Колонка

«Депутинизация» или деэскалация?

26 Сентябрь 2018 11:18

Представление, будто менять руководство надо в расчете на реакцию других стран в обход своего населения, — вполне кремлевская идея. Где вообще население РФ на этой картинке? Его нет. Ответ Леониду Гозману

Забрать себе

В нулевые годы всеобщим вниманием завладел военный президент Джордж Буш — младший. Тогдашние остряки предлагали выбирать президента США всем человечеством, раз он и так управляет им. Прошло лет пятнадцать — и почти то же говорят о президенте Путине. С одной поправкой — этого хотят всем миром снимать. Путин ведь трижды был лицом года по выбору Time — так, может, американским гражданам его и уволить? У них есть и средство к этому — antiRussianmeasures regime, политика антироссийских санкций.

Санкции — пренеприятная вещь, но не все сознают, что речь не о каких-то списках невыездных на Запад, а о новом глобальном режиме. И этот режим все обостряется, эскалируется, причем с обеих сторон. Все говорят о мировом порядке, но режим санкций отменяет порядок. Это режим эскалации напряженности. Я благодарен Леониду Гозману, обратившему внимание на связь этого нового мирового режима с войной. Но я не согласен с тем, что он и есть война, как думает, кстати, и Путин, и российские телеведущие, и сам автор.

В одном я полностью согласен с автором — что установка на санкции «устойчива и в обозримом будущем не изменится», даже если выяснится, что России зря приписали пару-тройку чужих злодейств. Но у эскалаций своя логика, а санкции, трактуемые как война, — это мотор безостановочной эскалации.

Сперва санкции вводили прагматично, как способ сдерживания дальнейших действий России на Украине, и поначалу мягкий. Но путинская команда буквально вцепилась в антироссийские санкции, найдя в них простой способ преувеличить масштаб конфликта. Ведь глобальный масштаб — то, что обожают в Кремле, и в этом лабиринте кривых преувеличивающих зеркал заблудились. «Симметричные и асимметричные меры» Кремля вкупе с бравадой и кровавой хлестаковщиной пропаганды превратили санкционный режим в то, что моряки зовут «мокрый узел». Гипотезу, будто ухода Путина с поста довольно для отмены санкций и нормализации положения, нечего и обсуждать — это утопия, хотя здесь центральный тезис автора. Увы, Брежнев и даже Ельцин умерли, не дождавшись отмены санкционной поправки Джексона — Вэника. 

Фото: Damir Sagoij / Reuters

«Эффективного ответа на действия Запада у нас не существует» — полагаю, и это не так. Эффективного ответа нет у Кремля, но это не значит, что ответа нет вовсе. Кроме того, ответ может быть еще более рискованным — сдерживание ведь палка о двух концах.

Как Остап Бендер в шахматном матче в Васюках, сам того не зная, играл старую испанскую партию, так и Путин в Крыму открыл себе хорошо известную стратегию «сдерживания неопределенностью». Она описана всеми теоретиками стратегии, начиная от Кеннана и Томаса Шеллинга. Речь идет о маске безумца, когда противник выглядит опасно неадекватным и способным к безудержной эскалации вплоть до «неконвенциональных средств». Ее применяли в разное время и американские президенты, а у нашего это выходит великолепно, о чем есть свидетельство самой Ангелы Меркель: «Путин живет в параллельной реальности». В таких случаях симметричное противостояние считают слишком опасным, ведь неизвестно, как на него отреагируют из параллельного мира. Все это выглядит отвратительно. Однако не исключено, что в несчастном 2014 году это и удержало Европу и саму Россию от большой войны.

Но сдерживание взаимными эскалациями обостряет и режим санкций, разгоняя мотор конфликта. Российская Система, войдя в режим глобальной эскалации, не позволяет из него выйти — а в Кремле и не хотят. Похоже, что не хотят и в Капитолии. Но еще раз — это не означает, что мир находится в состоянии войны.

В нашей ментальности есть стремление описывать любую трудность как «войну». В основе этого не «гены Чингисхана» и не «славянская воинственность», а беспробудная лень. Нежелание возиться со скучной сложной реальностью ведет к мысли: война все спишет. И хотя войны еще нет, но все важное действительно списано. В том числе Путин.

