Очистка мировой совести.

В годовщину Нюрнберга в Камбодже осудили лидеров красных кхмеров

Редакционный материал

В Камбодже осудили двух остающихся в живых соратников Пол Пота. Но едва ли такое правосудие спустя 40 лет можно считать полноценным воздаянием за преступления режима, погубившего миллионы жизней

21 Ноябрь 2018 16:52

Забрать себе

Пол Пот

Фото: Wikipedia Commons; Nick Ut / AP / Flickr

Годовщина Нюрнбергского процесса, открывшего свою работу 20 ноября 1945 года, в этом году почти совпала с событием, заставляющим подумать о том, насколько универсален механизм международного судебного трибунала для работы с государственными преступлениями прошлого. В конце минувшей недели вынесли свой окончательный приговор Чрезвычайные палаты судов Камбоджи — особый трибунал, созданный под эгидой Объединенных Наций и призванный расследовать массовые преступления, совершенные в стране в период коммунистической диктатуры Пол Пота.

Большинство экспертов сходится на том, что жертвами режима красных кхмеров (так принято было называть сторонников возглавляемой Пол Потом Коммунистической партии Кампучии), правившего Камбоджей в 1975–1979 годах, стали 1,7 миллиона человек. С учетом того, что по не вполне точным оценкам население Камбоджи на момент 1975 года составляло около 9 миллионов жителей, Пол Поту и его соратникам удалось уничтожить более 20 процентов населения страны меньше чем за четыре года. По-видимому, это следует признать самым опустошающим результатом для любого политического режима в современной истории.

Каков же окончательный вердикт суда? Он признал виновными в геноциде и преступлениях против человечности и приговорил к пожизненному заключению двух близких соратников Пол Пота — Кхиеу Сампхана и Нуон Чеа. 87-летний Сампхан и Чеа, которому исполнилось 92 года, — одни из последних остающихся в живых и сохраняющих разум высших функционеров режима красных кхмеров, которые могли предстать перед судом. Ближайший соратник Пол Пота Иенг Сари умер во время процесса в 2013 году. Его жена Иенг Тирит — также крупный функционер полпотовского режима — признана невменяемой из-за прогрессирующей болезни Альцгеймера. Единственным осужденным, помимо Кхиеу Сампхана и Нуон Чеа, на данный момент является Канг Кек Иеу — во время правления Пол Пота он возглавлял службу внутренней безопасности и лично руководил главной пыточной тюрьмой страны. Он осужден на пожизненный срок. Кхиеу Сампхан и Нуон Чеа уже были приговорены к пожизненному заключению, однако на этот раз к прежнему приговору по обвинениям в преступлениях против человечности добавился новый: соратников Пол Пота осудили за организацию геноцида. С большой долей вероятности трибунал, начавший свою деятельность в 2007 году, на этом завершит свою работу.

Суд над сподвижниками Пол Пота не вызывал специального интереса мировой общественности. Не привлек он повышенного внимания и внутри страны. Само собой получилось так, что судебное расследование преступлений, совершенных, возможно, одной из самых чудовищных по своим последствиям тоталитарных диктатур XX века, окончилось лишь приговором для нескольких очень пожилых людей. В конце концов, осуждение 92-летнего старика на пожизненный срок содержит в себе некоторую долю условности. Так почему же суд над режимом Пол Пота — в каком-то смысле эталоном людоедской диктатуры левого толка — в итоге заканчивается столь скромным результатом?

