Все новости

Колонка

Я/Мы академики. Почему люди объединяются, выступая против беззаконий

19 Ноября 2019 11:13

Сперва пришли за журналистом. Потом посадили актера. После задержали члена-корреспондента РАН. Все эти случаи обернулись мощными протестными акциями, потому что терпеть нет уже никаких сил

Цеховая солидарность в России — явление на современном этапе новое и загадочное. Привычные свинцовые мерзости вроде не в счет. Должно случиться как бы нечто экстраординарное. Однако ничего нового не происходит.

Взять, к примеру, журналистику. Цензура, блокировка сайтов, локальные увольнения, тотальный разгон редакций — все это не производит особого впечатления на самый разделенный в мире народ, тружеников отечественной прессы. Но вот журналист идет по городу, на него накидываются полицейские, подбрасывают ему наркотики, избивают, сажают в клетку — и цех взрывается гневом, и на первых полосах знаменитых наших газет публикуется один и тот же слоган, и даже отдельные начальники федеральных телеканалов осторожно вписываются за Ивана Голунова. Жертва беззакония, он на несколько дней становится символом массового сопротивления и протеста в столкновении четвертой власти с обнаглевшими от вседозволенности силовиками. Хотя, казалось бы, что такого особенного с ним произошло: ну подкинули дурь, ну избили, ну посадили. Сплошь и рядом такое творится с россиянами, и журналисты не исключение. 

Основной формой протеста против существующих порядков в научных кругах остается отъезд

Актерский цех в сравнении с нашим считается еще более политически инертным, что легко объяснить малой вовлеченностью артистов в дела общественные и зависимостью кино- и театральных режиссеров от государственных дотаций. Тем не менее суд над Кириллом Серебренниковым породил протестные настроения и в этой среде, а дело Павла Устинова довело их до точки кипения. Быть может, своей обличительной наглядностью в раскадровках и во всей этой документальной ленте, с предельной убедительностью раскрывающей тему полицейского произвола. Вот стоит человек у метро, смотрит в телефон, никого не трогает, а вот на него, вывихивая себе плечи, внезапно налетают бойцы Росгвардии, и судья Криворучко отправляет его в колонию на долгий срок, и у здания администрации Кремля ежедневно выстраиваются в очередь десятки и десятки актеров, знаменитых, известных и начинающих, поднимая плакаты в защиту Устинова и других политзаключенных. Хотя опять-таки мало ли кого там избили после выборов в Мосгордуму и кому из невиновных припаяли срока. А Павел — он ведь даже и актер бывший, и политикой совсем не интересовался.

Деятели науки, как правило, толпами на улицу не выходят. Можно даже сказать, что до недавних пор о цеховой солидарности в этих сферах речи не заходило. По-видимому, академический характер занятий, которым предаются российские исследователи, и загнанные в подкорку страхи, память о шарашках сталинских времен, мало способствуют желанию всерьез конфликтовать с начальством. Правда, так называемая «реформа РАН», то есть передел собственности бывшей АН СССР, который принято связывать с кознями братьев Ковальчуков, друзей президента Путина, вызвала несогласие у многих ученых, что нашло отражение в открытых письмах, конференциях и митингах. Однако большинство коллег несогласных не поддержало, другие выступили за «конструктивный диалог с властью» — и Академии в прежнем виде не стало. И если уж они не могут вступиться за себя, то что говорить о людях, которых преследуют «органы». Дело 75-летнего ведущего сотрудника ЦНИИМАШ Виктора Кудрявцева, вместе с сослуживцами обвиненного в госизмене по надуманным основаниям и лишь недавно отпущенного под подписку о невыезде, тому ясное подтверждение. От таких дел и таких обвиняемых деятели науки в массе своей шарахаются как от зачумленных. Потому основной формой протеста против существующих порядков в научных кругах остается отъезд. Эмигрируют убеленные сединами профессора и молодые специалисты, и практически никто не возвращается.

Участники общего собрания Российской академии наук. 14 ноября 2019 г. Фото: Кирилл Каллиников/РИА Новости

Тем не менее сегодня мы наблюдаем явление неожиданное — заметный рост недовольства среди ученых. Объектом их раздражения становятся те самые силовики, которые понуждали к акциям гражданского неповиновения и журналистов, и артистов. Довели, похоже, и науку.