«Мир не поверит нашему президенту, даже если он и захочет ради спасения страны и собственного положения сдать назад». Здесь возникает сразу несколько но. Во-первых, хотелось бы взглянуть на достоверный глобальный опрос — их время от времени проводят по разным поводам. Боюсь, что недоверие к Путину ничуть не объединяет наш разобщенный мир, ни в Латинской Америке, ни в Китае, ни даже в Европе. Тем более эта мысль не объединит Россию. И вообще, должно ли отношение «мира» к президенту России лежать в основе наших решений? Большой вопрос. 

Команда Путина организует уход Путина, подобрав Путину преемника, чертовски похожего на Путина. Но все это окажется лишь еще одной эскалацией

Но вот ключевой тезис Леонида Гозмана: «Нормальным — единственным? — выходом была бы его отставка под каким-либо благовидным предлогом (состояние здоровья, например) и приход к власти кого-то, пусть даже из его команды, кто смог бы начать если не с чистого листа, то все же с лучших позиций. Этот факт — необходимость его ухода как шанса на предотвращение тренда на большую войну — нужно как минимум осознать и сказать об этом открыто».

Здесь есть то рациональное зерно, что любому новому правительству в мире всегда легче решать трудные вопросы на фоне грехов правительства ушедшего. Тут не поспоришь, и смена руководящей команды в России назрела давно. Однако метод и процедуры в таких делах имеют значение.

Представление, будто менять руководство надо в расчете на реакцию других стран в обход своего населения, — вполне кремлевская идея. Где вообще население РФ на этой картинке? Его нет. А ведь на днях население четырех регионов России прокатило четырех губернаторов. Что, если оно прокатит и преемника, прошедшего западный кастинг?

Да и, кстати, способны ли российские «элиты» вообще кого-то снять?

У Системы РФ есть важное отличие от государства — это сетевой VIP-сервис, обслуживающий элиты. Государственность РФ — лишь зона многопрофильного и эксклюзивного обслуживания элит. В результате «элиты» могут без опаски обсуждать действия власти и даже категорически их отвергать, не покидая кресла, где власть делает им педикюр. Что создает необыкновенно комфортную позицию Владимира Путина как вечного посредника между бюрократией и элитами, не принадлежащего ни к этим, ни к тем. Президент РФ — элитарий среди госслужащих, зато строгий Верховный Главнокомандующий во главе телеведущих и кинорежиссеров. Противники «путинского режима» безуспешно пытаются переделать элитный сленг в оппозиционный. А это всего лишь дискурс косметических салонов и дорогих фитнес-комплексов. Снять президента России оттуда нельзя.

И все же Путина могут снять примерно описанным автором способом, но, увы, иначе и с другой целью. Российская Система — машина решения вопросов через их обострение — держит за пазухой сценарий «радикальной депутинизации», позволяющий ей получить еще одну отсрочку, списав грехи прошлого. Тогда комический мем «Ехал Путин через Путин» политически материализуется — Владимира Путина переедут Путиным 2.0. Команда Путина организует уход Путина, подобрав Путину преемника, чертовски похожего на Путина. Но все это окажется лишь еще одной эскалацией за спиной населения и управленческого класса России. Не снизится и вероятность «новой локальной войны неподалеку от наших рубежей», которой Леонид Гозман надеется избежать в обмен на фигуру президента. Напротив, в сценарии «кремлевской депутинизации» вот такая война и может потребоваться. Грандиозный проект смещения фронтмена Системы по ее правилам предполагает некий чрезвычайный силовой спазм — еще одну элитную эскалацию, вразрез интересам населения. Чрезвычайность событий ухода Путина соблазнительно будет утопить в кое-чем поярче фуражки генерала Золотова. Так и пенсии платить не придется, пожалуй.

Сегодня снизить градус новых эксцессов Системы куда важней, чем обновить портреты ее президента.

Новости партнеров

0 комментариев

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Войти Зарегистрироваться