Top.Mail.Ru

Редакционный материал

Оле Йорген Хаммекен: Почему «эскимос» стало звучать оскорбительно?

Путешественник Оле Йорген Хаммекен о том, что значит быть современным эскимосом

20 Июнь 2019 14:02

Оле Хаммекен в роли охотника Икумы в фильме “Инук” Фото: Личный архив

Оле Йорген Хаммекен в каком-то смысле — посол культуры гренландских эскимосов в мире. Охотник и полярный путешественник, он провел несколько сложных экспедиций по арктическим территориям, в том числе пересек на собачьих упряжках ледниковый щит Гренландии и обогнул на открытой лодке Северный Ледовитый океан. Оле Хаммекен снялся в главной роли охотника на белого медведя в самом известном фильме на гренландском (эскимосском) языке Angry Inuk, выдвигавшемся на «Оскар» в качестве лучшего иностранного фильма в 2013 году.

Многие проекты и путешествия Оле Хаммекена сейчас посвящены проблемам резкого изменения климата Гренландии в связи с глобальным потеплением. Но наш разговор — не только о климатических проблемах, но и о повседневной жизни современной Гренландии и народа эскимосов, который теперь все чаще называют инуитами. В беседе принимает участие жена Оле Йоргена Хаммекена Галя Морелл — американка, бывшая гражданка СССР, художник, театральный режиссер и основатель культурного проекта Arctic without borders/«Арктика без границ», помогающего коренным народам Арктики сохранять свои традиции в меняющемся мире, и постоянно действующей культурной экспедиции Avanaa.

Собакам здесь не место


Ɔ. Новости о тающих в результате изменения климата ледниках Гренландии теперь становятся приметой каждого лета. Мы знаем, что климат в полярных широтах меняется быстрее и драматичнее, чем в других регионах планеты. Что означает потепление для эскимосов Гренландии?

Ответить на этот вопрос непросто. Все зависит от того, где именно живут эскимосы. Гренландию представляют единым регионом, но надо учитывать, что ее протяженность с севера на юг больше двух тысяч километров. С юга Гренландию огибает Гольфстрим. Поэтому на юго-западе острова, где живет большинство населения, зимы никогда не были особенно суровыми. Действительно суровая территория начинается к северу от залива Диско. Там к январю устанавливается устойчивый (не плавучий) лед. Чем дальше к северу, тем он толще. А разные условия к северу и к югу от залива Диско сформировали разные охотничьи культуры эскимосов. Южные эскимосы, как правило, охотились на каяках на открытой воде, северные же пользовались собачьими упряжками для того, чтобы добраться по льду до морского зверя. И я боюсь, что культура охотников с собачьими упряжками может исчезнуть.


Ɔ. С чем именно это связано?

Охотничьи экспедиции с использованием собачьих упряжек возможны только по твердому зимнему льду. А теперь, благодаря потеплению, этот лед отступает. Там, где раньше он стоял больше полугода, теперь он едва держится два месяца. У нас осталось не так много навыков и умений от тех славных предков-эскимосов, которые могли самостоятельно выживать в Гренландии. Теперь мы полностью зависим от тех продуктов, которые привозят сюда из самых разных частей света. То, что еще сохранилось, помимо нашего языка, — это культура каяка и охотничья культура с собачьими упряжками. Если она исчезнет, это будет самым тяжелым ударом, который может нанести потепление по эскимосам.


Ɔ. Вероятно, исчезновение навыков изолированного выживания в Арктике связано не только с потеплением. Все-таки цивилизация влияет на остров не только концентрацией парниковых газов в атмосфере Земли.

Думаю, поворотным для нас стал 1941 год. Тогда здесь появились американцы — они оккупировали Гренландию после того, как Данию заняли немцы и связь с метрополией прервалась. Собственно, тогда эскимосы познакомились с благами американской цивилизации. Здесь, например, появилась жвачка, изобилие шоколада и разных консервов. И позже большинство населения просто разучились обходиться без привозных продуктов. Правда, это не касалось небольших поселений к северу от залива Диско, поскольку там во время войны американцев не было.


Ɔ. Сохранялась ли традиционная эскимосская культура во времена вашего детства?

Думаю, что в значительной степени да. Поскольку, несмотря на завозимые продукты, другие элементы цивилизации приходили сюда медленно. Например, электричество в столицу Гренландии Нук пришло уже на моей памяти. В принципе жизнь оставалась изолированной даже с приходом новых средств массой информации. В частности, телевидение на острове появилось в 1970-е годы, но фактически мы здесь смотрели датские передачи с задержкой в четыре-пять месяцев, по мере того как записи доставлялись на кассетах. Смотреть рождественские программы в мае или июне было привычным делом.


