Top.Mail.Ru
Все новости

Колонка

Страх побеждает жадность.

Почему кризис уже на пороге и как к нему готовиться

15 Августа 2019 11:36

Какую бы стратегию ни выбрал американский Центробанк, доллар, иена и золото пока «приговорены» к росту. Надолго ли?

Ситуация на мировых финансовых рынках практически не оставляет надежд на то, что полномасштабного кризиса удастся избежать. 14 августа на американском долговом рынке доходность 10-летних казначейских облигаций впервые с 2007 года опустилась ниже доходности бумаг со сроком обращения 2 года. Такого рода инверсия доходности считается одним из самых надежных индикаторов грядущей рецессии и свидетельствует о повышенном спросе на долгосрочные «защитные активы», в которых американские инвесторы предпочитают отсиживаться в период финансовых катаклизмов. Кроме того, как это обычно бывает в начале кризисов, растут японская иена, швейцарский франк, а также золото и серебро. Параллельно активно распродаются акции, нефть, валюты развивающихся стран.  

Рынком движут инвесторы, которые постоянно балансируют между страхом и жадностью. Когда перевешивает жадность, растут высокодоходные инструменты: сырьевые валюты и валюты развивающихся стран, правительства которых готовы платить более высокие проценты по гособлигациям, сырьевые активы, акции сырьевых и высокотехнологичных компаний. Подпитывает жадность обилие дешевых денег. Чем ниже ставки, под которые банки, инвестиционные компании, пенсионные и страховые компании развитых стран могут привлекать кредиты, тем с большей легкостью они готовы рисковать в погоне за прибылью. Чем больше таких рискующих, тем выше взлетают цены и тем оправданнее риск.

При этом даже в самый разгар бума инвесторов не оставляет страх того, что надувающиеся пузыри рано или поздно лопнут. Большинство же понимает, что если экономика, как, например, в России, растет темпами, не выходящими за рамки статистической погрешности, а валютный фондовый индекс (РТС) прибавляет за полгода 40%, добром это закончиться не может. Многие успокаивают себя тем, что до тех пор, пока «инфляция активов» (термин куда более приятный, чем «надувание пузырей») не выливается в потребительскую инфляцию в развитых странах — основных поставщиках ликвидности на мировой рынок, все в порядке. Поскольку центральные банки в случае, если что-то пойдет не так, зальют рынки свежими порциями долларов, евро, иен, юаней. Даже торговые войны, одинаково разрушительные для их участников, исходя из этой логики могут стать поводом для оптимизма. Особенно когда в качестве оружия начинает использоваться печатный станок.

Иллюстрация: Getty Images

До недавних пор именно к этому все и шло. Торговая война начала перерастать в валютную. Компании финансового сектора приготовили счета для приема новых потоков денег. И тут начала появляться неприятная статистика, которая напомнила, что в экономике существует не только финансовый сектор и что для реального сектора торговая война — штука весьма неприятная. Повышение пошлин на китайский импорт начинает разгонять потребительскую инфляцию в США, и это ставит Федрезерв в очень неприятное положение. В отличие от увлеченного торговой войной Дональда Трампа, основным ориентиром для ФРС являются вовсе не курс доллара к юаню, евро или иене, а именно инфляция и уровень безработицы. Ввязываться в валютную войну, игнорируя рост потребительских цен, в этих условиях — безумие, которое грозит только еще сильнее разогнать инфляцию, не принося при этом никаких преимуществ в «гонке девальваций». Отказаться от борьбы — оставить американский рынок во власти китайских, европейских, японских производителей. Сильный доллар и потеря конкурентоспособности реального сектора с высокой долей вероятности приведут к рецессии. Проще говоря, у ФРС непростой выбор между стагфляцией и рецессией. Скорее всего, Федрезерв на некоторое время займет выжидательную позицию и дождется, когда ухудшение экономической ситуации повлияет на рынок труда. Тогда растущая безработица даст формальный повод пустить в ход печатный станок.

Пока же все указывает на то, что первое с 2008 года снижение ставки может стать и последним, по крайней мере в этом году. Надежды американского президента и глобальных инвесторов на начало цикла смягчения денежно-кредитной политики с целью вернуться к политике нулевых ставок, а то и новому раунду количественного смягчения рушатся как карточный домик. Без подпитки свежими деньгами продолжать надувать тут и там финансовые пузыри слишком опасно. Самое время начинать вытаскивать деньги из высокодоходных активов, которые с этого момента становятся высокорисковыми. Рост доллара, евро, иены и швейцарского франка — свидетельство того, что крупные игроки начали процесс репатриации капиталов. 

В инвестиционном сообществе период жадности, когда основная цель состояла в том, чтобы заработать как можно больше, сменяется эпохой страха. Меняются и приоритеты. Теперь главное — как можно меньше потерять. Если на растущем рынке все его участники только за счет роста цен становились богаче, то сейчас это богатство сгорает в топке биржевых обвалов. Хуже всего тем, кто инвестировал в рисковые активы заемные средства. Каким бы дешевым кредит ни был, его необходимо обслуживать. А для этого приходится продавать часть обесценившихся активов, фиксировать убытки. Эти продажи толкают цены еще ниже. Процесс репатриации капиталов только начался. Продлится он несколько месяцев и завершится острой фазой, переживут которую далеко не все сегодняшние экономические, финансовые и политические лидеры.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Применение «валютного оружия» в торговом конфликте между США и Китаем делает его глобальным и открывает путь к «гонке девальваций», которая способна дестабилизировать всю мировую финансовую систему
Выпущенный из бутылки джинн протекционизма торговыми войнами не ограничится

Новости партнеров

Политика сильного доллара — последняя опора, на которой держится современная финансовая система. Если она рухнет, рухнет и ставший привычным мир. Вопрос в том, что прорастет на обломках