Они были утопистами

Вряд ли можно утверждать, что идеи, которые стремились воплотить в жизнь красные кхмеры, были изолированным продуктом камбоджийской мысли. Формирование нового движения начиналось с кружка кхмерских студентов, обучавшихся в 1950-е годы в Сорбонне. Тогда французские колониальные власти, уже беспокоящиеся о том, смогут ли они удержать под контролем свои владения в Индокитае, начали отбирать представителей кхмеров — основного населения Камбоджи — для обучения в метрополии. Так они надеялись создать класс лояльных и связанных с Парижем камбоджийских кадров. Однако левая среда послевоенной Сорбонны, скорее, вовлекала их в мир борьбы с колониализмом и заставляла думать о построении нового, справедливого общества. Кхмерские студенты довольно быстро организовали марксистский кружок. Одним из его организаторов как раз и был Кхиеу Сампхан. Пол Пот (тогда он, впрочем, был известен товарищам под своим настоящим именем Салот Сар; псевдоним, с которым он вошел в историю, был придуман позднее) присоединился к нему несколько позже. В отличие от Сампхана, Салот Сар не проявлял большого интереса к учебе, его все больше увлекала политическая борьба. Так или иначе, один из самых страшных тоталитарных режимов XX века действительно вырос из споров и обсуждений в стенах Сорбонны — во всяком случае, большая часть высшего руководства будущей Демократической Кампучии имела опыт обучения во Франции (Нуон Чеа, кажется, был одним из немногих исключений, он учился в Индокитае). Увлечение ортодоксальной марксистской литературой и сочинениями Мао Цзедуна привело Пол Пота и его единомышленников к заключению, что Камбоджа может добиться настоящей независимости только на мощной базе коллективного сельского хозяйства и что практически вся городская культура страны — наследие колонизаторов либо продукт влияния соседних Китая и Вьетнама и не имеет отношения к кхмерам. Значит, все это должно быть сломано, чтобы на новом аграрном фундаменте строить новую страну. Пол Пот, так же как и его соратники, вполне сочетал коммунистические в своем понимании убеждения с крайним кхмерским национализмом. Маленькая Камбоджа-Кампучия должна была гордо смотреть в глаза своим большим соседям — Китаю и, прежде всего, Вьетнаму, многовековая зависимость страны от которого казалась многим унизительной, а значит, вьетнамское, китайское и любое другое меньшинство следовало искоренить. Новая страна должна принадлежать только кхмерам.

Останки жертв красных кхмеров

Фото: archive.4plebs

Выкристаллизовывались эти идеи уже на земле Камбоджи в годы партизанской войны, которую начала вести Коммунистическая партия Кампучии во главе с Пол Потом. Несколько лет повстанцам пришлось скрываться в недоступных горных лесах на северо-востоке страны — изолированная жизнь в далеких деревнях окончательно оформила взгляды красных кхмеров на идеальное общество. В 1965 году США начали войну против коммунистического Вьетнама. Постепенно боевые действия затрагивали весь регион Индокитая. Территорию Камбоджи часто использовали коммунистические вьетнамские партизаны для переброски вооружения и личного состава в поддерживаемый США Южный Вьетнам — со второй половины 60-х годов страна начинает подвергаться массированным американским бомбардировкам. В 1970 году Америка решает отстранить от власти главу Камбоджи — наследного принца Нородома Сианука, который, как им казалось, слишком симпатизирует социалистическим идеям и не готов однозначно встать на сторону США. В итоге Сианук решает бежать к красным кхмерам — так коммунистические повстанцы получают возможность говорить и от имени принца, которого традиционно почитали местные крестьяне. После того как американцы проиграли войну во Вьетнаме и в 1974 году вынуждены были вывести оттуда свои силы, победа красных кхмеров оказалась предрешена. 17 апреля 1975 года их войска входят в Пномпень. Еще через несколько дней поступает распоряжение новых властей: все города страны должны быть очищены от жителей, не связанных с промышленным производством, — миллионы людей должны отправиться в деревню и учиться выращивать рис.

Погружение в бездну

Снисхождения не делалось ни старикам, ни больным, ни младенцам. По стране потянулся многомиллионный караван перемещенных лиц. У красных кхмеров не было точных планов, куда направлять бывших горожан — они могли остановиться в любой деревне, где их примут, то есть, как правило, у своих деревенских родственников. Время от времени сопровождавшие караваны партизаны проводили перепись участников перехода — так выявлялись чиновники и военные, связанные с бывшим проамериканским режимом. Их участь была заранее предрешена.

