Top.Mail.Ru

Редакционный материал

«Хуже не будет». Жители Дальнего Востока, Хакасии и Владимира о том, почему «прокатили» своих губернаторов

Причины провала «Единой России» на губернаторских выборах в монологах четырех избирателей из регионов, где партия власти проиграла кандидатам системной оппозиции. По просьбе некоторых героев их имена изменены

26 Сентябрь 2018 11:17

Вадим, 55 лет, врач, Владимир

Жаль, что до первого тура был вынужден сняться коммунист Шевченко — я бы, как и большинство жителей региона, голосовал за него. При этом совершенного удивительно, как Орлова (Светлана Орлова — предыдущий губернатор Владимирской области. — Прим. ред.) собрала хоть какие-то проценты: ума не приложу, кто вообще мог отдать за нее свой голос. Хотя я знаю, например, как обзванивали заведующих клиник и требовали обязательно проголосовать. Я сам в это время, к счастью, был в отпуске. Но вернулся в город ко второму туру — и проголосовал. Принципиально против Орловой, а не за Сипягина, ведь ничего хорошего за время ее «правления» не произошло.

Вот, например, сидит она на прямой линии перед Путиным и рассказывает, что в регионе сделаны все дороги — ложь; отвергает обвинения людей в плохом состоянии местной медицины — ложь, еще более наглая.

Именно при Орловой у нас совсем умерла региональная промышленность: местный тракторный завод и завод электроприборов прекратили свою деятельность, и никаких новых производств на их месте не появилось.

Жуткая история, произошла с транспортом в городе. Была во Владимире автобусная компания «Бигавтотранс», от фамилии ее создателя и начальника Биганова. Компания всем нравилась, была успешной. А при Орловой внезапно стали создаваться другие транспортные фирмы, все выгодные маршруты были переданы новым, невесть откуда взявшимся людям — в итоге компания разорилась, а сам Биганов покончил с собой.

Так что мы голосовали против вранья власти везде и во всем. А за кого — было плевать. Нашего кандидата до выборов все равно не допустили.

Леонид Сунгоркин, 44 года, Хабаровск, руководитель Хабаровской краевой общественной организации «Объединение по защите культуры прав и свобод коренных и малочисленных народов Приамурья»

Наша организация была создана в 2011 году, это была вторая в крае общественная организация, представляющая интересы коренного населения. И практически сразу после регистрации у нас начались проблемы: правительство Шпорта (Вячеслав Шпорт — предыдущий губернатор Хабаровского края. — Прим. ред.) просто не хотело иметь дело с альтернативной точкой зрения.

Проблем, с которыми коренные народы столкнулись за эти годы, накопилось немало. Для начала важно отметить, что этническое население зачастую добывает себе пропитание своими руками — ловит рыбу. При этом многие группы населения (например, дети и пожилые люди) просто не могут делать этого самостоятельно. Предыдущее руководства региона не хотело оказывать никакой помощи в этом вопросе, и это начало вызывать массовое недовольство.

В Хабаровске, где находится национальное нанайское столпище Бури, до сих пор нет ни одного национального культурного центра, который бы отражал самобытность коренного населения в городе. Складывается такое впечатление, что в городе просто не живут нанайцы. Нам потребовалось пять лет, чтобы в хабаровский устав хотя бы просто добавили одну строчку о защите коренных малочисленных народов региона. Страшно представить, сколько лет заняли бы любые другие изменения.

Со СМИ также дела обстоят не очень хорошо: сейчас в Хабаровском крае существует лишь одна газета, издающаяся на родном нанайском языке — «Пост Хабаровска». Но власть делала вид, что этнические медиа развивать не надо, что мы оппозиционеры. В итоге за критические статьи газете начали угрожать органы власти.

Но ничто так не подчеркивало абсолютно безразличное отношение к коренным жителям, как рыбный кризис прошлого года: из-за нерационально строящихся дамб рыбы стало просто не хватать. Люди были готовы ею кидать в окна Белого дома, но кидать, кроме воплей и стонов, было нечего.

Естественно, все это вызвало недовольство Шпортом. Но я лично не собирался голосовать за Фургала: он, с моей точки зрения, ничего из себя принципиально не представляет. На выборы 9 сентября я пошел голосовать против существующего губернатора. К участку шел, как на похоронах за гробом, молчаливо и с опущенной головой. Но результаты заставили воспрять не только меня.

Андрей Икс, 31 год, Абакан, Хакасия, предприниматель

Реальной оппозиции в России нет. КПРФ и ЛДПР по сути являются сателлитами действующей власти, работающей на зарубежный капитал. Кроме того, я считаю, что коммунизм в том виде, в котором его предлагает КПРФ, полностью себя изжил. Но я голосовал за коммуниста Коновалова, потому что ему не было и нет достойной альтернативы. Мой голос — скорее против всех.