Ɔ. Что вы можете сказать о состоянии этой культуры сейчас? Особенно об охотниках с собачьими упряжками?

Охотничья культура с использованием собачьих упряжек еще жива. Пожалуй, в наиболее полном виде она сохранилась в дальних северных поселениях. В частности, возле Туле (местность на крайнем северо-западе Гренландии. Прим. ред.) — там решением местной общины даже запрещено использование снегоходов. Впрочем, эскимосы Туле используют и каяки для летней охоты на морского зверя. Это последние хранители охотничьих традиций. Но сейчас их сохранение находится под угрозой даже там, ведь и около Туле становится все теплее. А для более теплого климата эта культура просто не приспособлена.


Ɔ. За счет чего живут те эскимосы, которые по-прежнему сохраняют свои охотничьи традиции? Из чего складываются их доходы?

В принципе, они живут довольно неплохо. Лучшее, что они могут добыть, — это шкура кита-нарвала. Сейчас она хорошо ценится, и они продают шкуры на юг Гренландии за вполне приличные деньги. К тому же, поскольку лед тает, теперь и там можно добывать рыбу. Пока ее много, и она очень хорошая.


Ɔ. Значит, с потеплением приходит и что-то хорошее, например, рыба и возможность рыболовства?

Отношения эскимосов с рыбной ловлей складывались непросто. Еще в 1920-е годы, когда к берегам Гренландии стало приходить много трески, датская колониальная администрация стала убеждать охотников-эскимосов попробовать ловить рыбу. На тот момент охотой занимались почти все обитатели Гренландии, и они отнеслись к этому предложению с подозрением. У нас тогда считалось, что рыбу могут вылавливать только женщины или дети — и то больше для развлечения, а для мужчины-охотника это унизительно. К тому же даже те, кто соглашались этим заняться, первое время пытались ловить рыбу со своих каяков, поскольку никаких других судов у них просто не было. Однако постепенно на острове появились деревянные лодки, люди поняли, что ловить рыбу выгоднее, чем охотиться, хоть и чертовски скучно. Но вы правы: развитие рыболовства, возможно, единственное преимущество, которое получает Гренландия вместе с потеплением. На островах сейчас есть неплохой рыболовецкий флот. С каждым годом по мере таяния льдов он может уходить все дальше на север. Сейчас мы — один из крупнейших добытчиков креветок. Кстати, многие креветки, продающиеся в России, пойманы у нашего острова. Ведь Гренландия, как и другие северные владения Дании — Фарерские острова, не попала под введенные Россией санкции на европейские продукты.

Оле Хаммекен и Галя Моррелл Фото: Личный архив

Эскимосы и инуиты разных стран


Ɔ. Территории, где живут эскимосы, принадлежат разным странам. В каких отношениях находятся эскимосы Гренландии, Канады, Аляски и России? Есть ли между ними какая-то солидарность? Понимание общих интересов?

В принципе, у нас существует Inuit Circumpolar Council — организация, которая объединяет всех эскимосов. Нам есть что обсудить и чего добиваться. Главная проблема заключается в том, что нас очень мало. Например, сейчас между Гренландией и Северной Канадой, провинцией Нунавут, где живут эскимосы, не существует прямого авиасообщения. Когда-то оно было, но решили, что здесь живет слишком мало людей, и линии закрыли. Корабли там тоже практически не ходят.

Галя Морелл: В том числе для этого мы создали организацию Arctic without borders («Арктика без границ») — к сожалению, многие проблемы населения и регионов Арктики решаются в столицах государств, которым они принадлежат, а эти столицы слишком далеки от этих мест. Так возникают сложности, которые легко можно было бы разрешить, если бы лучше складывались отношения местных пограничных общин. Например, все знают о сложностях в контактах между эскимосами Чукотки и Аляски, которые оказались разделены в результате советско-американского противостояния. Но мало кто говорит о том, что эскимосам северной Гренландии, которая близко примыкает к островам Канадского архипелага, сейчас не так-то просто поехать в Канаду. Ведь Гренландия входит в Шенгенскую зону. До появления Шенгена охотники-эскимосы с соседних земель переходили границу постоянно, это было привычным делом. А теперь для этого требуется заграничный паспорт — а такого в поселениях на севере, кажется, никто никогда не делал, это дорого, да и ехать за ним нужно через весь остров. Наша организация пытается наладить быт и организовать общественную жизнь между разными поселениями, разбросанными по всей Арктике. Сейчас в условиях климатических изменений, нарушивших их привычную жизнь, а также появления новых барьеров между странами, они могут чувствовать себя особенно изолированными и забытыми всеми.


Ɔ. Не вызывает ли эта деятельность беспокойство у правительств тех государств, которым принадлежат арктические территории?

Оле: Да нет. Мы же только культурная организация. И потом, речь идет о таких маленьких поселениях, где живет так мало людей, что властям, кажется, нет до них особенного дела.


Ɔ. Организация, объединяющая эскимосов, называется Inuit Circumpolar Council. Ваш народ называют там инуитами, поскольку, с точки зрения борцов за права коренных народов, название «эскимос» оскорбительно. Но вы, кажется, свободно его употребляете и не чувствуете дискомфорта.

Не знаю. Я всегда считал себя эскимосом. Слово «инуит» в нашем языке действительно существует, но оно значит просто «человек». Так можно было кого угодно назвать, в том числе и белого человека.


Ɔ. А нет ли для белых людей особого слова в эскимосском языке?

Мы называли их Qalunaat. То есть людьми с большими бровями и животом. Но в принципе это не мешало им быть и «инуитами». О том, что мы должны называть друг друга инуитами, я услышал где-то в конце 1970-х и, надо сказать, удивился. Что случилось? Не знаю, кто и почему вдруг решил, что эскимос — это оскорбительное слово. Оно пришло из индейских языков и означало там «люди, едящие сырое мясо». Ну и что? Мы действительно его ели. Сами аляскинские эскимосы называли индейцев Egillit — это вообще значит «люди с гнидами в волосах».


Ɔ. А как смотрит на это молодое поколение? Оскорбляются ли они, если их называют эскимосами?

Многое зависит от страны. В Канаде, скорее, оскорбятся. На Аляске это воспринимается нормально. В Гренландии может получиться по-разному. В Нуке могут оскорбиться, а в северных поселениях до этого никому нет дела.

Фото: Galya Morrell

Комары и датчане


Ɔ. Сколько европейцев живет сейчас в Гренландии?

Точно не знаю. Думаю, около 8 тысяч.


Ɔ. Кто они? Все ли из них приехали сюда временно, на работу, или есть семьи, которые живут на острове несколько поколений?

Ну, о поколениях говорить не приходится. До 1970-х годов европейцев можно было тут пересчитать по пальцам. Но потом началась модернизация, в столице острова появились современные здания, и сюда приехало довольно много датчан. И, да, кажется, они теперь здесь живут и не очень хотят возвращаться в Европу.


Ɔ. А как складываются отношения между датчанами и эскимосами?

Знаете, у нас есть теперь поговорка, что разница между комарами и датчанами в том, что комары достают тебя только летом. Но думаю, что это все же отношения любовь — ненависть. Дания оставила большой след в нашей культуре. Вообще теперь к нам пришла цивилизация. На острове появились бездомные, а вскоре должна открыться первая в истории тюрьма. Мы все следили за ее строительством — ради нее у нас в Нуке отняли огромный кусок общественного пространства, где раньше все гуляли.


Ɔ. А что делали с преступниками до строительства тюрьмы?

Да ничего особенного. Их переселяли в специальные домики, где они должны были ночевать, а днем выпускали и они могли делать что угодно: работать, если есть работа, учиться, охотиться. Только если не приходили к 8 вечера назад, то дверь запиралась и им надо было ночевать на улице. А самых опасных отправляли в Данию. Но теперь Гренландия повышает независимость, и тюрьма у нее будет своя.

Фото: Galya Morrell

Компьютер по-эскимосски


Ɔ. Не будем больше про тюрьму. Как выглядит гренландская школа? На каком языке обучаются дети?

Учителя в основном датчане. И во времена моего детства мы с первого класса учили датский язык, а гренландский/эскимосский — только с третьего. Но теперь все поменялось. Теперь решено, что на острове эскимосский язык имеет приоритетный статус, поэтому обучение начинается на нем, а к датскому приступают позже — как иностранному. Но вообще считать датский язык иностранным для Гренландии, разумеется, некорректно. В конце концов, все, что связано с рекламой, тут все равно идет на датском языке.


Ɔ. Но все-таки люди общаются на эскимосском?

Да. И в этом отличие Гренландии от других населенных эскимосами территорий — в Канаде, на Аляске и Чукотке. Там люди во многом утратили родной язык и говорят на английском или русском.


Ɔ. А как поступают в эскимосском языке с новыми понятиями, как тут называются различные предметы современной технической цивилизации?


Вообще у нас существует специальный совет, который решает, как назвать на эскимосском ту или иную новую вещь. Например, компьютер по-эскимосски будет qarasaasiaq. Это можно перевести как «что-то, имеющее отношение к мозгам». А «мобильный телефон» будет attaveqaat nassar tagaq. Но как раз это слово не прижилось: все всё равно говорят mobile (мобиле).


Ɔ. Говорят, что вместе с изменением климата в Гренландии появилось много животных, которых раньше здесь не встречали, и это тоже филологическая проблема, поскольку слов для их наименования в эскимосском языке нет?

Да, это так. Например, у нас появилось много косаток, которые прежде обычно не заплывали в эти широты, но все же иногда они добирались до южной оконечности Гренландии и прежде, так что какое-то слово для них нашлось. А вот для появившихся здесь новых птиц и насекомых названий пока действительно нет. Это просто «птицы» или «насекомые». Но эта проблема решится. Например, мышей на острове тоже не было. Они приплыли на датских кораблях, но мы в конце концов придумали, как их назвать.

Фото: Galya Morrell

На своем острове


Ɔ. У потепления есть и другая сторона. Например, упрощаются условия для горных разработок. А это может создавать новые дилеммы — сохранять ли остров как уникальную малонарушенную экосистему или привлечь сюда побольше денег.

Пока горных разработок здесь немного. У нас добывают немного золота, цинка, есть планы разработки меди и редкоземельных металлов. Местные политики хотят повысить финансовую независимость страны, а значит, и заинтересованы привлечь сюда инвестиции, в том числе и в горные разработки. Правда, у них не все идет гладко. Например, недавно островные власти почти договорились с китайскими подрядчиками о реконструкции нашей системы аэропортов. Но это очень обеспокоило американцев, которые оказались не слишком рады тому, что китайцы будут строить взлетные полосы у американского континента в Арктике. Америке пошли навстречу, китайцев из проекта выкинули, а мы теперь должны платить за этот проект американские цены.


Ɔ. Если уж говорить о независимости, то насколько гренландские эскимосы к ней стремятся? Чисто с географической точки зрения страна может получиться немаленькой.

С 1979 года в Гренландии учрежден так называемый Homerule, то есть ей предоставлена автономия во внутренних делах. В 2009 году мы получили Selfrule — то есть гораздо более широкое самоуправление. Теперь некоторые наши политики говорят о том, что хорошо бы получить полную независимость к 2021 году, то есть к трехсотлетию провозглашения Гренландии владением Дании. Но этого, разумеется, не произойдет. Дания в хороших отношениях с Соединенными Штатами, здесь расположены американские базы. Так что, думаю, если Дания убедит эскимосов не думать о независимости, американцы против не будут. Кроме того, нас слишком мало — здесь живут 56 000 человек. Этого вряд ли достаточно для большой независимой страны. Правда, по этому поводу высказываются разные идеи: например, некоторые предлагают объединиться с Нунавутом — канадской провинцией, населенной эскимосами, и создать федерацию.


Ɔ. То есть вы перейдете от датской королевы к английской?

Можно сказать и так. Хотя некоторые политики строят другие планы — есть те, кто предлагают объединение с Исландией.


Ɔ. Насколько чувствуется на острове притяжение Америки? Если говорить не в географическом смысле, что ближе для жителя Гренландии — Дания или США?

Разумеется, Дания. В конце концов оттуда мы получаем порядочные субсидии. Про Америку мы сейчас особенно не думаем. Правда, с начала нулевых США говорили о режиме особых отношений с Гренландией. Тогда нам много чего пообещали — например, прямое авиасообщение с США, но ничего из этого так и не сделали. Так что про США все как-то забыли. Правда, теперь они немного засуетились, но главным образом, потому что боятся Китая.


Ɔ. Как можно понять, с Россией Гренландию, кроме продающихся в наших магазинах креветок, практически ничего не связывает?

Наверное, так. Разве что какие-то культурные вещи. Например, в Гренландии много лет жил американский художник Рокуэлл Кент — он известен своими лаконичными северными пейзажами и вошел в историю как классический иллюстратор «Моби Дика». Он придерживался социалистических взглядов, за что после войны его преследовали в США, и в 1950-е годы он подарил всю гренландскую коллекцию своих картин СССР, в том числе и многие из тех, что написаны в Гренландии. Можно, наверное, считать это какой-то связью.

