для оценки пенсионных выплат их соотносят со средней зарплатой на момент выхода на пенсию. Но ориентироваться на этот показатель, самостоятельно формируя пенсионные накопления, довольно сложно. А государство открыто признает, что ничего гарантировать даже тем, кому сейчас 35–40 лет, не готово.

Что есть

Копить можно по-разному, а для тех, кто получает «белую» зарплату, уже сейчас есть стимулирующие меры, позволяющие получать налоговый возврат, гарантирующий минимум 13% годовых. Правда, сумма, с которой можно получить этот возврат, ограничена 400 тыс. рублей в год. Эти льготы действуют для клиентов негосударственных пенсионных фондов (НПФ), перечисляющих туда средства сверх обязательных отчислений, а также для владельцев индивидуальных инвестиционных счетов (ИИС). Есть и другие способы долгосрочных накоплений, самые распространенные из которых для удобства представлены в виде таблицы.

Пополняемые рублевые и валютные депозиты — самый простой и условно надежный способ копить деньги. Вот только опыт последних трех десятилетий показывает, что в долгосрочной перспективе накопить сумму, достаточную для того, чтобы прожить на нее 10–20 лет, — задача далеко не банальная, даже когда речь идет о валютном депозите Сбербанка. Про надежность банков тоже говорить нечего. А система страхования вкладов (ССВ) имеет ограничение в 1 млн 400 тысяч рублей. То есть в разы (а то и на порядок) ниже сумм, достаточных для того, чтобы быть основным источником доходов в течение хотя бы десятка лет.

Отличия дополнительного пенсионного страхования в НПФ от банковского депозита (по крайней мере, сейчас) на самом деле практически не существует: оно, по сути, состоит только в том, что деньги на банковский депозит кладет НПФ и берет за это комиссию на прокорм собственных сотрудников. Правда, как уже было сказано, есть на этом торте очень привлекательная вишенка — налоговый возврат, который могут оформить те, кто получает «белую» зарплату. Но выбирая НПФ, лучше удостовериться, что он является участником системы страхования, аналогичной банковской ССВ.

Пик популярности паевых инвестиционных фондов (ПИФ) пришелся на 2008 год, однако обвал фондового рынка разорил тогда несколько управляющих компаний и значительно остудил пыл инвесторов. Очевидное преимущество ПИФов, как и других форм коллективных инвестиций, — дешевый доступ к диверсифицированному портфелю, сформировать который самостоятельно для человека со средним уровнем доходов — задача практически нереальная. Но у ПИФов есть целый ряд недостатков, которые могут перевесить это преимущество. Во-первых, услуги управляющих стоят недешево, и свои 3% от суммы чистых активов они получают вне зависимости от того, как они там науправляли. Впрочем, когда паи растут в цене по 20–30% в год, на эти 3% можно закрыть глаза. А когда обесцениваются на 50%? Во-вторых, управляющие компании — штука менее надежная и устойчивая, чем банки. Деятельность их регулируется и регламентируется довольно сильно, но случаи потерь из-за низкой компетентности (а иногда и низкой порядочности) управляющих известны. Особенно это относится к фондам активного управления. Этот тот самый «человеческий фактор» в таблице, из-за которого в 2008 году начался массовый переток инвесторов из ПИФов на биржу.

Существующие сегодня в России способы копить на пенсию, взятые по отдельности или их комбинация, не дают ни достаточной надежности, ни приемлемой диверсификации, ни надежной защиты от форс-мажора

При всем вышесказанном, самостоятельное формирование инвестиционного портфеля сегодня далеко не редкость. «Физики» стали серьезной силой на фондовом рынке. Дополнительным стимулом стало введение индивидуальных инвестиционных счетов (ИИС), которые дают право на налоговый вычет в случае, если деньги размещаются на этом счете. Инвестировать можно в акции, облигации, привязанные к биржевым товарам и фондовым индексам производные инструменты. Спектр весьма широк. Но у российского фондового рынка очевидный перекос в сторону сырьевого сектора, а вкладывать в нефтяные компании может оказаться не самой разумной долгосрочной стратегией. Кроме того, самостоятельно сформировать диверсифицированный портфель можно, только покупая производные финансовые инструменты, для работы с которыми требуются хотя бы минимальные знания. Да и то, регулярное пополнение этого портфеля небольшими суммами — задача сложная, поскольку минимальные биржевые лоты могут превышать суммы, которые человек готов откладывать ежемесячно. Про операции на внешних биржевых площадках и говорить нечего, там цена «входного билета» еще выше.

