Евгений Гонтмахер: Как преодолеть отчуждение с Европой

Редакционный материал

Профессор Высшей школы экономики и член Экспертной группы «Европейский диалог» убежден, что только человеческое общение способно растопить лед недоверия между Россией и Евросоюзом

22 Октябрь 2018 14:56

Забрать себе

Иллюстрация: Album / Oronoz / EAST NEWS

Так получилось, что последний месяц прошел у меня под знаком Европы. 24 сентября в «Благосфере» экспертная группа «Европейский диалог» открыла серию публичных встреч под названием «С европейской точки зрения». Моим первым собеседником — и не случайно — стал глава Представительства ЕС в России Маркус Эдерер.

В тот же день «Московский комсомолец» опубликовал мою большую статью, в которой я полемизирую с Сергеем Карагановым, утверждающим, что «Россия — такая же наследница империи Чингисхана, как и Китай», и поэтому «мы исторически привержены авторитарной системе управления, а не либеральной демократии».

И наконец, 7–10 октября, находясь в Брюсселе, я вместе с коллегами по «Европейскому диалогу» участвовал в ряде встреч с высокопоставленными чиновниками ЕС и депутатами Европарламента. А на обратном пути в Москву я заехал в Варшаву, где встретился с моими давними польскими друзьями.     

Все это дает обильную пищу для размышлений о том, как смотрят на Россию наши западные соседи. Буду говорить не только об официальной стороне дела. Начну с эмоций.    

Они могут быть описаны в двух простых формулах:

— непонимание, переходящее в недоумение;

— опасение, переходящее в отчуждение.

Да, в непосредственном общении, как это было с послом Эдерером, а также всеми официальными лицами в Брюсселе, сквозит неподдельный интерес к российским делам, всячески подчеркивается желание налаживать отношения с Россией. Утверждение о том, что Россия — это не Европа, а нечто особое, евразийское, вызывает недоумение. В ответ говорят, что, может быть, речь идет о Евразийском экономическом союзе?

Я же, пытаясь быть серьезным, говорю, что нет, речь идет об особой цивилизации с какими-то особыми ценностями и принципами, которые можно свести к очень простой формуле: государство — это всё, а человек — не более чем расходный материал. Конечно, в авторитарных государствах, к которым, по мысли наших «особистов», органически принадлежит и Россия, в такой откровенной форме эта мысль не произносится. Наоборот, сейчас, как и во времена СССР, нам говорят и с высоких трибун, и с экранов федеральных телеканалов, что у нас-то как раз и есть настоящая демократия и только у нас «так вольно дышит человек». Правда, вся эта риторика спотыкается о быт, то есть об уровень и качество жизни у нас и у них. Даже наша весьма изощренная пропаганда не может придумать что-нибудь такое, чтобы убедить среднего российского гражданина в его процветании на фоне социальных бедствий Запада.

Вся описанная выше картинка попахивает каким-то сюрреализмом. Недаром же в крайней западной точке России — Калининграде — уже который год проводится «Постинтеллектуальный Форум имени Кафки и Оруэлла», в котором я в этом году с удовольствием принял участие. В этом названии очень точно отражен тот образ России, который все более укореняется у наших соседей по Европе.

Но, если вернуться к классическому не только у нас вопросу «что делать?», то от моих европейских визави я не услышал ничего нового. На межгосударственном уровне все упирается в реализацию Минских соглашений — Россия должна продемонстрировать здесь хоть какой-то прогресс. Но пока по этой части все глухо, тем более что в следующем году в Украине пройдут президентские и парламентские выборы с неочевидным исходом. И только потом, наверное, какие-то просветы могут появиться.

А пока надо двигаться, выискивая точки чисто практического совместного интереса. Например, борьба с международным терроризмом, реакция на изменение климата, Сирия. Но об этом в Евросоюзе говорят скорее по инерции, возможно, сами уже не веря, что даже по таким конкретным делам можно будет чего-то добиться.

Есть, конечно, и пятый пункт политики Евросоюза в отношении России, который был одобрен в 2016 году в составе так называемых пяти принципов Могерини. Он фиксирует стремление ЕС «поддержать развитие гражданского общества в России» и «инвестировать в контакты между людьми».

Тут, действительно, делается многое. Европейцы гордятся программой «Эразмус+», которая предоставляет возможность нашим студентам учиться и вести академическую деятельность на Западе. Друг с другом постоянно общаются правозащитные организации. Продолжает работать «Санкт-Петербургский диалог» между Германией и Россией, начинает функционировать и «Трианонский диалог» между Францией и нами. Однако меня, несмотря на всю значимость этих программ, не покидает чувство радикальной недостаточности гражданских обменов и встреч face-to-face. Не хватает совместной экспертной работы над общими для нас и для них проблемами, которые требуют новых, свежих решений. Это относится и к образованию, и к здравоохранению, и к миграции, и к пенсионной системе, и к функционированию демократии, и к поиску форм европейской идентичности, соответствующих реалиям XXI века.

Пока официальные лица — по обе стороны — будут находиться в ступоре, мы, граждане, вполне можем делать очень многое для того, чтобы при наступлении очередного (и неизбежного!) détente («разрядки напряженности») добиться и цивилизационного сближения России именно с Западом, а не с Китаем, на которое прозрачно намекают сторонники «особого пути».

Экспертная группа «Европейский диалог» в партнерстве с Центром «Благосфера» и при поддержке Фонда имени Конрада Аденауэра (Германия) проводят цикл публичных бесед «С европейской точки зрения». 25 октября в рамках цикла состоится встреча с  деканом экономического факультета МГУ Александром Аузаном.  «Сноб» является информационным спонсором этого цикла.

Новости партнеров

0 комментариев

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Войти Зарегистрироваться