Все новости

Редакционный материал

День рождения Михаила Горбачева. Соратники и поклонники об архитекторе Перестройки

В минувшую субботу Михаилу Горбачеву исполнилось 88 лет. Составлять список должностей для пояснения, кем был или кем является сейчас Михаил Сергеевич, вероятно, бессмысленно. По большому счету, он — вместе с запущенной им перестройкой — создал тот мир, в котором мы сейчас живем. Относиться к Горбачеву можно по-разному, но не признать громадных последствий совершенного им в 1985–1991 годах невозможно. О своих чувствах к нему «Снобу» рассказывали близкие помощники Горбачева, политические деятели перестройки и просто те, кому дорого его имя

4 Март 2019 9:49

Фото: Russel Cristophe/Corbis Kipa/Corbis via Getty Images

Александр Ципко, социальный философ, политолог

В 1988–1990 годах — помощник секретаря ЦК КПСС Александра Яковлева

Я всегда позитивно относился к Горбачеву. Он реализовал мечту советской интеллигенции. Думаю, что в каком-то смысле он осуществил деникинский проект — программу Белой России времен Гражданской войны. Кстати, я говорил об этом Горбачеву лично, и он несколько обиделся на такое сравнение. Сам того не понимая, он совершил антикоммунистическую революцию, будучи уверенным, что укрепляет социализм. Он был наивное дитя оттепели и Пражской весны, шестидесятник с простодушной верой, что систему, созданную Лениным и Сталиным, можно соединить с демократией и правами человека. Я был приглашен в ЦК КПСС при Горбачеве в 1986 году, а до этого работал в Институте экономики мировой социалистической системы в группе изучения кризиса социализма. Это была особая группа, выпускавшая только закрытые доклады для КГБ и ЦК. Горбачев верил, что, если Советский Союз будет более демократичным, это привлечет к нам интеллигенцию Восточной Европы и этим мы спасем социализм. Возможно, им двигало самолюбие, и дать свободу интеллигенции, получив ответную благодарность, было ему просто приятно.

Во время работы в ЦК я почти не общался с Горбачевым. Близкое общение у нас началось уже после его отставки, когда я пришел работать в «Горбачев-фонд». Я оказался в фонде 7 января 1992 года и в первые два месяца работы фактически выслушивал исповедь Михаила Сергеевича о том, как он надеялся на интеллигенцию, которая отбросила его и пошла за Ельциным.

Горбачев был из крестьянской семьи, внук раскулаченных. Надо понимать, что советскую систему разрушили именно дети деревни. Александр Яковлев — ближайший помощник Горбачева, у которого я работал в ЦК, был именно крестьянским антикоммунистом, выросшим во время голода 1932 года, когда мать ждала его смерти, поскольку думала, что он очень много ест и из-за него еды не хватит младшим. Когда говорят о том, что советские люди верили в коммунистические идеалы, не стоит забывать о деревне, которая была далека от этих благоглупостей.

Горбачев несколько наивно и слишком последовательно делал ставку на демократию. Он не понимал, что после 70 лет коммунизма эта модель здесь не приживется, и сейчас мы опять вернулись к русскому самодержавию. Оттеснивший Горбачева Ельцин практически сразу начал добиваться концентрации власти в своих руках, вступил в войну со Съездом народных депутатов, а после «расстрела» Верховного Совета его единоличная власть была закреплена и законсервирована в Конституции 1993 года. В отличии от Горбачева, Ельцину просто нужна была власть. Он был готов разрушить страну, чтобы выселить Горбачева из его кабинета в Кремле. Что ж, это тоже известное проявление русского характера — своеобразное скопцовство, готовность разрушить все, чтобы доказать свою правоту. Но можно понять и то, почему люди пошли за Ельциным в этом разрушении. Русские в России всегда жили хуже всех, эта империя оказалась им просто не нужна. Народ устал, в этом была своя русская правда.

Николай Травкин, строитель, один из разработчиков метода коллективного подряда

Народный депутат РСФСР в 1990–1993 годах, создатель Демократической партии России в 1990 году

Я практически сразу поверил в Горбачева. Просто потому, что вместе со всей страной наблюдал перед этим «пятилетку похорон», когда к власти приходили люди, с трудом способные слово через губу сказать. Всем было понятно, что страна тонет и что властвующие старцы точно не вытянут ее из болота, поскольку ни они, ни их окружение уже не способны мыслить по-другому. И вдруг появляется молодой, энергичный правитель, который говорит с народом на одном языке и, мало того, готов идти в народ: выходит на улицу из машины в Питере и вступает в разговор. От этого все отвыкли. Это произвело впечатление. Стало понятно, что в таком возрасте человек обязательно будет что-то менять, потому что думает по-другому. И он действительно заговорил о переменах.

