Начать блог на снобе
Все новости

Колонка

Наш старый президент.

Что мы узнали из большой пресс-конференции 2019 года о Владимире Путине

20 Декабря 2019 17:47

Общаясь с журналистами, президент не проявил заметных слабостей и не допустил каких-то неприятных промахов. Скорее, лишь показал, как стареет национальный лидер

При тонких различиях жанра прямой линии и большой пресс-конференции президента, все же они, кажется, выполняют одну функцию: два раза в год глава государства появляется перед большой аудиторией и отвечает на ее вопросы. Даже учитывая роль модераторов в исключении нежелательных экспромтов (особенно в случае прямой линии), это не отменяет того, что мероприятия эти не полностью срежиссированные. В каком-то смысле они напоминают теперь принятые в некоторых традиционных обществах церемонии, когда правитель с некоторой периодичностью должен публично демонстрировать свою силу и ловкость, вступать в поединок с дикими зверями или уворачиваться от бросаемых в него копий.

Возможно, когда-то эти форматы были задуманы для демонстрации контраста молодого и энергичного президента Путина с одряхлевшим к концу правления и, кажется, не всегда владевшим ситуацией на публике Борисом Ельциным. Так или иначе, решение проводить эти публичные мероприятия принималось почти 20 лет назад, во времена, кажущиеся другой геологической эпохой, и в каком-то смысле другим Путиным, когда немаловажной его характеристикой была относительная молодость. С тех пор президент утратил одни и приобрел другие характеристики — и его ежегодное общение с тысячной аудиторией дает возможность увидеть эти перемены.

Нынешняя пресс-конференция показала, что российский президент по-прежнему находится в хорошей форме, способен выдерживать многочасовую сессию ответов на вопросы и достаточно живо реагировать, в том числе и на странные реплики из зала. Тем не менее мы видим крепкого, но очевидно стареющего человека и правителя.

Возможно, это лишь случайные проговорки, однако из них видно, что «Советским Союзом» для Путина является та позднесоветская реальность, которую он застал во времена своей молодости

Это старение проявляется при этом не во внешнем облике и манере себя вести (где президент по-прежнему демонстрирует бодрость), а именно в том, как и что он говорит и как его слова воспринимаются слушающими. Наверное, некоторые из его реплик, произносимые обывателем, могли бы считаться всего лишь досадной оплошностью или оговоркой, однако в устах главы государства, излагающего перед журналистами, зрителями и слушателями свои взгляды, они вызывают вопросы, особенно если выстраиваются в систему. 

Президент, рассказывая об успехах, достигнутых за годы его нахождения у власти, замечает, что «Советский Союз был всегда покупателем зерновых», просто забывая о тех десятилетиях, когда СССР отправлял в Европу колоссальные объемы зерна, в том числе ценою массового голода в своих хлебных областях. Он говорит о том, что коммунисты «связали будущее страны со своей собственной партией, и потом в Конституции кочевало это из Основного закона в другой», хотя знаменитая запись о «руководящей и направляющей силе советского общества» появилась лишь в последней советской Конституции образца 1977 года. 

Возможно, это лишь случайные проговорки в ходе относительно свободного общения, однако из них видно, что «Советским Союзом» для Путина является та позднесоветская реальность, которую он застал во времена своей молодости. Хотя Владимир Путин почти наверняка знает, что СССР закупал пшеницу не на всем протяжении своей истории, реалии, запомнившиеся с молодости, побуждают сказать «всегда». Что касается статей Конституции, то, несмотря на юридическое образование Путина, а также на то, что его учеба на юридическом факультете и ознакомление с советским правом происходили с 1970-го до 1975 года, когда продолжала действовать «сталинская» Конституция без записи о роли КПСС, здесь, вероятно, также детали стерлись из памяти, а реалии последних десятилетий существования СССР стали казаться неизменными и вечными.

Такое нередко происходит с обыденной памятью — президент просто продемонстрировал, что в этом он мало чем отличается от обычного пожилого человека. Разница, однако, заключается в том, что от его мнений и взглядов зависит гораздо больше, чем от рассуждений пенсионера на дачной террасе.

Фото: Андрей Никеричев/Агентство городских новостей «Москва»

Новые реалии, если они не связаны напрямую с вопросами безопасности (укрепление безопасности — это, впрочем, тоже способ защитить знакомый, привычный и контролируемый порядок вещей вокруг), кажется, видятся ему досадным обстоятельством, с которым ему необходимо как-то примириться. Так, по крайней мере, выглядит ответ на вопрос о позиции России в борьбе с глобальным потеплением. Путин вполне непосредственно говорит о том, что Парижское климатическое соглашение призывает не допустить изменения глобальной температуры «на полтора процента», хотя речь идет об удержании роста средней температуры в пределах полутора градусов Цельсия (то есть о совершенно иных порядках и шкале измерения). Очевидно, он не вполне ориентируется в деталях климатических переговоров и не очень готов признать решающий вклад человека в происходящие изменения (рассуждая, в частности, о неведомых «глобальных процессах во Вселенной») — все это, если судить по прозвучавшему ответу, видится ему пока, скорее, выдумками ученых или игрой группы интересов, меняющих его привычные представления об устройстве мира и роли в нем человека. Впрочем, ему хватает рациональности признать, что изменения климата происходят — и они также нарушают знакомое и привычное устройство окружающего, например, приводят к таянию мерзлоты и появлению угрозы разрушения инфраструктуры в Заполярье. Так что нынешний естественный консерватизм президента с ограничениями, но может работать на актуальную повестку.

