Top.Mail.Ru

«Чтобы договориться с Россией, не стоит выглядеть членом клуба друзей Путина». Эксперты-американисты о визите главы Госдепа США в Россию

Редакционный материал

В Сочи 14 мая состоялись переговоры госсекретаря США Майкла Помпео с главой МИД России Сергеем Лавровым и российским президентом Владимиром Путиным. После беспрецедентного обострения российско-американских отношений сам факт такой встречи может казаться прорывом. Впрочем, на совместной пресс-конференции Лаврова и Помпео глава Госдепа достаточно жестко говорил о многих противоречиях между Россией и США. О том, чего ждать от прошедших переговоров и могут ли Россия и Америка договориться хоть по каким-то вопросам, «Сноб» поговорил с экспертами из России и США

16 Май 2019 12:00

Забрать себе

Владимир Путин с государственным секретарём Соединённых Штатов Америки Майклом Помпео Фото: Kremlin.ru

Дмитрий Саймс, директор вашингтонского Центра национальных интересов 

Помпео первый раз приехал в Россию в качестве госсекретаря. Это не встреча на полях каких-то международных конференций, как до сих пор происходили контакты между главами российской и американской дипломатий, а официальный визит в Россию. Причем визит достаточно обстоятельный: глава Государственного департамента провел в Сочи практически целый день. Важно и то, что в ходе этого визита обсуждалась возможность прямой встречи Владимира Путина и Дональда Трампа на саммите «Двадцатки» в Осаке. И на этот раз американская сторона не обозначала предварительные условия для такой встречи — например, освобождение украинских моряков, арестованных после инцидента в Керченском проливе. Разумеется, американцы надеются, что до встречи в Осаке моряков освободят, и надежды на это от российской стороны, мягко говоря, не скрываются, но публично и в виде требования это условие не обозначалось.

Я бы расценил это как позитивные сигналы. Думаю, связаны они с тем, что доклад спецпрокурора Мюллера опубликован и сговора между российским правительством и предвыборным штабом Трампа обнаружить не удалось.

У Америки и России накопилось много противоречий по основным кризисным вопросам современности и американская сторона понимает, что идти в разрешении этих кризисов напролом, полностью игнорируя Россию, конечно, возможно, но цена такой политики была бы достаточно высокой, и это не то, к чему стремится Трамп. Поэтому восстановление диалога с Москвой сочли полезным. Правда, никаких договоренностей в результате этого диалога не достигнуто — пока продвижением вперед можно считать лишь сам диалог.

На совместной пресс-конференции Сергея Лаврова и Майка Помпео глава Госдепартамента четко формулировал те противоречия, которые имеются между Россией и США в вопросах внешней политики. Но, при всей жесткости, я бы не назвал его тон конфронтационным. Во всяком случае, он не стал ничем угрожать российскому руководству, предостерегать Москву, что, если она не пойдет навстречу Америке в каких-то сферах, ее могут ожидать неприятные последствия.

Тон Лаврова был несколько иной. Он, в частности, говорил об идее создания бизнес-группы по вопросам экономического сотрудничества и совместного экспертного совета для разработки стратегического подхода к двусторонним отношениям. Боюсь быть категоричен, но, кажется, двусторонних советов подобного рода у США нет практически ни с одной страной. Если бы таковой появился, это говорило бы об очень высоком уровне сотрудничества. Правда, в нынешних условиях гипотетические рекомендации совета, в который входят представители российского правительства, вызвали бы резкое сопротивление всех оппонентов Трампа в Конгрессе и в СМИ. Но само появление этого предложения говорит о том, что Россия заинтересована в партнерском формате диалога с США. Помпео же говорил, что Америка не против диалога, однако пока это диалог между противниками, позиции которых по ключевым вопросам не только не совпадают, но часто и противоположны. Так что жесткий тон Помпео отражает, во-первых, эту ситуацию, а во-вторых, нежелание по прилете в Вашингтон услышать упреки в том, что он начал смотреть на Россию сквозь розовые очки и дал Путину себя очаровать. Если ты действительно хочешь добиться прогресса в переговорах с Россией, то выглядеть членом клуба друзей Путина — самое контрпродуктивное, что только может быть.

Хотя я говорил, что Помпео вел переговоры не с позиции угроз, одна угроза все же прозвучала. Госсекретарь США предупредил Россию о серьезных последствиях в случае попыток вмешаться в выборы 2020 года. Но это тоже отражает внутриполитические реалии Америки. В России один информированный член политического истеблишмента как-то сказал мне, что говорить о вмешательстве России в президентские выборы некорректно, поскольку в выборы вмешиваются ради достижения какого-то конкретного результата, а Россия не занималась продвижением Трампа. Даже если это так, то, что сделала Россия в 2016 году, называется вмешательством в политический процесс. Называйте как угодно, но это было. И это вызывает в США полное неприятие. В Америке на выборы смотрят не прагматически — отношение к ним почти религиозное. Вера в американскую демократию — это современная гражданская религия Соединенных Штатов, и на тех, кто покушаются на нее, в Вашингтоне смотрят очень серьезно. Мне бы хотелось, чтобы в России это понимали. Можно много говорить о том, что Америка сама много чего себе позволяет и это оправдывает российскую активность, но все же из чисто практических соображений лучше понимать, как в Америке будет воспринят любой намек на вмешательство в президентские выборы со стороны Москвы.

Федор Войтоловский, директор ИМЭМО РАН

После публикации доклада Мюллера, в котором говорится, что связи между командой Трампа и российскими властями доказать не удалось, внутриполитическое положение президента США улучшилось. Тем не менее его администрации необходимо публично демонстрировать жесткость в отношениях с Россией, так как российские власти воспринимаются американским общественным мнением скорее как токсичные. Это можно видеть не только в политических заявлениях, но и в стратегических документах последних лет, таких как Стратегия национальной безопасности или Стратегия национальной обороны, где Россия рассматривается как противник США. Так что приехавшему в Сочи Помпео необходимо было одновременно налаживать диалог с Россией по накопившимся противоречиям и демонстрировать американской публике, что Трамп не намерен ни на дюйм уступать позиции в переговорах с Москвой. Думаю, этим и объяснялась жесткая публичная риторика Помпео. За ней не стоит упускать из виду, что между США и Россией начался диалог по целому ряду проблем. Правда, он отнюдь не означает их решения.

Хотя позиции России и США по многим мировым вопросам противоположны, в Штатах понимают, что добиться ряда важных внешнеполитических целей Вашингтона без учета мнения России будет невозможно. Кроме того, есть общие проблемы, которые с глобальной точки зрения одинаково важны для обеих стран. Например, не вполне ясно, что Америка может делать в своем противостоянии с Ираном. Хотя Вашингтон демонстрирует решимость в усилении давления на Тегеран, непонятно, какая может быть альтернатива сделке по иранской ядерной программе, из которой решили выйти США, что создало проблемы и самой Америке, и Европе, и Ближнему Востоку. Никто не знает, к чему приведет дальнейшее давление на Иран. При этом, судя по всему, к серьезной дестабилизации в регионе Вашингтон не готов. И Россия здесь важна и как игрок, имеющий хорошие отношения со многими странами региона, и как член Совбеза ООН. Так что по этому вопросу Вашингтону важно если не искать компромисс, то хотя бы вести диалог с Москвой. Также Россия важна и для решения проблемы денуклеаризации Корейского полуострова.

Другой важный вопрос — договор о Стратегических и наступательных вооружениях (СНВ-3). До сентября 2020 года России и США надо достичь какой-то договоренности о продлении договора. Если сделать этого не удастся, то в сентябре 2021 года он прекратит свое действие и мы останемся без договора об ограничении ядерного оружия в принципе. Трамп недавно делал заявления о том, что хотел бы заключить новый договор по стратегическим наступательным вооружениям с участием Китая. Но это больше похоже на пустые слова. Для нового договора необходима ратификация Конгресса, что сейчас затруднительно, да и времени для разработки такого договора просто не осталось — это серьезная работа, а переговоры по стратегическим наступательным вооружениям между Россией и США не ведутся уже семь лет. Это самая большая пауза с 1991 года. Продлить же действующий договор гораздо проще. Надеюсь, что на переговорах в Сочи произошло какое-то продвижение в этом вопросе.

Андрей Кортунов, глава Российского совета по международным делам

В математике есть понятие необходимого и достаточного условия для решения какой-либо задачи. Восстановление нормальных контактов между Россией и США на уровне министров иностранных дел является таким необходимым условием для разрешения противоречий между нашими странами. Но назвать его достаточным условием я никак не могу. Поскольку любые контакты могут оказаться бесплодными, если не будет политической воли для улучшения отношений или у президента США окажутся связаны руки. Так что восстановление диалога между Помпео и Лавровым — это, конечно, успех, важно и то, что переговоры прошли по широкому спектру вопросов. Тем не менее, с учетом того, что по большинству из них позиции России и США очень сильно расходятся, обольщаться не стоит.

И все же сейчас появился какой-то определенный срок, до которого следует серьезно проанализировать имеющиеся проблемы. Если в конце июня планируется встреча Путина и Трампа на полях саммита «Двадцатки» в Осаке, к этому времени следует проинвентаризировать весь список проблем, интересующих обе стороны, и отобрать хотя бы одну или две, по которым возможно какое-то сближение без больших издержек. В том числе и поэтому без прошедших переговоров в Сочи готовить встречу двух президентов в Осаке едва ли имело бы смысл.

В российско-американских отношениях действительно есть вопросы, которые менее чувствительны, чем прочие, причем в самых разных сферах. В области ограничения вооружений это договор СНВ-3. По его продлению нет больших возражений даже у консерваторов-республиканцев, которые традиционно не любят соглашения, сдерживающие американскую военную мощь. Проблема здесь может быть в том, что сама команда Трампа не считает ограничение вооружений своим приоритетом. А СНВ-3 был подписан Бараком Обамой. Это автоматически означает, что Трамп смотрит на него с некоторым скепсисом. Пожалуй, это один из немногих крупных вопросов в отношениях России и США, где главное затруднение создает не позиция американского истеблишмента, а личное мнение Трампа.

Если говорить о региональных проблемах, то здесь также есть и такие, договориться по которым с США значительно проще, чем по Украине и по Сирии. Например, и Россия, и США заинтересованы в прекращении под контролем ООН кровавого конфликта в Йемене. У обеих стран нет там особо важных интересов, а имеющиеся разногласия преодолимы. И здесь вполне реально принять совместную резолюцию Совета Безопасности.

Можно добиться какого-то соглашения и по корейской проблеме. В США сейчас опасаются, что если Америка после неудачного саммита Трампа и Ким Чен Ына в Ханое попытается поднять вопрос о новых международных санкциях против КНДР, то Россия заблокирует резолюцию в Совбезе. Причем американцы боятся именно российского вето, а не китайского. Хотя Китай традиционно наиболее последовательно поддерживает КНДР, он может решить не обострять отношения с США в условиях тяжелых торговых переговоров, а России, что называется, нечего терять. И тем не менее и Россия, и США не хотят признавать ядерный статус КНДР и не заинтересованы в продолжении Пхеньяном ядерных и баллистических испытаний. Так что здесь есть о чем договариваться. В принципе есть о чем говорить и в Афганистане.

Есть и еще один маленький, но важный момент. В отличие от советника президента Джона Болтона, который уже приезжал в Россию для переговоров по стратегическим вопросам, Помпео представляет большую бюрократическую организацию — Госдепартамент. Могу предположить, что хотя бы часть из ее функционеров объясняла ему, что никому не нужный кризис на уровне посольств России и США с закрытием консульств и сокращением штатов хорошо бы как-нибудь закончить. Думаю, обе стороны понимают ненормальность нынешней ситуации. Но надо найти способ ловко выйти из этой неловкой ситуации. Это вопрос формулировок и корректного языка.

Подготовил Станислав Кувалдин

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Американо-северокорейский саммит в Ханое, на который накануне возлагались большие надежды в деле ядерного разоружения на Корейском полуострове, окончился безрезультатно. О причинах неудачи переговоров и их возможных последствиях «Снобу» рассказали профессор Сеульского университета Кунмин Андрей Ланьков и директор вашингтонского Центра национальных интересов Дмитрий Саймс
Растет ли риск ядерной катастрофы? Снижается ли порог применения ядерного оружия? О том, чего боятся и в чем подозревают друг друга Вашингтон и Москва и растет ли вероятность ядерной войны, «Сноб» поговорил с Андреем Кортуновым

Новости партнеров

В США подводят итоги промежуточных выборов в Конгресс, в ходе которых демократы получили большинство в Палате представителей Конгресса. Несет ли это новые риски для России? Об этом «Сноб» поговорил с экспертами-американистами