Есть, наконец, недвижимость, инвестиции в которую абсолютное большинство населения считают самым надежным пенсионным капиталом. Накопить даже на скромную «однушку», откладывая по 15–20 тысяч рублей в месяц, может не получиться даже к пенсии. Можно взять ипотечный кредит, купить квартиру, сдать ее, а разницу между арендной платой и выплатами по ипотеке считать своими пенсионными отчислениями. Но гарантий того, что стоимость недвижимости и арендная плата будут расти, нет. Кроме того, быстро продать квартиру без потерь в случае крайней необходимости весьма затруднительно. Иными словами, ликвидность и диверсификация таких инвестиций наихудшие из всего, что тут рассматривается.

Проведенная краткая ревизия приводит к неутешительному выводу: существующие сегодня в России способы копить на пенсию, взятые по отдельности или их комбинация (депозиты + ПИФы + самостоятельные инвестиции в рамках ИИС), не дают ни достаточной надежности, ни приемлемой диверсификации, ни надежной защиты от форс-мажора, который у нас случается с завидной регулярностью.

Иллюстрация: Fanatic Studio/Getty Images

Что остается

Определив проблемы, гораздо проще искать способ их решения. Едва ли не главное «узкое место» всех более или менее долгосрочных инвестиций — проблема доверия. И дело не ограничивается доверием к управляющим. Это как раз решается довольно просто за счет исключения человека из процесса принятия инвестиционных решений в отношении чужих денег.

Вернемся к тому, с чего начинали, — к очередной реформе, главным результатом которой станет еще один удар по доверию граждан и к пенсионной системе, и к государству, которое слишком часто меняет правила игры (причем всегда в свою пользу). Слабость институтов, особенно института частной собственности в России, помноженная на длительный срок пенсионных накоплений, делает их слишком подверженными системному страновому риску. Конфискация пенсионных накоплений, которую государство практикует с 2014 года, этот тезис только подтверждает. А многочисленные случаи отъема собственности в пользу госкомпаний (достаточно вспомнить историю «Башнефти») распространяют эти риски не только на пенсионные накопления, но и на любые инвестиции. Так что какую-то (а то и большую) часть долгосрочных инвестиций имеет смысл формировать в иностранных (а еще лучше международных) активах, в странах с, мягко говоря, более стабильной политической и законодательной системой. А это значит, что система в идеале должна быть международной.

Вот только «входной билет» на западные рынки слишком высок для основной массы российского населения. Спасением могли бы стать коллективные инвестиции, если бы удалось избавить их от присущих им сейчас недостатков — проблемы доверия к управляющим и высоких операционных расходов, съедающих изрядную часть дохода от инвестиций, а иногда и залезающих в «тело» капитала.

Это «узкое место» довольно просто расширяется современными финансовыми и информационными технологиями. Одна только модернизация института коллективных инвестиций за счет блокчейн-технологий уже стала бы серьезным прорывом. Сегодня все зациклились на криптовалютах, но если рассматривать блокчейн как способ записи, как готовый распределенный реестр, который резко снизит операционные издержки и снимет проблему доверия к реестродержателю, все предстает совсем в другом свете. Распределенный реестр делает ненужными расходы на содержание спецдепозитария с многочисленным персоналом, арендой помещения, серверами, которые необходимо защищать от хакеров или вороватых сотрудников. Использование этой технологии делает экономически оправданными микроинвестиции, что для пользователя означает практически неограниченную возможность для диверсификации своих вложений.

Те, кто ведет семейный бюджет, знают, что официальные цифры инфляции совершенно не отражают того, как растет сумма чека на регулярный набор покупок или размер коммунальных платежей

Осталось решить вопрос доверия к деньгам как таковым. И не стоит думать, что это проблема, присущая исключительно России, Зимбабве или Венесуэле. Кризис 2008 года и последовавшие за ним программы спасения системно значимых банков, политика «нулевых ставок», программы «количественного смягчения» и спасение «европейской периферии», вылившиеся в допечатывание триллионов долларов и евро, нанесли серьезный удар по мировым валютам как мерилу ценности. Эталонный метр превратился в безразмерный. Именно этим отчасти и объясняется успех биткоина — «цифрового золота» с заранее запрограммированной ограниченной эмиссией.