Именно привилегия говорить что угодно, не рискуя встретить открытое возражение и тем более насмешки, в традиционных обществах обычно и развязывает язык старикам

Впрочем, «старым» президента делают не только сами реплики, но и реакция на них. В конце концов, все мы в данном случае поставлены в положение вежливо выслушивающих его рассказы. Всякая критическая оценка, включающая, разумеется, и эти строки, мало отличается от шептания по углам. Собственно, именно привилегия говорить что угодно, не рискуя встретить открытое возражение и тем более насмешки, в традиционных обществах обычно и развязывает язык старикам. Это приводит к появлению жанра удивительных рассказов из собственной жизни. Примерно таким, в частности, поделился президент, рассказывая о том, как во время своей работы в органах застал «старичка», которого боялись на службе многие «ветераны»: «Он работал в 1936–1937-х годах. Что он делал? Тогда как раз были “чистки” в правоохранительных органах, в том числе в органах безопасности. Утром человек приходил на работу, ничего не подозревая, ничего не зная, против него возбуждали уголовное дело, а вечером уже выдавали тело расстрелянного семье. И вот этот старичок, от которого все разбегались, он приводил в исполнение эти приговоры».

Невероятность рассказа о казнях, приводимых в исполнение за сутки после заведения уголовного дела (а не утверждения приговора), тем более о выдаче тела семье напоминает жанр местных легенд. Еще более непредставимым кажется возможность, чтобы во второй половине 70-х, когда Владимир Путин начал работу в КГБ, на действующей службе оставался палач времен Большого террора. Впрочем, даже если это легенда, которой Путин простодушно делится с публикой, возможно, циркулирование таких рассказов влияло на оценку нынешним российским президентом сталинских репрессий как безусловного зла.

Уверенность в том, что ты разбираешься в новой для себя дисциплине лучше многих специалистов, — тоже один из признаков подготовки к новой возрастной роли

Так, впрочем, он готов относиться далеко не ко всему сталинскому наследию, что следует из ответа на вопрос о роли СССР в начале Второй мировой войны: пускаясь в рассуждения на эту тему, Путин поделился микросенсацией о подготовке собственной статьи на тему обстоятельств начала конфликта в Европе в 1939 году. Как следует из его слов, сейчас он попросил «коллег» подобрать ему «материалы из архива», и из этих материалов «все становится абсолютно ясно, все просто разложено по годам, по месяцам». Что именно стало абсолютно ясно президенту, можно понять из дальнейшего рассуждения о том, что «Польша поучаствовала в разделе Чехословакии» (что, с точки зрения президента, ничем не отличается от раздела территории Восточной Европы по секретным протоколам к Договору о ненападении между СССР и Германией), повторения советских мантр о «подталкивании» Германии к агрессии против СССР, а также использования относительно нового аргумента о том, что Договор о ненападении между Германией и СССР был последним в ряду других похожих договоров, заключенных нацистами с европейскими странами (тут приходится стыдливо обходить обстоятельство, что именно к договору с СССР прилагались секретные протоколы о разделе стран и народов, а также именно после заключения договора с СССР по странному совпадению началась Вторая мировая война). Странные рассуждения президента по поводу Бреста («Войска фашистской Германии заняли Брест-Литовск и потом просто освободили, а туда зашла Красная армия. Вы понимаете это или нет, хочу задать вопрос всем, кто принимает такие резолюции в Европарламенте») напоминают откровения неофита, который только недавно (возможно, благодаря подобранным для него документам) узнал что-то, до этой поры ему незнакомое, и теперь придает этому особую ценность, считая коронным доводом в любом споре.

Вероятно, не стоит выносить оценки будущей статье президента, не прочитав ее, однако некоторые из прозвучавших на пресс-конференции формулировок заставляют сомневаться, что президент действительно хочет поделиться взвешенным представлением о тех событиях. Впрочем, появление странных увлечений, а иногда и уверенность в том, что ты разбираешься в новой для себя дисциплине лучше многих специалистов, — тоже один из признаков подготовки к новой возрастной роли. В этом смысле некоторые намеки на преемника, который не будет править более двух сроков, были сделаны тоже неслучайно.

Не будем спекулировать, уйдет ли президент на покой. Мы просто можем наблюдать, как это стремление к покою, непринужденным рассказам о небывалых случаях на службе и писанию статей об истории родины само проявляется в речах и жестах главы государства.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Президент всполошил политизированную общественность, предложив вычеркнуть из Конституции механизм, который ему самому дал возможность баллотироваться после перерыва на третий и четвертый сроки полномочий. Но что Владимир Путин имел при этом в виду — на самом деле еще вопрос
Возможно, президент искренне и бескорыстно симпатизировал ушедшей от нас правозащитнице. И это неутешительный диагноз для нашей власти
Интервью британского историка Роджера Мурхауса об истории Договора о ненападении между Германией и СССР, опубликованное «Снобом», позволяет понять многие детали событий 80-летней давности. Но некоторые важные аспекты беседы могут вызвать у российского читателя чувство протеста. И дело здесь не столько в фактах, сколько в выбранном тоне рассуждений и категоричности выводов