Колонка

Взрыв бытовой трагедии

31 Декабрь 2018 17:12

Как праздник заставил взглянуть на коммунальные катастрофы по-новому

Забрать себе

Трагический случай в праздничные дни всегда переживается острее. Вот люди, как и все мы, наряжали елку, готовили подарки для друзей или набивали холодильник продуктами для новогоднего застолья — кому что нравится, все мы разные. Утром в магнитогорской десятиэтажке раздался взрыв — праздника у этих людей больше нет, у кого-то нет жизни, у тех, кому «повезло» больше, — дома. Причину, кажется, уже обнаружили — силовики категорично заявили, что взорвался бытовой газ. Поспешные заверения в бытовой подоплеке взрывов стали почти традиционными — теракт это что-то более больное, а бытовые причины как будто делают саму трагедию бытовой, а значит, в каком-то плане обыденной. Ну, газ, людей жалко, но такое бывает. Так авиакатастрофы, в которых по статистике погибают немногие, попадают в первые сюжеты телевизионных новостей и на первые полосы газет, о них долго говорят, о крупных автокатастрофах говорят немного и забывают быстро, хотя погибших в них в общих цифрах куда больше. Праздничные дни отстранили ситуацию: на месте этих людей легко представить себя каждому. Так уж мы устроены, что детей и молодежь, погибших в катастрофе жалеем больше стариков. Попавшие в беду на праздники заслуживают большего сочувствия, чем те, кого несчастье настигло в обычные дни. Торжество подразумевает некую общность, Новый год — праздник всенародный, поэтому и трагедия тоже становится всенародной.

И опять же: так уж мы устроены, что трагедия делит общество на две части. Одна начинает искать ее причины (а где причины, там могут появиться и виновные), чтобы такое не повторилось в будущем. Другая сразу отрезает: не время искать виновных, погибли люди, помолчите, а потом разберемся (о немногих злорадствующих мы вообще говорить не будем). Разумеется, власти очень выгодна вторая позиция и пропаганда сразу начинает ее транслировать: давайте сплотимся, будем скорбеть, а кто ищет причины — тот политиканствует и пляшет на костях. Как-будто бы поиск причин (и виновных в том числе) мешает сочувствовать и скорбеть.

Фото: Александр Барденцев/ТАСС

Новости о взрывах бытового газа в домах действительно стали бытовыми, в том числе и усилиями пропаганды: не теракт, значит ничего страшного. Происходят эти случаи регулярно, по одному-два в месяц точно. Чуть более года назад взорвался многоэтажный жилой дом в Ижевске (погибло 7 человек), два года назад газ обрушил подъезд пятиэтажки в Ярославле. В 2016 году газовых инцидентов было столько, что Владимир Путин даже пообещал взять этот вопрос на особый контроль и раздал поручения министрам. Трудно сказать, насколько поручения были эффективными; судя по статистике, не очень.

ЖКХ и транспорт продолжают оставаться самыми опасными и самыми бытовыми (и потому малозаметными) сферами для россиян. После громких слов Владимира Путина о прорывах (а ведь где происходят эти прорывы, президент не уточняет) один из моих друзей в соцсетях пошутил: «Каким считать прорывом прорыв трубы на улице в Новочеркасске — инфраструктурным или технологическим?». Такие шутки уже начинаются восприниматься как горькие. Не так давно в Санкт-Петербурге прорывало трубу с горячей водой — ну что, бывает, но кипяток затопил подвальное помещение антикафе, погибло два человека. Помните ли вы чем закончилось разбирательство этой катастрофы? А кто оказался виноват в трагедии в Ижевске? Почему рвануло в Ярославле? Память о бытовых катастрофах быстро уходит в быт. При этом такие трагедии в ЖКХ и на общественном транспорте еще страшнее — они касаются всех и каждого, и если из происшествия не делается вывод — тем страшнее нам должно быть жить каждый день.

Проблема ЖКХ для россиян стоит вроде бы остро: цены и тарифы, плохое отопление, грязная вода. Управляющие компании, которые непонятно за что берут деньги, потом сбегают и приходит другая такая же управляшка, скорее всего, близкая к какому-нибудь муниципальному или региональному чиновнику — история для любого российского города (может быть, кроме Москвы) частая. О состоянии коммунальных сетей, которые могут породить катастрофы, подобные магнитогорской, мало кто говорит. В Ярославле, например, газовщики не смогли попасть в квартиры со старыми плитами, у которых нет системы автоматического выключения газа через некоторое время. Могло бы государство субсидировать людям покупку таких плит? Да, пожалуй, могло бы. Могло бы прописать более жесткие правила проверки и содержания сетей? Могло бы, тем более что газовщики население повышением тарифов регулярно радуют. Сейчас, может быть, о проблемах в коммуналке, ее состоянии хотя бы заговорят, а, может быть, что-то сделают. В Магнитогорск прилетел Владимир Путин — поступок для главы государства понятный, и необходимый. Остается надеяться, что разбор трагедии не закончится наказанием виновных или, что еще хуже, наказанием стрелочников. А вид обрушившегося подъезда заставит главу государства не рассуждать об абстрактных «прорывах», видимо, в оборонной сфере (не зря же Путин «подарил» стране Авангард на Новый год), а подумать, как сделать так, чтобы не было прорывов, подобных магнитогорскому.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Президент России Владимир Путин прибыл в Магнитогорск из Сочи, чтобы встретиться с пострадавшими при взрыве бытового газа в одном из 10-этажных домов города
Утром 31 декабря в Магнитогорске Челябинской области в одном из жилых многоквартирных домов произошел взрыв газа. Это привело к обрушению подъезда и гибели, как минимум, четырех человек
За освещение событий на Кузбассе центральными СМИ пришлось оправдываться даже Дмитрию Пескову. Почему?

Новости партнеров

Бывший сенатор от Архангельской области, старший партнер коллегии адвокатов Pen&Paper Константин Добрынин вспомнил события 2018 года и понял, что в России, несмотря ни на что, возможна перестройка и 2019 год при нужной политической воле легко может стать переломным для нашей страны