Галя: Надо сказать, что судьба этой коллекции незавидная. В СССР ее разбили и раздали по самым разным музеям. Я находила следы этой коллекции на всем пространстве бывшего СССР от Киева до Чукотки. Все это грустно, особенно с учетом того, что на многих картинах изображены конкретные люди, мы знаем их детей, но они никогда не видели этих картин, поскольку они лежат по провинциальным запасникам.

Оле Хаммекен Фото: Galya Morrell

Самая христианская страна в мире


Ɔ. Как устроено эскимосское общество в Гренландии? Есть у эскимосов какие-то семейные кланы — группа родственников, связанных между собой и сохраняющих связь во многих поколениях?


Скорее, нет. У нас есть известные и уважаемые семьи, но это вопрос обычной соседской памяти. Многие могут помнить, что вот это внук того знаменитого охотника. Но чего-то похожего на племена или кланы в Гренландии нет.


Ɔ. В каких отношениях гренландские эскимосы находятся с христианством?

Формально мы одна из самых христианских наций в мире. 98% эскимосов Гренландии принадлежат к лютеранской церкви. Датчане в этом смысле были очень эффективны.


Ɔ. И что, они все ходят в церковь по воскресеньям?

Когда я был маленьким, ходили все. Мой отец был лютеранским пастором. В 70-е годы интерес к религии понизился, но сейчас возвращается. Правда, наша служба не похожа на датскую. В ней меньше формальности и чопорности. Все проходит «по-человечески».


Ɔ. А что такое «традиционное эскимосское Рождество»?

Оно очень похоже на традиционное датское. Сейчас из Дании даже привозят рождественские ели. Раньше елки изготавливали самостоятельно из деревянных шестов и особых тундровых растений, которые остаются зелеными круглый год. Их специально собирали осенью до выпадения снега.


Ɔ. Какие проблемы особенно беспокоят эскимосское общество, если не говорить о потеплении?

Их много. Например, Гренландия сейчас занимает первое место в мире по уровню самоубийств. Причем особенно высок этот уровень у молодежи и, прежде всего, у мальчиков-подростков. Это печальное и уникальное явление для современной Гренландии. Многие специалисты пытаются понять причины происходящего, и однозначного ответа пока не найдено. Конечно, для того, чтобы лишить себя жизни, нужна смелость, и по крайней мере можно сказать, что у подростков-эскимосов она есть. Но думаю, что связано это в том числе с разрушением традиционной охотничьей культуры. Так что виновато в этом может быть, в том числе, и глобальное потепление.

Галя: Мне приходилось разговаривать с учителями, работавшими в Нунавуте — эскимосской провинции в Канаде. Они отмечали, что эскимосские дети не очень заинтересованы в усвоении отвлеченных знаний — их интересует окружающий мир, природа и способы ее преобразования. То есть пока они не очень приспособлены к тому, чтобы искать работу и занятие в новом мире, и слишком привязаны к старому. Например, сейчас в Гренландии очень нужны геологи. Я спрашивала учителей на острове, не думает ли кто-то из местных школьников о такой работе, но, кажется, они не слишком заинтересованы. Поэтому геологов приходится привозить из Европы или из Китая. Возможно, это вопрос смены поколений, северные люди всегда адаптировались к переменам. Но для нынешнего поколения это действительно серьезная проблема.


Ɔ. В России и Америке алкоголизм — довольно большая проблема среди северных народов. Как складывается обстановка в Гренландии?

Здесь с этим тоже серьезные сложности. Борются с этим по-разному. Например, есть поселения, в которых торговля алкоголем запрещена. В последние годы потребление падает, люди учатся. Здесь действует американская программа помощи алкоголикам «12 шагов». Кажется, для местных жителей она довольно эффективна. Но вообще алкоголь появился на острове поздно. Его свободная продажа началась только в 1955 году. До этого у эскимосов использовались лишь шаманские снадобья, которые позволяли войти в опьянение.


Ɔ. Вероятно, на основе галлюциногенных грибов?

Скорее всего. Секрета никто не знает. Это использовали только шаманы наших великих предков. Они могли летать, поэтому и открыли Гренландию.

Беседовал Станислав Кувалдин

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

За что йелльский экономист получил Нобелевскую премию
Почему изобретение голландского вундеркинда не решает мусорную проблему

Новости партнеров

Хасанкейф расположен на скалистых берегах реки Тигр в турецкой провинции Батман. Древнему городу, впитавшему в себя наследие нескольких цивилизаций, уготована незавидная участь: в ближайшее время он будет затоплен. Как Хасанкейф доживает последние дни, рассказывают Александр Пухов и Екатерина Зайцева, снимающие о городе документальный фильм