Все новости
Колонка

О нашей технологической перспективе. Что стоит за решением властей о развитии сетей 5G

27 Августа 2019 15:35
Сети 5G будут работать в России на тех же частотах, что и в Китае. Но это вовсе не значит, что страна попадет в технологическую зависимость от восточного соседа. Опасность, как водится, подкрадывается совсем с другой стороны

Развернувшаяся на прошлой неделе интригующая история о чуть ли не официальном предложении Москве вернуться в «Большую восьмерку», а также «скором восстановлении» отношений России и Запада вплоть до легитимизации присоединения Крыма заставила ряд экспертов предположить, что в западных столицах осознали опасность отчуждения России и ее вынужденного сближения с Китаем на фоне обострения экономического противостояния Пекина и Вашингтона. Не берясь судить о том, сколь обоснованным выглядит такое сложное объяснение происходящего, я бы отметил, что почти накануне этих событий российские власти приняли решение об отказе развернуть сети мобильной связи пятого поколения в диапазоне принятых для этого в большинстве стран мира частот, выделив для данных целей только те, на которых сети 5G работают в Китае и Японии.

Такое решение, против которого долго выступали представители операторов сотовой связи, сопряжено с множеством рисков, отмечаемых не только независимыми аналитиками, но даже представителями официальных структур, например, того же Минкомсвязи. При этом многократно отмечалось, что оборудование для строительства подобных сетей не производится в мире в достаточном количестве, так как операторы работают в диапазоне 3,4–3,8 ГГц, а не 4,4–4,99 ГГц, как предлагается российским компаниям, а отечественного оборудования для 5G нет и в помине. Вскользь отмечалось, что в результате китайские компании без труда монополизируют российский рынок, на котором и сегодня имеют подавляющее присутствие.

Меня сложно обвинить в апологии российского «поворота на Восток», но в данном конкретном случае мне кажется, что основная угроза исходит не от нашей увлеченности работой с китайскими партнерами «назло» западным. С одной стороны, хорошо известно, что предложения сотовых операторов относительно выделяемых диапазонов встретили сопротивление прежде всего со стороны Министерства обороны и спецслужб — ФСБ и спецсвязи, — между которыми давно распределена большая часть требовавшихся частот. Обсуждение вопроса дошло до Совета безопасности, который прогнозируемо встал на сторону военных и силовиков и мнение которого в итоге ретранслировал президент. Лоббирование такого решения со стороны КНР выглядит, на мой взгляд, крайне маловероятным — как с точки зрения возможности повлиять на принимаемые в Москве решения, так и с точки зрения важности российского рынка для китайских компаний. С другой стороны, в ходе подготовки решения по частотам были заметны многочисленные вбросы о том, что развертывание сети может быть произведено с использованием отечественных технологий — от электронной компонентной базы до пользовательских устройств и программного обеспечения. Разумеется, бóльшую часть заказов уже приготовился получить незаменимый Ростех, чей интерес в отсутствии западных конкурентов, на мой взгляд, превосходит потенциальные интересы китайских производителей, а лоббистские возможности выглядят попросту неограниченными.

Фото: Maumapho/Getty Images

Таким образом, на мой взгляд, возникает очевидный риск того, что новые сети в России вообще не будут запущены, а если даже их и презентуют, то от 5G они будут отличаться приблизительно так же, как Су-57 от F-35.

При соответствующих обстоятельствах стоило бы отнестись к возможностям сотрудничества с Китаем с меньшими сомнениями, чем во многих других ситуациях.

Мобильные сети нового поколения — один из относительно немногих секторов, в котором компании из КНР не только сравнялись с западными конкурентами, но во многом их превзошли. Сегодня у китайцев нет собственных операционных систем, которые могли бы конкурировать с продуктами Microsoft, Apple или Google; не более 10 процентов всех используемых в производимых в КНР компьютерах, планшетах и смартфонах чипов изготавливаются китайскими компаниями (еще 8 процентов — иностранными фирмами на территории КНР), а затраты на их покупку за границей являются самой большой статьей китайского импорта; китайские поисковые системы и социальные сети практически не используются за пределами Китая и его диаспор. Однако в области разработок оборудования для ретрансляции и приема сигналов сотовой связи китайские компании совершили впечатляющий прорыв. Huawei, компания, вызывающая наибольшие нарекания со стороны американских властей, на сегодняшний день располагает почти 20 процентами всех зарегистрированных в мире патентов в сфере организации сетей пятого поколения; ею построены 17 из 26 действующих коммерческих 5G-сетей, в том числе Deutsche Telekom в Германии, UK EE в Великобритании, Vodafone в Испании, LG U+ в Южной Корее, Sunrise в Швейцарии и т. д. (Британское правительство недавно весьма негативно отреагировало на настоятельные предложения США отказаться от продолжения сотрудничества национальных операторов сотовой связи с Huawei в строительстве сетей нового поколения.) Компания отгрузила потребителям в 15 странах 150 тысяч базовых станций 5G, а ее портфель оборудования неоднократно признавался лучшим по наиболее значимым для операторов параметрам: емкости блоков обработки базовых частот, портфолио радиоблоков, простоте установки и скорости эволюции технологических решений. Наконец, учитывая пикирование Москвы с Вашингтоном, ориентация на Huawei выглядела бы логичной как в контексте взаимной поддержки пострадавших от американских санкционных мер, так и с учетом того, что в производстве hardware именно Huawei является наиболее независимой от США китайской технологической корпорацией (она сегодня использует 68 процентов чипов собственного производства), хотя даже ее руководитель Жэнь Чжэнфэй признает, что из-за политики американских властей компания напоминает сегодня изрешеченный пулями советский истребитель, все еще держащийся в воздухе. Я бы отметил также, что многочисленные обвинения со стороны США относительно уязвимости пользователей девайсов от Huawei облегчают разработку эффективных методов противостояния попыткам несанкционированного использования информации — и тому же Ростеху нашлась бы достойная его ниша именно в сфере обеспечения безопасности использования китайского оборудования российскими потребителями, а не в навязывании им еще не существующих образцов техники и пока не разработанного программного продукта.