Началось с того, что в феврале нынешнего года в недрах Министерства образования РФ самозародился «приказ», регламентирующий новые правила общения российских ученых с иностранными. В июле эта секретная бумага стала достоянием публики, и открылось, что отныне в целях борьбы со шпионажем нашим научным работникам не следует оставаться наедине с иностранцами, их визиты на любые предприятия и в институты надо заранее согласовывать с руководством, а если разрешение будет получено, то у дорогих гостей при входе необходимо отбирать мобильные телефоны, бинокли и видеокамеры. И уже тогда это возмутило российских граждан, и под письмом с требованием отменить диковатое распоряжение поставили свои подписи около 700 человек — академиков, докторов наук, профессоров, доцентов, аспирантов, студентов. Скандал тогда громыхнул настолько громкий, что оправдываться пришлось лично Дмитрию Пескову, усмотревшему в приказе некоторый «перебор». Впрочем, мнением президентского пресс-секретаря чиновники пренебрегли: предписание до сего дня сохраняет силу.

А потом, уже в конце октября, произошло событие, прямо потрясшее научное сообщество. Сотрудники ФСБ, нагрянув к директору Физического института имени Лебедева РАН Николаю Колачевскому в масках и с автоматами, произвели обыски в институте и у него дома. После обысков директора отвезли на допрос, продержали в конторе до следующего дня и отпустили под подписку. Как вскоре выяснилось, чекисты искали контрабандистов, заподозрив арендующую помещение в институте фирму «Триоптикс» и ее владелицу Ольгу Канорскую в незаконной торговле стеклами якобы «двойного назначения» для метеостанций, а самого Колачевского — в пособничестве контрабандистам. В результате Ольга вместе с отцом, руководителем лаборатории оптических систем ФИАН Сергеем Канорским, немедленно уехали на ПМЖ в Израиль, а не уехавшие пока академики провели общее собрание РАН, в ходе которого 1) призвали Минобрнауки отменить свой «недопустимый» приказ; 2) осудили обыски в Физическом институте и задержание Николая Колачевского. Причем их обращение активно поддержал президент РАН Александр Сергеев, не так уж часто позволяющий себе роскошь фрондерства.

Пресловутые силовики, исполняющие приказы высшего начальства, достали уже буквально все общественные слои, и даже неважно в конце концов, что заставляет их в разных случаях действовать одинаково по-дурацки

А это значит, что почему-то не выдерживают уже и академики, при всей их лояльности, умудренности и отрешенности от суетных дел мирских. Это значит, что в дружную семью протестующих артистов-журналистов постепенно вливаются и ученые. Это значит, что пресловутые силовики, исполняющие приказы высшего начальства, достали уже буквально все общественные слои, и даже неважно в конце концов, что заставляет их в разных случаях действовать одинаково по-дурацки: стремление выслужиться, страх перед Майданом, скорые выборы в Российскую академию наук... Важно, что цеховая солидарность, явление у нас необычное, обнаруживается все чаще и чаще, охватывая самых разных представителей творческой интеллигенции.

Да, но все-таки почему? Терпели-терпели и вдруг не выдержали, хотя журналистов у нас не только сажают, но и убивают, в театрах всякие патриотически настроенные погромщики срывают спектакли, ученых отправляют в узилище. Закономерность проследить нелегко, но догадка имеется. Вероятно, просто что-то копится в российском социуме, в этих залежах приглушенного гнева и задавленного отчаянья, и какая-нибудь очередная мерзость становится последней каплей. Случай с журналистом, случай с актером, случай с физиком. Смертельно надоедает полицейский режим и чекистская бюрократия с ее безумной шпиономанией, и доходит уже до горла. Поэтому люди объединяются, преодолевая страх, чтобы противостоять тупоумному произволу, и капля камень точит.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
2 комментария
Сергей Мурашов

Сергей Мурашов

Поэтому люди объединяются, преодолевая страх, чтобы противостоять тупоумному произволу, и капля камень точит.

Предположу, что от этого объединения будет толк только тогда, когда люди, объединившись, смогут превратить выборы в рабочий механизм смены власти. Иначе этот рост напряжения в обществе так и будет чередоваться с его снижением в результате каких-то экстремальных мер, не приводя ни к каким существенным переменам, на протяжении следующих десяти - двадцати лет... Так как никакое силовое решение проблемы "снизу" невозможно... Да его никто, почти что, и не хочет.

Илья Мильштейн

Илья Мильштейн

Да, я тоже думаю, что капля еще очень долго будет камень точить. 

Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

В Басманном суде разбирают жалобу Ивана Голунова на бездействие Следственного комитета. Ни строчки из документов, связанных с задержанием репортера «Медузы», читать ему не разрешено. Потерпевший намерен лично заняться расследованием совершенного против него преступления
Называние вещей своими именами сейчас уже начинает приводить к реальным и важным изменениям — например, к освобождению людей в зале суда. Возможно, власть загнала себя и общество в тот угол, где любая правда становится орудием перемен
Сегодня как религия, так и наука стремительно маргинализируются, уходя на периферию общественной жизни. И их место все уверенней занимает новая сила