Так что, инвестируя, конечно, можно стремиться к тому, чтобы доходность была выше инфляции. Но те, кто ведет семейный бюджет, знают, что официальные цифры инфляции совершенно не отражают того, как растет сумма чека на регулярный набор покупок или размер коммунальных платежей.

Гораздо разумнее было бы сначала продумать примерную структуру пенсионных расходов, а после предложить ликвидные финансовые инструменты, привязанные к тем или иным расходам. Отраслевые индексы тут не подходят, поскольку динамика акций компаний того или иного сектора может совершенно не совпадать с динамикой цен на их основную продукцию. Еще Джим Роджерс в свое время вывел правило: если вы прогнозируете рост цен на нефть, нет смысла покупать акции нефтяных компаний, надо покупать нефть. Человеку, который выходит на пенсию, нужно как минимум обеспечить себе крышу над головой, продовольствие, воду, электричество, коммунальные услуги, транспорт, одежду, медицинскую страховку, а также иметь некоторую сумму, которую можно тратить по своему усмотрению.

Существующее на сегодняшний день законодательство в ряде случаев позволяет создавать финансовые инструменты, привязанные к самым разным товарам и услугам.

Выпустить токен, на котором написано «акция Apple», — дело пяти минут. Выстроить прозрачную систему, в которой токены были бы обеспечены тем, что на них написано, и гарантировать их ликвидность — сложнее

Токенизация (или, если угодно назвать это модным словом, «цифровизация») активов не только открывает широкий спектр возможностей в создании новых финансовых инструментов, но и превращает держателей паев (токенов) в майнеров, верифицирующих сделки с ними и обеспечивающих их оборот и регулярный клиринг. Эта система делает рентабельными микроинвестиции и открывает для инвесторов широкие возможности для диверсификации своих портфелей. Система, в которой продуктом блокчейн-технологий являются не криптовалюты, а цифровая форма традиционных инструментов (акций, облигаций, фьючерсов, опционов, других производных финансовых инструментов), снимает противоречия с действующим в большинстве стран (включая Россию) законодательством и позволяет действовать в легальном поле.

Наконец, децентрализованная торговая площадка, позволяющая прямой обмен токенами, снимает проблему уязвимости централизованных биржевых серверов перед хакерскими атаками и еще сильнее снижает транзакционные издержки.

Последним звеном в этой системе должна стать существующая в легальном поле структура, которая выступала бы номинальным держателем всех активов, доступных на децентрализованной площадке. Управляться эта структура могла бы при помощи реализованной на том же блокчейне системы голосования, а в реальности иметь форму акционерного общества (в конце концов, акционерные общества — едва ли не старейшая форма коллективных инвестиций). Проблема доверия к площадке решалась бы просто: сотрудники этой структуры не должны принимать самостоятельных инвестиционных решений. Их функция — обеспечивать корректную работу программного обеспечения, которое работает в соответствии с заранее прописанными и прозрачными для акционеров и клиентов алгоритмами.

Выпустить токен, на котором написано «акция Apple» или «гектар виноградника в Бордо», — дело пяти минут. Выстроить прозрачную систему, в которой токены были бы обеспечены тем, что на них написано, и гарантировать их ликвидность — сложнее. Но речь не идет о каких-то фантастических технологиях будущего. Все описанные решения уже реализованы в разных проектах. Вопрос в том, кто соберет все это на одной платформе. А поскольку пенсионная проблема стоит весьма остро, причем не только в России, можно не сомневаться, что платформы, на которой выросла бы международная система распределенных инвестиций, ждать осталось недолго.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме

Читайте также

Госдума приняла в первом чтении закон о повышении пенсионного возраста
Специалист по психологии насилия размышляет, стоит ли ожидать серьезных потрясений в обществе после принятия законопроекта о пенсионной реформе

Новости партнеров

Что на самом деле происходит с нашими пенсиями
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться