Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Все новости
Колонка
Пора учиться разговаривать.

Кто виноват в «Екатеринбургском майдане»

16 Мая 2019 14:00
Конфликт вокруг храма Святой Екатерины в Екатеринбурге уже перерос в скандал федерального значения. Банальный спор вокруг культового здания сразу же оброс символами, стал заложником политической борьбы. Причем борьбы, которая идет исключительно ради самой борьбы — ее участники настроены бескомпромиссно. Все они оказались попросту не готовы к диалогу, к тому, чтобы жить и действовать по цивилизованным правилам гражданского общества

Екатеринбург оказался в фокусе внимания СМИ, причем не только российских. О нем пишут британцы и американцы. Виной всему громкие протесты против строительства храма Святой Екатерины. Части горожан категорически не нравится, что храм (очередной в городе) возводится на месте одного из немногих зеленых скверов. Ситуацию подогревает опубликованная информация о том, что вместе с храмом на месте сквера строится и жилой комплекс — этим, по мнению противников строительства, и объясняется упертость местных властей в этом вопросе. Им противостоит другая часть горожан и РПЦ, объясняющие, что все происходит в рамках закона: проект прошел общественные слушания, все необходимые проверки. Да и сквер никто уничтожать не будет — наоборот, часть его благоустроят, а храм станет интегральной частью общественного пространства.

В теории этот конфликт не стоит и выеденного яйца. Подобные вопросы (что строить в районе) регулярно решаются в гражданских обществах путем диалога и опросов общественного мнения — или же референдумов. Как в Швейцарии в вопросе строительства минаретов. Да, в Екатеринбурге компания «Социум» уже проводила опрос. Согласно ему, 55,7 процента жителей района относятся к строительству храма «положительно» или «скорее положительно», 21,1 процента — «отрицательно» или «скорее отрицательно». В целом же по городу эти цифры составляли 41,1 процента против 23,7 процента. Однако эти данные — от августа 2018 года. С тех пор утекло много воды и притекло много дополнительной информации. Нужен новый опрос, а еще лучше — референдум, районный или городской. Однако его нет, как нет и диалога — вместо этого мы наблюдаем силовое противостояние. Чья это вина?

«Отцами» конфликта выступили, по сути, все его участники: РПЦ, протестующие и, конечно же, государство.

Художник Джули Баффалохед Фото: Rochester Art Center

Конфликт в Екатеринбурге еще раз показал, что у Русской православной церкви большие проблемы в коммуникации с городским классом. Глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда может сколько угодно говорить о необходимости разъяснительной работы с теми, «кто не понимают, что такое храм и чем он лучше сквера, или мусоросжигательного завода, или крематория». На деле эта работа не ведется: РПЦ оказалась для нее слишком консервативной. Иерархи так и не смогли вписать ее в структуру современного урбанистического мира, где функцией церкви является не насаждение клерикализма, а работа в психологической и морально-этической плоскости. Церковь должна защищать сердца людей, но для этого она должна приниматься их умами. РПЦ должна проводить активную пиар-кампанию среди населения, как это делает, например, Ватикан, успешно продавая в общество идею «народного папы» Франциска, пользующегося огромной популярностью в католическом мире и своим образом защищающего Престол Святого Петра от многочисленных скандалов (в том числе и вокруг очередных обвинений католических иерархов в педофилии). Однако патриарх Кирилл придерживается слишком уж элитарного имиджа, не опускается до масс, и единственным, по сути, громким положительным пиаром РПЦ за последние годы стала победа отца Фотия в очередном сезоне «Голоса», а также дальнейшая эксплуатация его образа. Негативного же пиара было более чем достаточно, начиная со скандальной попытки захвата Исаакиевского собора (который уже давно функционировал как музей и в светском государстве должен был таковым оставаться) и заканчивая многочисленными бытовыми историями. Информационной работой с массами занимаются не условные «миссионеры», а «крестоносцы» и «инквизиторы» наподобие телеканала «Царьград», что еще больше отвращает от РПЦ образованных и светских россиян, выступающих против радикализма в любой его форме. Получается, что Русская православная церковь оказалась не готова ни к работе с современным обществом, ни тем более к тому, чтобы стать духовным оплотом Российского мира.

Проблемы в репутации РПЦ активно эксплуатирует российская оппозиция, в том числе и радикальная ее часть, выступающая за смену режима силовым путем. Взяв конкретную историю с храмом в Екатеринбурге и отождествив РПЦ с российскими властями (что сделать было несложно), радикалы отказались от диалога и подменили понятия. Они превратили общественный протест против храма в протест против Путина — в Екатеринбурге благодаря эффективной информационной работе местного американского консульства и общественных организаций (того же «Ельцин-центра») сложился значительный протестный электорат. Более того, воспользовавшись рядом технологий с киевского майдана (взять те же самые «скачки») и пойдя на демонстративные нарушения законодательства по принципу «желтых жилетов» (нападения на заборы, в том числе со стороны детей, которые разрушали сетку под камеры взрослых), они лишь дискредитировали и маргинализировали протест. Позволив тем самым клерикальным и провластным СМИ называть события в Екатеринбурге «российским майданом» и таким образом отвратить от него значительную часть россиян, которая категорически против даже разговоров о «начале революции». В результате протест уже позиционируется не как «спор вокруг храма», а как «спор радикальной оппозиции и власти». По сути, повторена ошибка Болотной площади, когда естественный и цивилизованный протест городского среднего класса оседлали оппозиционные маргиналы, и часть протестующих (включая автора этих строк) просто не захотела участвовать их раскрутке. В итоге Болотный протест загнал себя в электоральную резервацию и выдохся — как, вероятно, выдохнется и история в Екатеринбурге.