Нельзя сказать, что Коновалов совсем лишен положительных качеств. Он понравился мне своим желанием работать, тем, что он открыт для граждан и хочет перемен. Также при проведении дебатов он не врал.

В какой-то момент я понял, что весь аппарат власти не исполняет местные законы и постановления, а органы надзора и правопорядка закрывают на это глаза, повальная коррупция и кумовство поражают своей масштабностью. Боятся ему особенно было нечего. Зимин — егерь Кремля, Путин и Шойгу любят ездить отдыхать в Хакасию.

Сейчас в Хакасии три главных проблемы. Первая — то, что крупнейшие предприятия ушли в офшоры («Русгидро», «Русал», угольные разрезы). Вторая — нецелевое расходование и неграмотное распределение средств. Бывшего губернатора подводили часто его же сотрудники. Допустим, гранты сельскому хозяйству в избыточном объеме. В то время как школьникам не хватает на питание и из 450 рублей на ученика доходит 90 рублей, моему знакомому фермеру Зимин предложил грант на 20 миллионов. Но фермер отказался, так как не в состоянии их освоить и отчитаться. Ну и, в конце концов, республикой управляют некомпетентные чиновники, зачастую не имеющие профильного образования и должной компетенции.

Эти проблемы можно было бы решить, если бы у граждан была реальная возможность избрания народных депутатов и общественного контроля и влияния на деятельность чиновников. Каждый чиновник уверен в своей безнаказанности — отсюда бездействие и нежелание работать. Чиновники подчиняются лишь своим непосредственным руководителям, забывая о том, что являются наемным менеджментом, существующими на наши налоги.

Сможет ли Коновалов хоть частично что-то изменить, я не знаю. Знаю одно: хуже уже не будет.

Я следил за выборами, в Хакасии эти выборы были интригой. Когда Коновалов победил, я почувствовал, что в этой стране еще не все потеряно. Я понимаю, что новая власть будет со временем так же коррумпирована, но надеюсь, что в то же время она будет обращать хоть какое-то внимание на наши проблемы! Пусть хотя бы посадят всех замеченных в коррупции при прошлом губернаторе.

Хамза Кузнецов, 37 лет, Хабаровск, глава регионального движения мусульман

Я голосовал не за Сергея Фургала, а против Шпорта. Возможно, я и видел более подходящего кандидата, но понимал: никто, кроме представителя ЛДПР, в регионе не сможет составить настолько мощную конкуренцию единороссу. Поддержка ЛДПР в Хабаровском крае традиционно очень сильна, а сам Фургал на прошлых губернаторских выборах уже набирал более 20 процентов.

Тем не менее результаты нынешнего первого тура превзошли все ожидания. Народ ликовал, и на второй тур голосования пошли даже те, кто предыдущий намеренно пропустил. Я был среди этих людей.

Шпорт был совершенно забронзовевшим политиком, мало общался с населением края, на мой взгляд, так вообще для вида, ни о какой критике в местных СМИ при нем вообще не могло идти и речи.

Шпорт стал заложником своей команды, которая рисовала ему радужные картинки. А в действительности край страдал. Последней каплей стал его рассказ президенту о средней зарплате в регионе: ну какие 40 тысяч? Зачем так врать? Особенно о 80 тысячах, которые якобы получают врачи. Ведь им на деле достается почти в четыре раза меньше.

Такая публичная ложь отвернула людей от Шпорта. А тот и не знал, что в народе происходит на самом деле.

Подготовили: Арина Крючкова, Игорь Залюбовин

Я его слепила из того, что было, ну а то, что было то и полюбила. «Сноб» смоделировал внешность альтернативного российского президента, соединив лица четырех новых кандидатов, неожиданно выигравших региональные выборы: Андрея Ищенко (КПРФ, Приморский край), Владимира Сипягина (ЛДПР, Владимирская область), Сергей Фургал (ЛДПР, Хабаровский край) и Валентина Коновалова (КПРФ, Хакасия). Местные жители голосовали по принципу «хоть за кого, только не за Единую Россию» Фото: Мария Аносова / Коммерсант / РИА Новости / ТАСС

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Леонид Гозман и Глеб Павловский начинают дискуссию о том, к чему может привести противостояние с Западом, а также растущие экономические проблемы и падение рейтинга власти в самой России
Представление, будто менять руководство надо в расчете на реакцию других стран в обход своего населения, — вполне кремлевская идея. Где вообще население РФ на этой картинке? Его нет. Ответ Леониду Гозману

Новости партнеров

Победу ЛДПР празднует потому, что со своей пенсионной реформой власть пошла на грубое нарушение контракта, заключенного в начале нулевых. Разумеется, иначе и быть не могло, поскольку за Крым в широком смысле необходимо расплачиваться, и кому же платить, если не россиянам? Они платят, но и мстят