Важно было и то, что Горбачев не изрекал истины. Он не предлагал готовых путей. Не говорил: «Давайте за мной — я знаю, как надо», — а, наоборот, предлагал: «Давайте подумаем вместе. Одному человеку страну не вытянуть. Нужна серьезная перестройка. Мы будем заниматься работой сверху, а вы — снизу. Протянем друг другу руки». Эта наивная вера в народ подкупала. К тому же это было похоже на то, чем я занимался, — на внедрение принципов коллективного подряда, которые основывались на коллективных усилиях и ответственности (за что мне в 1986 году дали Героя Социалистического Труда). А это был такой коллективный подряд для всей страны. У нас первый раз появился правитель, который верил в народ. Но понятно, что народ за много поколений от коллективной работы уже отвык. Все кивали, хлопали и ждали: мол, ты нам давай, сделай, а мы потом подключимся. Народ решил подождать, а в это время из старой номенклатурной обоймы, из тех самых, которые «всё знают», появился харизматичный Борис Николаевич Ельцин. Наши демократы тут же сказали Горбачеву: «Ты, конечно, парень неплохой, говоришь правильные вещи, но какой-то нерешительный». А тут пришел решительный Ельцин и заявил: «Кантовать никого не буду, можете сидеть, где сидите, а если хотите, то и лежать. Через полгода всем обеспечу тут европейские ценности». И все сказали: «О, это наш человек!»

Я в Горбачеве никогда не разочаровывался. Думаю, что это большой грех нашей интеллигенции, которая сначала вознесла его до небес, а потом, когда народ пошел за Ельциным, развернулась к нему. Горбачева она предала. Если б его кинул только народ, думаю, он мог бы собраться и сделать какие-то выводы. Но когда его бросила творческая интеллигенция, к которой он относился очень тепло, а со многими дружил, — руки у него опустились.

Были непродуманные решения вроде антиалкогольной кампании. Но такая кампания — это все-таки не нынешняя пенсионная реформа. Если снижение рейтинга Путина после повышения пенсионного возраста абсолютно понятно и справедливо, то недовольство Горбачевым в связи с антиалкогольными мерами во-многом было неоправданным. Все ведь впоследствии увидели перемены к лучшему — та же демография начала исправляться. И не такая уж мы пропойная нация, которая не может выйти на работу без стакана. Если эти вещи были бы объяснены, а не сразу топором по виноградникам, думаю, все бы прошло помягче. Ну, и потом, по каждому вопросу референдума не проведешь. Кое в чем власть должна действовать оперативно и не всегда в соответствии с желаниями абсолютного большинства. Опора на желание большинства — это двадцатилетнее правление нынешнего вождя. У него ведь уже вошло в поговорку: «Вот вам что-то не нравится, а нам с народом нравится». Но ведь понятно, что это вождь прежней советской формации, который смотрит на народ как на быдло. А всерьез с народом разговаривал только Горбачев и никто после него.

Григорий Явлинский, экономист, политик

В 1990 году — один из главных разработчиков программы экономических преобразований «500 дней». Создатель партии «Яблоко»

Из рук Михаила Сергеевича Горбачева я, мои дети, мои друзья и мои недрузья, огромное количество совершенно разных людей получили свободу, причем свободу настоящую. Это совершенно особенная вещь. А уж что с этой свободой сделали потом — не проблема Михаила Сергеевича. Кто что смог, тот то и сделал, вот и все. Наверное, это самая высокая оценка. 

Олег Кашин, публицист, автор книги «Горби-Дрим»

Первый советский лидер, родившийся и выросший при советской власти. Первый — из крестьян, переживших коллективизацию. Первый — с настоящим университетским образованием. Я ищу в его биографии то, что могло бы объяснить его благородство по отношению к стране и народу, его страсть, с которой он менял страну, его веру в людей, в народ. Какой бы ужасной ни была Россия сегодня, в сравнении с тем, что было до него, она — рай. Его считают слабым, но он был сильнее всех. Его считают трусом, но он был храбрее всех. Его считают обманщиком, но второго такого идеалиста наша история не знала. Та благодарность, которой он заслуживает и которой пока нет, обязательно будет.

Подготовил Станислав Кувалдин

Материал создан при поддержке Zimin Foundation

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

О том, зачем нужно было сохранять Советский Союз, что делать, чтобы изменить к лучшему ситуацию в России, о громких ошибках, незамеченных победах и о том, что невозможно исправить
Первый и последний президент СССР Михаил Сергеевич Горбачев ответил на вопросы участников проекта «Сноб»
Исторические испытания всегда требовали от нашего народа пренебрежения индивидуальными ценностями