Top.Mail.Ru

Колонка

Мы все — Голунов, но все ли мы — Вышинский? Поможет ли дело журналиста преодолеть раскол в обществе

10 Июнь 2019 18:23

В России уже четвертый день кипят страсти вокруг «дела Голунова» — ареста журналиста-расследователя, обвиненного в покушении на сбыт наркотиков в особо крупном размере. И кипят не напрасно — ведь дело Голунова практически сразу обросло множеством смыслов. Тут и борьба с беспределом силовиков, и необходимость адаптации власти к условиям российского гражданского общества (которая должна была состояться еще после Болотной) — ну и, наконец, принципы развития самого гражданского общества. История с арестом журналиста дала обществу еще один шанс выйти из-под влияния провокаторов и осознать всю важность единства, а также трезвого отношения к процессам, происходящим в нашей стране

Что это было?

Собственно, версий произошедшего несколько — и, к сожалению, все они не в пользу государства. Первая — классический сценарий 90-х. Проводящий резонансные расследования журналист достал высокопоставленного чиновника, который попросил друзей из МВД «наказать непонятливого» через подброшенные тому наркотики. Видимо, чиновник не понимал, что сейчас уже далеко не девяностые, и даже не нулевые годы — и не подсчитал, какую волну поднимет эта история, какой ущерб она нанесет репутации правоохранительных органов, государству — а значит и самому чиновнику, которого за подобную инициативу жестко накажут.

Вторая версия — МВД действительно отрабатывала реальное дело и взяло наркоторговца. Однако правильные дела нужно делать лишь в правильное время. Арест Голунова на фоне проходящего в Питере Международного экономического форума — важнейшего, пожалуй, пиар-мероприятия Кремля этим летом — стал, по сути, саботажем и дискредитировал Россию в глазах инвесторов. Как будто дела Майкла Калви было недостаточно.

Третья версия тоже касается саботажа, но сделанного не по глупости, а по заранее продуманному плану. И Голунов, и даже само МВД тут выступили пешками третьих сил. А этими силами могут быть как внешние игроки (которые до этого уже «отправили на убой» журналистскую группу Орхана Джемаля для того, чтобы раскрутить историю о «преступлениях российских наемников» в Центрально-Африканской республике), так и те же самые «башни Кремля», желавшие таким образом подставить конкурентов из других башен.

Дело в многочисленных демонстративных нарушениях, которые прямо дискредитируют следствие и даже не намекают — кричат о заказном характере этого дела

Причем львиная доля ущерба государству от этого дела была нанесена не самим арестом журналиста, а тем, как этот арест был осуществлен. И дело не в телесных повреждениях — метод «мордой в пол», который применяют все правоохранители от Москвы до Вашингтона, действительно может привести и к гематомам, и к сломанным ребрам. Дело в многочисленных демонстративных нарушениях (чего стоят хотя бы истории с «не теми фотографиями»), которые прямо дискредитируют следствие и даже не намекают — кричат о заказном характере этого дела. Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков, конечно, просит не делать на основании этого дела выводы о недоверии к целой системе — однако выполнить его просьбу очень непросто.

Непросто — но возможно. Государству нужно лишь достойно выйти из этой ситуации. Оно должно признать Голунова невиновным (причем вне зависимости от того, были ли у обвинения реальные основания) и публично снести звезды с погон тех, кто организовал всю эту историю. А может, даже отправить инициаторов и исполнителей этого дела в места, несколько отдаленные от их комфортных московских кабинетов.

Фото: Анастасия Карагодина

Мы — одна профессия

Конечно, теоретически власти могут поступить и по-другому — не признавать собственную неправоту, продолжить путь на Голгофу и дать Ивану Голунову реальный срок. Однако такие действия станут серьезной имиджевой ошибкой и ударом по авторитету Кремля. Причем авторитету не только в глазах оппозиции, но и в глазах значительной части сторонников Путина. Ведь дело Ивана Голунова объединило все крылья общества — от Виктора Шендеровича до Марии Захаровой, и почти все журналистское сообщество — от «Эха» до федеральных каналов.