Прибывшие на поселение горожане вместе с крестьянами организовывались в сельские кооперативы. Главной задачей всех жителей было выращивание риса. Вскоре для увеличения его производства власти развернули масштабные программы строительства оросительных каналов. Ирригационные сооружения строили на «революционном энтузиазме» — почти без использования техники. В XXI веке в ходе медицинского обследования камбоджийцев было выявлено, что почти у всех, переживших годы красных кхмеров, во взрослом возрасте остались характерные повреждения суставов и позвоночника от таскания корзин с мокрой грязью на длинном коромысле — других способов рытья каналов и насыпки дамб почти не использовали. Строительство каналов повлекло за собой укрупнение кооперативов. Теперь это были большие коммуны на несколько тысяч человек. Все стороны жизни строго контролировались местными активистами. Все обязаны были работать 12–14 часов в день. Употреблять еду вне общих столовых запрещалось. Семьи были разделены, супругам позволялась встреча лишь один раз в десять дней — с такой периодичностью были установлены выходные, которые, впрочем, были во многом посвящены политзанятиям. Скудная пища и непомерный труд косили людей. Вскоре начались эпидемии. Распространено мнение о том, что Пол Пот запретил образование и медицину как наследие империалистов в Кампучии. Это не совсем так, просто многие врачи из «старых кадров» не вызывали доверия у новых властей. Кроме того, помешанный на самообеспечении режим почти не закупал лекарства. В результате производство медикаментов было поручено каждой коммуне, которые обязаны были содержать примитивные больницы. Это мало помогало справляться с тяжелыми заболеваниями.

В этом смысле не стоит думать, что миллионы жертв правления Пол Пота были сознательно уничтожены в ходе репрессий. Вероятно, большая часть из тех, кто не пережил времена Демократической Кампучии (так в 1975–1979 годах официально называлась страна), погибли от непосильного труда, голода или болезней — все это были «издержки» реализации радикальных утопических планов по построению аграрного социалистического общества, которое осуществляли Пол Пот и его соратники.

Мао Цзэдун, Пэн Чжэнь, Нородом Сианук и Лю Шаоци. Пекин, 1965

Фото: Washington DC: Center of Military History / Wikipedia

Страна при Пол Поте действительно стала производить большие объемы риса, но в основном он уходил на содержание армии и на внешнюю торговлю — ради закупок оружия, некоторого количества лекарств и ядохимикатов. Люди голодали. Когда в результате наводнений часть урожая оказалась уничтожена, в некоторых районах страны начался настоящий голод. Как и положено в тоталитарных обществах, ответом на проблемы стал поиск виновных и массовые репрессии. Наиболее высокопоставленных жертв привозили в Туол Сленг — пыточную тюрьму Пномпеня (эвакуировав город, сами власти остались в правительственном квартале), где после нескольких дней мучений убивали вместе с членами семьи. Чтобы не тратить патроны, жертв, как правило, забивали железными прутами или мотыгами. В каждой коммуне тоже искали подозрительных, которые обычно просто исчезали после вызова к руководству — иногда их трупы находили на рисовых чеках.

Новая жизнь

Массовые репрессии против функционеров режима в каком-то смысле открыли возможность для того, чтобы изменить судьбу страны. За несколько лет красным кхмерам удалось настолько эффективно поставить под контроль все население страны, разорвать все традиционные социальные связи и просто физически изнурить народ, что надеяться на то, что тоталитарная диктатура будет сброшена в результате внутреннего сопротивления, не приходилось. Часть военных и партийных начальников, понимая, что может с ними случиться, бежали во Вьетнам. Это дополнительно усиливало преследования проживающих в стране вьетнамцев и вообще любых некхмерских народов. Их представителей выгоняли за пределы страны, тысячами убивали либо просто заставляли отказаться от собственной культуры (именно эти действия дали возможность обвинить Сампхана и Чеа в геноциде, то есть в сознательном желании уничтожить определенный народ).

В конце концов Вьетнам решил, что наблюдать за погружением соседней страны в хаос невозможно, и в конце 1978 года начал вторжение в Кампучию. 7 января 1979 года Пномпень был взят. Красные кхмеры бежали в горы.

Солдат правительства Камбоджи и захваченный в плен красный кхмер, Ангкор Чей, 1973

Фото: Bettmann / Corbis / Flickr

Хотя ужасы времен правления Пол Пота стали вскрываться практически в первые дни падения режима, «принимать» эти доказательства или делать из них серьезные выводы в мире были готовы не все. Для США новый режим в Кампучии был, прежде всего, вьетнамской марионеткой (что, если говорить прямо, соответствовало истине). А раны Вьетнамской войны еще не затянулись. В итоге по настоянию США сидящее в джунглях на границе с Таиландом правительство Пол Пота осталось законным представителем страны в ООН.