Наконец, значительная доля вины лежит и на российской власти, которая сейчас поддерживает позицию администрации Екатеринбурга. Да, в каких-то пунктах она ведет себя правильно — например, пресекая незаконные протесты и вандализм (после акций 15 мая было задержано 60 человек), однако в информационном плане работа провалена. Как и РПЦ, Кремль не готов понимать важность, необходимость и даже безальтернативность взаимодействия с городским классом, а также грамотного пиар-сопровождения своих законов и инициатив. Недостаток взаимодействия властей — не только федеральных, но и местных — с обществом уже привел к многочисленным скандалам. Взять хотя бы историю с памятной доской Маннергейму. Как отмечалось выше, нынешнюю ситуацию в Екатеринбурге можно было бы очень просто если не разрешить, то хотя бы охладить — спросить весь район или весь город. Не в формате «общественных слушаний» или «опросов» (все мы помним, как проходило голосование по вопросу присвоения имени крайне неоднозначного императора Николая II аэропорту Мурманска), а в виде настоящего районного или общегородского референдума. Однако на референдум власть не согласна.

Причин для отказа может быть множество — нежелание идти на поводу у радикалов, создавать прецедент и впредь быть вынужденной учитывать мнение гражданского общества или же просто неготовность признать свою ошибку, — однако итог очевиден. Банальный спор районного значения оброс общегосударственными смыслами и превратился в противостояние части общества и власти. И если таких споров будет много, если власть не осознает специфику гражданского общества, формирующегося в России, то аналогичные противостояния будут вспыхивать и в других городах России. И в какой-то момент возникнет кумулятивный эффект, который может поставить под вопрос существование российского государства в нынешнем его виде.

Поддержать лого сноб
2 комментария
Сергей Мурашов
• Комментарий удален…
Сергей Мурашов

На самом деле хочу отчасти поддержать автора: до тех пор, пока непонятно, каков именно расклад мнений у горожан по поводу строительства храма, не стоит однозначно вставать на одну из сторон.

При этом, не стоит опираться лишь на мнение жителей данного района - тех, кто чаще всего посещает сквер, который планируется отчасти уничтожить для строительства храма: вряд ли строительство храма - это вопрос только жителей прилегающих дворов - финансирование идёт из городского бюджета, вот все, кто финансирует (т.е., все горожане), и должны иметь право решать - надо оно им, или нет. 

Я живу в Новой Москве, у нас тут рядом - огромная застройка, и жители нашей деревни несколько лет пытались эту застройку остановить... При всём понимании людей, которым хочется покоя, некошеных полей и лесов с боровиками, застройка Москвы - это не личное дело жителей нескольких окрестных населённых пунктов. Это - прогресс, который не остановить, и далеко не во всём стоит предоставлять полное право решений нескольким десяткам - сотням человек, когда затронуты интересы сотен тысяч и миллионов: если бы так было, - мы жили бы в бараках с уличными сортирами, так как большинство в принципе боится перемен, и не желает их. 

Возвращаясь к Екб: если переводить стрелки на личное мнение жителей окрестных дворов, - то, на мой взгляд, этот вопрос не стоит выеденного яйца, и если население города ЗА строительство храма - то администрация вправе защищать это решение законными средствами. 

Когда же это вопрос городского масштаба, - то он имеет всероссийское значение: если администрация желает строить нечто против мнения ВСЕХ горожан, - то это прямое надругательство над демократией, и это необходимо решать уже на федеральном уровне, а не на городском... 

А тем, кто пытается что-то делать в рамках российского протестного движения, как по мне, нужно быть очень осторожными - не выдавая мелкие местные дрязги за протест городского масштаба - так как вот этой самой разницей нас и будут бить по головам, а нам и ответить будет нечем... В результате имидж оппозиции в глазах общественности будет серьёзно скомпрометирован.

 

(При этом, как по мне, застраивать Россию новодельными храмами, без оглядки на местную ситуацию - идея вполне бредовая: альтернативы исламу таким образом всё равно не создать (а именно такую идею я слышал от некоторых сторонников программы строительства новых храмов), а в России есть масса храмов старинной постройки, требующих ремонта и ухода - вот бы на что тратить деньги, а не на новодельные железобетонные отливки, которые никому по сути и не нужны... Построить храм где-то в отдалённой деревне, ЕСЛИ ОН НУЖЕН МЕСТНЫМ ЖИТЕЛЯМ, - это дело хорошее, а лепить их один к одному в городах, где и так полно действующих храмов, - никому, кроме пилильщиков бюджетов, не нужно).

Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Константин Эггерт
Чего на самом деле хотят противники строительства храма и можно ли считать события в Екатеринбурге началом нового протеста в России
Илья Мильштейн
Кому и как мы верим в Москве, Киеве, Донбассе и Екатеринбурге
Владислав Иноземцев
Почему сохранение памяти о прошлых поколениях и их наследии гораздо важнее помпезных празднований любых исторических побед и свершений