Все новости

Колонка

Прощание с политическим летом. Как мы жили от освобождения Голунова до массовых обысков

13 Сентября 2019 13:00

Финальным аккордом политического сезона стали беспрецедентные обыски в штабах Алексея Навального. Власть пытается продемонстрировать, насколько опасно с нею бороться. И все же давайте не будем забывать, что проводить такую демонстрацию она вынуждена после маленьких, но безусловных побед общества, одержанных этим летом, таких как освобождение невиновного человека из уже схвативших его лап системы. И это внушает надежду

Политические сезоны не всегда совпадают с календарными. Политическое лето кончилось в четверг — грандиозной по масштабам полицейской спецоперацией против штабов Навального и сотрудников штабов по всей стране. Обыски в десятках городов с нарушением всех мыслимых норм, заблокированные счета перепуганных родственников-пенсионеров, очередная победа государства над обществом.

Да и вообще. Горячее вышло лето. Не знаю, как все будет дальше, — или догадываюсь, но не очень-то хочу об этом говорить, — но память об оккупированной Москве с перекрытым центром, толпами полицейских в масках и шлемах, нападениями на мирных людей, с избиениями, с задержаниями, арестами, «московским делом» теперь уже никуда не денется. Непросто будет это все забыть.

Но все-таки хочется вспомнить, с чего политическое лето началось. Оно ведь опоздало слегка. Политическое лето началось в день рождения Пушкина, 6 июня, когда в Москве был задержан журналист-расследователь Иван Голунов. Ему подбросили наркотики, его били, к нему не допускали адвоката. Информация о задержании появилась только на следующий день.

И ничего не было понятно. Непонятно было, кто из персонажей его текстов — сухих, может быть, даже чуть скучноватых текстов, вскрывающих сложные схемы банального воровства, — решил с ним посчитаться. Или — и такого нельзя было исключать — это просто полицейские не из крупных решили повысить показатели раскрываемости и получить премию, подбросив прохожему в очках пакет с белым порошком. Обычное ведь дело.

Фото: Алексей Сапроненков

В стане пропагандистов царил праздник. Те, которые поглупее, попроще и поменьше калибром, рассуждали о «либерале-наркоторговце» (хотя Иван вообще не про политику; или как посмотреть — коррупция ведь и есть главный стержень российской государственной политики). Те, кто поумнее и потяжеловеснее, аккуратно намекали на рассказы «знакомого опера», который точно знает, что у Голунова дома — целая нарколаборатория. А пресс-служба МВД поторопилась опубликовать фотографии этой самой лаборатории, хотя тут же выяснилось, что сделаны они совершенно в другом месте.

Но кого интересуют такие мелочи?

Ничего не было понятно, но все казалось ясным: система заглотила очередную жертву — неважно даже, случайную или нет, — и сейчас пережует. Ничего нельзя сделать, ничем нельзя помочь, они — сила, а нас почти что и нет. У них — полицейские, которым можно бить людей просто так, следователи, способные найти нарколабораторию даже в вакууме, телевизор с его бесконечным воем, нанятые блогеры на подпевках. У нас — а что у нас? Возможность опубликовать возмущенный текст в социальной сети, которая по явному недосмотру Роскомнадзора до сих пор почему-то не запрещена, и только.

Освобожденный из-под домашнего ареста Иван Голунов возле здания ГСУ Главного управления МВД РФ Фото: Андрей Никеричев/Агентство городских новостей «Москва»

Но — я не знаю даже почему — все эти понятные, привычные, кажущиеся неотразимыми мысли во многих обычных людях породили не отчаяние, а хорошую такую, спортивную, что ли, злость. Ах, ничего нельзя сделать? А мы попробуем. Ах, нас почти что и нет? Ну, посмотрим.

Я своими глазами видел на Петровке очередь из людей, желающих постоять в одиночном пикете, чтобы поддержать невиновного человека, которого система пытается пережевать. Отнюдь не только коллег — самых разных людей. Самых обычных людей. Никогда прежде не видел ничего подобного.

Хотя о масштабах журналистской солидарности стоит, наверное, сказать особо. Независимые издания можно пересчитать по пальцам, разговоры о смерти профессии идут не первый год, однако хватило же смелости и сил напомнить стране и себе (последнее, возможно, даже важнее), что медиа — очень серьезный социальный институт.

Но это все получилось историей совсем не только про корпоративную солидарность, конечно. Куда как пошире получилась история. И система разжала зубы. И невиновный человек вышел на свободу. Разные важные люди тут же записали победу себе в актив, но вытащили Ивана те, кто стоял в одиночных пикетах. Те, кто загнал власть в безвыходную ситуацию, решившись в День России выйти на несанкционированный марш в поддержку Голунова. Его выпустили накануне марша, но люди все равно вышли.

И вышедшие радовались тому, что невиновный свободен, а полицейские ловили и били этих счастливых людей. Такой вот получился День России. Такое начало политического лета.

Фото: Алексей Сапроненков

Много всего случилось потом, удивительно даже, как столько событий смогло упаковаться в скучный по традиции и пустоватый летний политический сезон. А теперь вот осень. Во всех смыслах осень, и нет, кажется, поводов для оптимизма. Длится «московское дело», уже зачитаны первые приговоры невиновным, тянется скандал с выборами в Питере — славный подарочек Элле Памфиловой ко дню рождения, полицейские в десятках городов с энтузиазмом, который пригодился бы при охоте на настоящих преступников, громят штабы Навального и вламываются в квартиры пожилых родителей, которые не всегда знают, чем занимаются их дети.

И из всех возможностей противостоять творящемуся нам, кажется, оставили только право раз в год проголосовать на любых выборах не за своего, — у нас там нет своих — а хоть за какого-нибудь кандидата. Лишь бы не за их кандидата. То есть, в общем, не оставили никаких прав. И будущее видится вовсе не в радужном свете. Нас пугают, и надо признать — довольно эффективно пугают, бьют по больному, заставляют нервничать. Пословица зарекаться не велит, но в тюрьму никому ведь не хочется. А в тюрьму теперь можно попасть, просто выйдя из метро, как Константин Котов. И родителей подставлять не хочется, а в нашем новом Советском Союзе наоборот, кажется, появляется новая категория граждан — родители врагов народа. Не хочется, чтобы рылись в твоих вещах полицейские, не хочется получить дубинкой по голове или кулаком в печень.

И опять тяжело укрыться от надвигающегося отчаяния. Ну, тем важнее вспомнить, что совсем еще недавно удалось из челюстей системы вырвать невиновного человека. Тем более что невиновных в пасти у системы хватает, а челюсти движутся.

 

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

На неделе российское правосудие решило судьбы нескольких задержанных на летних акциях оппозиции. Это повод вспомнить совсем недавнюю историю нашей страны
Существуют моменты, когда любые темы и сюжеты отступают на второй план. В Москве арестован журналист-расследователь Иван Голунов. Один из тех, кто делает честь профессии русского журналиста

Новости партнеров

Единый день голосования и его итоги еще будут предметом более или менее сложного анализа и поводом для прогнозов на будущее. Однако эмоции, которые породили выборы после избиений, арестов, суровых приговоров и неожиданных освобождений, могут быть пойманы при помощи других инструментов. Отчасти такую задачу выполняет и поэзия. «Сноб» публикует новую подборку стихотворений. Они были опубликованы в соцсетях незадолго до выборов 8 сентября и отражают переживания последних дней. Авторская орфография и пунктуация сохранены