При этом пришедшие в обозе вьетнамской армии новые правители почти поголовно также были выходцами из красных кхмеров. В 1985 году на первые позиции в Пномпене выдвигается молодой коммунистический функционер Хун Сен — бывший командир батальона в армии красных кхмеров, бежавший во Вьетнам. Он был далек от идейной горячки, ставил перед собой абсолютно прагматические цели. В 1989 году он вернул стране название Камбоджа и при поддержке мирового сообщества договорился о национальном примирении. Одной из сторон такого примирения должны были стать и удерживающие небольшую территорию в камбоджийских джунглях сторонники Пол Пота. В 1993 году Хун Сен занял пост премьер-министра уже в Королевстве Камбоджа (Сианук все же согласился занять престол) и остается на этом посту до сих пор.

В таких условиях проведение полноценного суда над действительно страшными деяниями режима Пол Пота оказывается почти неразрешимой задачей. Да, его жертвами стали миллионы. Но от имени кого можно его осудить? Как и во многих тоталитарных обществах, правление красных кхмеров почти не оставило независимых сил, которые не были бы так или иначе связаны с Пол Потом. То, что бывший командир красных кхмеров до сих пор остается у власти, показывает, что в этих условиях требовать полноценного юридического расследования деятельности режима просто бессмысленно. Даже бесспорные преступления будут трактоваться иначе, если тень от их последствий может пасть на всех. Сам Хун Сен в 1998 году от имени властей Камбоджи предоставил амнистию Кхиеу Сампхану и Нуон Чеа — при его прагматическом взгляде на сохранение собственной власти и дальнейшее развитие страны возвращение к делам Пол Пота кажется ненужной тратой времени. Он уступил давлению ООН и согласился провести трибунал над верхушкой красных кхмеров, но, кажется, воспринимал это как вынужденный шаг. Эту страницу в истории страны Хун Сен хочет просто закрыть. Он уже заявил, что несколько функционеров красных кхмеров, в отношении которых еще не было суда, нужно оставить в покое.

Жертвы тюрьмы Туол Сленг

Фото: Wikipedia Commons

Стоит сказать, что и сами фигуранты дел прошли большой путь за эти 40 лет. Никто из них не остался коммунистическим фанатиком. На суде они не отрицают своей вины и выражают раскаяние в том, что совершили. Возможно, это окажется важным для кого-то из их жертв или для них самих.

Новейшая история знает по крайней мере несколько попыток воспроизвести или даже улучшить механизм Нюрнбергского процесса. Международный трибунал по бывшей Югославии расследовал преступления времен межнациональной войны начала 1990-х, похожая структура расследовала обстоятельства геноцида народности тутси в Руанде в 1994 году. Однако в обоих случаях это было расследование по горячим следам со стороны мирового сообщества, пришедшего в ужас от творившегося на его глазах.

Насколько похож на торжество справедливости приговор двум старикам в Камбодже через 40 лет после того, как закончился кровавый кошмар? И меняет ли что-то в нашем отношении к Пол Поту то, что он не был осужден при жизни всемирно признанным судом?

Возможно, это повод задуматься о том, так ли уж нужен современный Нюрнберг во всех случаях расчета с чьим-то ужасным прошлым? Тем более что в нынешнем виде, с приговором двум примирившимся с судьбой старцам, подобный суд нужен, скорее, для очистки совести мирового сообщества.

Читайте также

Что общего у России и Руанды? Как работал африканский «Первый канал»? Как натравить жену на мужа и убить миллион человек за три месяца? «Сноб» вспоминает самую страшную резню в новейшей истории
«Сноб» узнал, как сегодня живут рассеянные по всему миру армянские семьи, и собрал их воспоминания о трагедии

Новости партнеров

Когда государство выбирает репрессии как политический инструмент, грань между жертвой и палачом постепенно стирается
Читайте лучшие текста проекта Сноб в Телеграме
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться