Top.Mail.Ru

Колонка

Коварные дивиденды. Чем чревата погоня за щедрыми выплатами акционерам

18 Апрель 2019 8:00

Получить за короткий срок дивиденды нескольких компаний, используя одну и ту же сумму денег, вполне реально. Сложнее остаться в плюсе

Забрать себе

На этой неделе российские госкомпании одна за другой анонсируют размер дивидендов, которые они собираются выплатить по результатам прошлого года. Рекордными выплатами за всю историю российского фондового рынка готов порадовать инвесторов Сбербанк. Наблюдательный совет предложил заплатить акционерам 361,4 миллиарда рублей, или 16 рублей на акцию. Если исходить из актуальных цен на рынке, доходность обыкновенных акций колеблется вокруг 6 процентов, привилегированных — около 7 процентов.

Если крупнейший российский госбанк направляет на дивиденды 43,5 процента прибыли по МСФО, то «Роснефть» — 50 процентов. Правда, в абсолютных цифрах результат куда скромнее. Всего по итогам прошлого года акционерам достанется 274,6 миллиарда рублей. Но если учесть, что за первое полугодие уже было выплачено 154,5 миллиарда, сейчас распределено будет 120,1 миллиарда — 11,33 рубля на акцию, или около 2,5 процента от ее стоимости. Примерно такую же сумму рекомендовал распределить между акционерами и «Газпром». Совет директоров компании рекомендовал направить на выплаты 246,9 миллиарда, что даст 10,43 рубля на акцию, которая стоит около 160 рублей. Доходность в районе 6,25 процента.

На первый взгляд, цифры вполне для инвесторов привлекательные, особенно если учесть, что для получения дивидендов вовсе не нужно владеть акциями целый год. Достаточно купить их за день до закрытия реестра акционеров, которые получат право голосовать на общем годовом собрании акционеров, а заодно и право на получение дивидендов. А после закрытия реестра — продавай не хочу. И это меняет картину.

Тут уж 6–7 процентов от Сбербанка, 6 процентов от «Газпрома» и даже 2,5 процента от «Роснефти» выглядят совсем по-другому. Одно дело — получить их за год, а другое — за два-три дня. А если учесть, что годовые собрания акционеров компании назначают на разные даты, теоретически можно было бы попробовать «побыть акционером» в нескольких компаниях и со всех получить выплаты дивидендов. Например, «Газпром» закрывает реестр 3 июня, Сбербанк — 13-го, а «Роснефть» — 17-го. Переложиться из «Газпрома» в Сбербанк — совсем уж не проблема, а можно успеть и из акционера Сбербанка, имеющего право на дивиденды, превратиться в акционера «Роснефти».

Фото: pixabay

Но это лишь прекрасная теория. Проблема в том, что после закрытия реестра акции компаний обычно падают. Причем падение это, как правило, сопоставимо с размером дивидендов. Заплатит «Газпром» 10 рублей на акцию, и после закрытия реестра 3 июня его бумаги с высокой долей вероятности упадут на те же 10 рублей, плюс-минус. Потом акции могут и восстановиться, а могут и продолжить падение: дивидендная история будет отыграна, и на бумаги начнут влиять факторы, движущие всем рынком.

Заработать на предопределенном падении тоже довольно сложно: к закрытию реестра брокеры требуют закрыть все «короткие» позиции, так что дорого продать, чтобы потом дешево купить, не получится. Есть еще срочный рынок, где можно продавать фьючерсные контракты на купленные ради дивидендов акции. Но и тут энтузиастов ждет разочарование: и июньские, и сентябрьские контракты существенно дешевле реально торгующихся на рынке бумаг. Например, обыкновенные акции Сбербанка торгуются в районе 230–240 рублей, а июньские фьючерсы на них — на 10 рублей дешевле.

Единственная надежда на то, что после короткой «просадки», которая последует за закрытием реестра, акции достаточно быстро восстановятся. На рынке с высоким потенциалом роста такой сценарий не редкость. Однако сейчас перегретость мировых фондовых рынков — консенсус. Сезон отчетности и «дивидендное ралли» актуальны не только для России, но и на ведущих мировых рынках. За ним должна последовать традиционная майская коррекция, которая рискует перерасти в серьезный обвал. Ведь инвесторы и аналитики вспомнят весь негатив, который сейчас старательно игнорируется.

В этом году нас ждет как минимум замедление мировой экономики, которое может превратиться в рецессию. Неконтролируемый Брекзит, торговая война США и Китая, отсутствие практически у всех финансовых регуляторов действенных инструментов для борьбы с финансовыми потрясениями — любой из этих факторов может «выстрелить» и превратить стандартную коррекцию в неконтролируемый обвал. Когда же речь заходит о российских акциях, к этому списку добавляется угроза новых санкций, которая может затронуть и крупнейшие госбанки.

Так что у того, кто решил заняться «дивидендным слаломом», огромные шансы прочно «застрять» в первой же бумаге, оправдав старую трейдерскую поговорку «Инвесторы — это неудавшиеся спекулянты». В этом случае можно, конечно, утешаться тем, что дивиденды этого года не последние, будут они выплачиваться и в следующем. И тем, что давно пора было начать копить на пенсию и приобщаться к сообществу инвесторов — потенциальных рантье. В конце концов, в любой ситуации можно найти положительные стороны. Вот только в погоне за дивидендами не следует забывать о долгосрочных рисках, которые несет российскому нефтегазовому сектору мировая озабоченность глобальным потеплением. Которая уже привела к бурному развитию возобновляемой энергетики и электротранспорта. А без нефтегазового сектора российская экономика пока мало чего стоит.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

«Сноб» продолжает серию публикаций об ошибках, «подводных камнях» и злоупотреблениях, которые поджидают частного инвестора на финансовых рынках. Сегодня речь пойдет об акциях
Рецепты, актуальные для встряски, которая случается в России и мире каждые 5-10 лет, не имеют смысла, когда начинает трещать и рушиться система: как в СССР 30 лет назад или в Венесуэле сейчас

Новости партнеров

Собор Парижской Богоматери был разрушен из-за пожара, который тушили более 12 часов. В огне уцелели только основная конструкция здания и две башни, шпиль и часы — рухнули, кровля крыши — частично разрушена. Власти Франции намерены восстановить церковь в течение пяти лет и объявили о сборе пожертвований