Все новости
Колонка
Забытый Беслан.

Зачем росгвардейцы приходили в школу

3 Сентября 2019 11:15
Хочется понять, что это было? Педагоги, устраивая спектакль с омоновцами, искренне не ведали, что творили, или прикидывались беспамятным дурачьем? Они полагали, что вампука, посвященная борьбе спецназа с бандитами, — зрелище вполне уместное, или даже не задумывались об этом?

День знаний в петербургской гимназии №540 Приморского района Санкт-Петербурга прошел нестандартно. В гости к учителям и школьникам, выстроившимся на линейку, а также к родителям учеников нагрянули бойцы ОМОНа. Желая порадовать собравшихся, явно хорошие люди в черной форме провели образцово-показательные задержания каких-то явно нехороших, приодетых в зеленое. Трудно сказать, кого они там винтили, силы добра, террористов, гангстеров или кого похуже, типа столичной школоты и студенчества, учиняющих свои массовые беспорядки. Ясно только, что местное начальство в этом районе города, школьное и чуть повыше, не видит ничего дурного в подобных развлечениях. И ежели педсовет решил, что детям и подросткам перед началом учебного года приятно и полезно будет поглядеть на тренирующихся силовиков, то что же тут поделаешь.

Неясно другое. 

Тема Беслана, самого страшного теракта в новейшей истории России, одновременно присутствует и отсутствует в коллективной памяти. Забыть о том, что произошло 1–3 сентября 2004 года, ровно 15 лет назад, невозможно. С другой стороны, вспоминать о случившемся в бесланской школе №1, о массовом убийстве детей и взрослых в ходе так называемого «случайного штурма» невыносимо. Кроме того, события, связанные с нападением на школу во время вот такой же торжественной линейки, как вчера в Питере, плохо вписываются в общую концепцию развития страны при нынешнем правителе. Ее бесконечных побед в борьбе с врагами внешними и внутренними, включая террористов. 

А Беслан — это символ кромешного горя и позора. С первых минут трагедии, когда официальные СМИ стали тиражировать бессмысленное и беспощадное вранье о количестве заложников. И до сего дня, когда мы давно уже знаем о том, как «освобождали» заложников — при помощи огнеметов и танков, как сгребали экскаватором вещи убитых и фрагменты тел, после обнаруженные на свалке, к каким выводам пришла комиссия Торшина и какие факты содержались в «особом мнении» профессора, доктора технических наук Юрия Савельева — единственного в этой комиссии эксперта в области физики горения и взрывов. И о вердикте ЕСПЧ по Беслану, в котором было указано, что российские власти не сумели ни предотвратить беду, ни озаботиться реальным спасением людей при штурме, ни провести нормальное расследование по делу о захвате школы.

Бывшая бесланская школа №1 после трагедии Фото: Сергей Узаков/ТАСС

Оттого так мучительна эта тема — и сама по себе, и в контексте, что называется, большой политики. Застывший ужас Беслана существует в нашем сознании как бы до пробуждения от сна. В свете дня ночной кошмар развеивается, тут нечего обсуждать, потому что ничего не изменишь и не поправишь. Боль вытесняется чувством тотальной безнадежности при постижении простой истины: решение штурмовать школу, свалив вину на захвативших ее отморозков, у которых якобы сработали взрывные устройства внутри здания, было решением политическим. Решением, которое диктовалось чекистской логикой российского президента, отвергавшего любые переговоры с террористами и любых посредников на этих переговорах. Чтобы потом, пользуясь ситуацией и укрепляя личную власть, отменять губернаторские выборы. Весь этот ад как-то уживается в общественном восприятии с оправданием такой методики контртеррористических действий и восхвалением эпохи счастливых нулевых и ее несомненного творца. Или оборачивается приступами амнезии в отношении указанного творца.

Причем сей морок овладевает порой людьми, которых никак не заподозришь в сочувствии режиму либо стремлении его обелить и предать забвению самые громкие его дела. Тем не менее из опубликованного на днях опроса «Левада-центра» мы узнаем, что респондентов спрашивали о том, кто, по их мнению, виновен в гибели заложников в Беслане, предлагая на выбор террористов, ошибочные действия спецслужб и т. д. И тут не так уж важно, что ответили россияне любопытствующим иностранным агентам, гораздо больше заинтриговывает картина, нарисованная социологами. Получается, «Альфа» и иные спецподразделения работали в городе по собственной инициативе, а не исполняли волю Кремля. Получается, они допускали «ошибки», а не были внезапно вовлечены в бойню, когда 3 сентября в 13.03 по местному времени с крыши соседнего со школьным спортзалом дома прогремел выстрел из огнемета. Проблема заключалась в том, что на Кавказе нельзя было действовать, как в Москве на Дубровке, где заложники погибали в ходе и после «блестящего штурма». Поэтому в Беслане все вышло как бы случайно, и эта официальная версия, которой в Северной Осетии никто не верит, увы, нашла подтверждение в опросе «Левада-центра». Впрочем, респонденты тоже не подкачали: более половины из них всю вину без остатка возложили на террористов. 

На этом фоне диковатая история, приключившаяся в питерской гимназии, выглядит мелким дополняющим эпизодом к трагедии Беслана. Правда, все же хочется понять, что это было. Педагоги, устраивая спектакль с росгвардейцами, начисто забыли о событиях пятнадцатилетней давности или таким образом проявляли свое полнейшее равнодушие к случившемуся в бесланской школе? Они искренне не ведали что творили или прикидывались беспамятным дурачьем? Они полагали, что вампука, посвященная борьбе спецназа с бандитами, — зрелище вполне уместное в День знаний, или даже не задумывались о том? Постичь это невозможно, да и сами устроители правоохранительного перфоманса едва ли смогут внятно ответить на наши нелепые вопросы.

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Илья Мильштейн
В Магасе, где крепки родственные связи, стражам порядка не стоит нападать на людей, это противоречит местным обычаям. А в Москве, где начальство борется с подобными предрассудками, никто никому не родственник
Эта книга, с одной стороны, большая журналистская работа, с другой — грандиозная в своей безжалостности и точности литература. Мы публикуем отрывок из книги, в котором Ольга встречается с комитетом «Матерей Беслана» спустя много лет после трагедии
Иван Давыдов
Карельские чиновники и Военно-историческое общество не оставляют захоронения в Сандармохе, заботясь об «имидже страны». Только заботиться о ее имидже надо бы совсем по-другому