Неважно, на кого работал Иван — на «Медузу» или на «Царьград», и неважно, по какой причине публиковал свои расследования. Эти расследования — никем, кстати, в суде не оспоренные — несли колоссальную общественную значимость и способствовали созданию в стране гражданского общества. И в том, что они вызывали общественный резонанс и использовались определенной частью оппозиции, виноват не сам Иван, а фигуранты его расследований — а также контрольные органы государства, которые вовремя не сделали свою работу. Не наказали за жадность отдельных московских политиков, не обуздали ту же кладбищенскую мафию, зарабатывающую на страдании людей.

Так что, поддерживая Голунова, люди защищают не только его — но и свое право жить в гражданском обществе, в правовом государстве. А каждый журналист примеряет судьбу Голунова на себя — и не хочет ее повторить. И речь не только об аресте — слишком уж часто в последние годы российские журналисты оказываются жертвой преследований, избиений — и даже убийств.

Однако правильные выводы должны сделать и те, кто выступил в поддержку Голунова

Собственно, власть, судя по всему, выводы сделала правильные. Голунова (обвиняемого по тяжкой, «наркотической» 228-й статье) отпустили под домашний арест и теперь, судя по всему, будут разваливать дело и искать крайних во всей этой истории. Однако правильные выводы должны сделать и те, кто выступил в поддержку Голунова. И прежде всего — либеральная часть журналистского сообщества.

Да, либералы проявили недюжинную активность в деле защиты коллеги. Ставят аватарки в ФБ, стоят с одиночными пикетами, а условно либеральные издания выходят с заголовком на первой странице «Я/Мы — Голунов». Однако журналисты из условного «патриотического» лагеря им напоминают, что они тоже — их коллеги. И когда избивают журналистов НТВ или «России-24», когда угрожают убийством другому «нтвшнику», когда корреспонденты федеральных каналов страдают или погибают при исполнении служебного долга — «либералы» в лучшем случае это игнорируют, а в худшем глумятся и становятся на сторону преступников. Где были либеральные журналисты, когда украинские власти арестовали Кирилла Вышинского за его профессиональную деятельность, и вот уже год держат в тюрьме? Много ли либералов стояло с портретом Вышинского у украинского посольства — вместе с пусть и ненавистными им, но все же коллегами по цеху Ольгой Скабеевой, Дмитрием Киселевым и другими представителями журналистского сообщества?

Да, многие из «либералов» говорят, «патриотические журналисты» — это не журналисты, а пропагандисты, которые получали по заслугам. Но сейчас «патриотические» журналисты могли бы сказать точно так же (учитывая репутацию «Медузы» среди сторонников действующей российской власти) — однако они не сказали, поддержали коллегу, вышли за пределы сектантского сознания и тем самым сделали шаг навстречу коллегам-либералам. И теперь важно, чтобы «либеральные» коллеги тоже сделали шаг навстречу реальному миру. Ведь дом, разделившийся внутри, не устоит — и речь тут как о государстве и гражданском обществе, так и о российской журналистике.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

«Сноб» требует разъяснений от руководства федеральных и московских органов внутренних дел по факту задержания нашего коллеги Ивана Голунова
Неизвестный мужчина, который ночью 10 июня устроил погром в офисе «Сноба», целенаправленно шел в кабинет главного редактора Ксении Чудиновой. Это стало известно благодаря записям с камер видеонаблюдения

Новости партнеров

Дело против корреспондента отдела расследований «Медузы» Ивана Голунова — сегодня главная тема в России. Его детали обсуждает общественность, о нем пишут интернет-СМИ. Газеты «Коммерсант», «Ведомости» и РБК впервые в истории вышли с одинаковой первой полосой, посвященной журналисту. В то же время государственные телеканалы заговорили о деле Голунова далеко не сразу. «Сноб» рассказывает, как именно они освещали события, связанные с журналистом