Мобильные сети пятого поколения на сегодняшний день выглядят самым многообещающим технологическим проектом 2020-х годов. Скорости передачи данных по сравнению с сетями LTE возрастают в среднем в 100 раз, что открывает новые возможности для трансляции видео высокого разрешения и развития систем представления виртуальной реальности. Задержка сигнала сокращается в 10–15 раз, что критически важно для развития пресловутого «интернета вещей». Наконец, технология позволяет компьютерам или смартфонам постоянно находиться в сети без использования Wi-Fi, что революционизирует покрытие сети и ее емкость. Учитывая то внимание, которое — в основном пока на словах — уделяется «цифровизации» российской экономики на государственном уровне, можно с уверенностью сказать, что без построения современных сетей пятого поколения ни одна из поставленных властями амбициозных задач в этой сфере решена не будет.

Строительство сетей пятого поколения в России в очередной раз указывает на главное противоречие российской экономики

Конечно, формирование серьезной зависимости в столь важной сфере от одного поставщика или от одного государства (а то, что китайские компании практически всегда могут оказаться «агентами влияния» собственного правительства, выглядит более чем очевидным) не должно считаться нормальным или приветствоваться. Однако я повторю, что, на мой взгляд, альтернативой строительству сетей 5G на базе китайских технологий сегодня является стагнация важнейшего для российской экономики сектора. Главная угроза, мне кажется, исходит не от возможных информационных утечек и от промышленного шпионажа, которым нас пугают из Кремля (с тем уровнем технологического отставания, с которым Россия вошла в XXI век, красть у нас особо нечего), а от формирования «смычки» между представителями военных и силовых структур, закрывающих гражданским пользователям доступ к частотам, на которых сети 5G развиваются в большинстве стран мира, и руководителями военно-промышленного комплекса, стремящимися получить доступ к бюджетным и корпоративным инвестициям в эту сферу, убеждая российские власти и отечественных сотовых операторов в том, что построенные по бюрократическим принципам «консорциумы» «почтовых ящиков» за несколько лет смогут преодолеть накапливавшееся десятилетиями отставание в большинстве сфер коммуникации и связи.

Строительство сетей пятого поколения в России в очередной раз указывает на главное противоречие российской экономики — противоречие между «отечественными производителями» и отечественными потребителями. Несмотря на то что первых в десятки раз меньше, чем вторых (я имею в виду прежде всего долю населения, так или иначе зависящую от успешности опекаемых властями компаний), они неизменно навязывают большинству россиян свою продукцию — от «антисанкционных» сыров до «безупречных» «Суперджетов». Общество платит за такой курс властей высокую цену — и можно только надеяться на то, что новый стандарт сотовой связи не падет очередной жертвой передового «импортозамещения».

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Попасть под влияние СМИ, потерять интерес к происходящему и не оказаться депортированной — о жизни за Великой китайской информационной стеной на условиях анонимности рассказывает студентка, которая третий год учится в Китае
Илья Мильштейн
В Магасе, где крепки родственные связи, стражам порядка не стоит нападать на людей, это противоречит местным обычаям. А в Москве, где начальство борется с подобными предрассудками, никто никому не родственник
Владислав Иноземцев
Пару месяцев назад известный колумнист Financial Times Гидеон Рахман выступил с утверждением, что в мире существуют два типа государств: с одной стороны, традиционные государства-нации (nation-states), с другой стороны, государства-цивилизации (civilisation states) — которые живут во многом разными жизнями и базируются на расходящихся системах ценностей. Эта публикация вызвала у Владислава Иноземцева серьезные сомнения — прежде всего тем, что Россию автор FT также причислил к государствам-цивилизациям, в то время как ничего цивилизационного в ее государственном устройстве нет