Все новости

Редакционный материал

Кирилл Семенов: Хафтар подтвердил в Москве свою неадекватность

Многочасовые переговоры в Москве между лидерами двух враждующих лагерей в Ливии — премьер-министром Правительства национального согласия (ПНС) Ливии Фаизом Сараджем и командующим Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифой Хафтаром — не принесли ожидаемого результата. Хафтар отказался ставить подпись под договоренностью о прекращении огня и покинул Москву. «Сноб» поговорил с начальником Центра исламского развития Института инновационных исследований Кириллом Семеновым о том, что означает провал переговоров и как теперь следует действовать Москве

15 января 2020 11:49

Министр обороны Российской Федерации Сергей Шойгу и командующий Ливийской национальной армии (ЛНА) Халиф Хафтар во время переговоров о прекращении огня в Ливии, Москва, 13 января 2020 года Фото: МИД России


Ɔ. Как вам кажется, следует ли ждать от переговоров Хафтара и Сараджа в Москве конкретного результата? Или враждующие стороны вновь разойдутся, чтобы продолжить противостояние?

Сложно представить, чтобы и Сарадж, и Хафтар согласились приехать в российскую столицу, если не были бы готовы к определенным компромиссам и заключению договоренности о прекращении огня. Очевидно, что они должны были приехать для того, чтобы договориться. То, что Хафтар в итоге не стал подписывать соглашение и покинул Москву, говорит лишь о его политической неадекватности и крайней ненадежности. В этом смысле главный положительный итог провала переговоров может заключаться в том, что Россия сделает выводы и откажется от серьезных ставок на Хафтара.


Ɔ. Что сделало возможными эти переговоры между двумя враждующими лагерями в Ливии? Это следствие внутренних факторов ливийского конфликта или главное здесь — давление внешних сил?

Безусловно, московские переговоры — результат усилий России и Турции, которые оказывали воздействие, соответственно, на Хафтара и Сараджа. Хафтар последнее время стал сильно зависеть от поддержки России, а Сарадж — от благосклонности Турции. По поведению Хафтара, который, как мы видели в предыдущие недели, проявлял колебания и отказывался заключать договоренности с Сараджем, можно предположить, что другие внешние игроки, участвующие в сирийском конфликте, пытались отговорить его от принятия российско-турецкого формата сделки, однако у Москвы, видимо, нашлись такие рычаги воздействия на Хафтара, которые вынудили его согласиться обсуждать план Москвы и Анкары. Вероятно, без поддержки России Хафтар уже не мог надеяться на военное решение своего конфликта с Сараджем — все его успехи последнего времени стали возможными благодаря помощи, оказанной ему различными российскими структурами, — а потому смирился с необходимостью компромисса. 

В свою очередь Турция может свести на нет военные успехи Хафтара, если усилит военную поддержку Сараджа (напомним, что Сарадж — глава признанного правительства Ливии, которое недавно официально обратилось к Анкаре за военной помощью). Это создало поле компромисса между Москвой и Анкарой: по сути, Россия, несмотря на поддержку Хафтара, не заинтересована давать ему «ключи» от Триполи. Турция же не готова слишком сильно вовлекаться в поддержку Сараджа, чтобы добиваться его решительной победы. Путин и Эрдоган при этом хотели продемонстрировать, что имеют влияние на ливийских игроков и могут привести их за стол переговоров. 


Ɔ. Почему же России невыгодна решительная победа поддерживаемого ею Хафтара?


Вход Хафтара в Триполи выдвигает на передний план других игроков. В случае своей полной победы Хафтар оказывался бы в большей зависимости от тех, кто вложил в него больше денег. А это не Россия, а ОАЭ и Саудовская Аравия. Повысится и роль Египта, это ближайший сосед Ливии, который также поддерживал ЛНА. Когда же ситуация неопределенная, Хафтар должен гораздо больше прислушиваться к Москве. Представители ОАЭ уже говорили, что после победы Хафтара они превратят Триполи в средиземноморский Дубай. Понятно, что Россия таким спонсором выступить не сможет.


Ɔ. Насколько можно понять, Турция тоже не хочет полной победы патронируемого ею Сараджа, поскольку в этом случае глава признанного миром правительства Ливии предпочтет говорить с лидерами Европы, а не с Эрдоганом.


Это гипотетические предположения. Важно, скорее, то, что Турция не обладает ресурсами, чтобы обеспечить окончательную победу Саража и возвращение всей Ливии под контроль ПНС. Она достаточно осторожна в своей поддержке Сараджа. Жители Турции без большого энтузиазма относятся к вовлечению страны в ливийский конфликт — в отличие, скажем, от операции турецких войск в Сирии, которые в целом пользуются общественной поддержкой. Тем не менее после неудачи переговоров Турция вынуждена будет наращивать различную помощь войскам ПНС.


Ɔ. Можно вспомнить комментарий, который вы дали «Снобу» в апреле, когда наступление Хафтара на Триполи только разворачивалось, где вы говорили, что Хафтара не следует считать марионеткой Москвы и что он балансирует и ищет поддержку у разных сил, включая Саудовскую Аравию, Объединенные Арабские Эмираты и Египет. Что сделало его настолько зависимым от России на данный момент?


Полагаю, что все остальные силы уже успели дать Хафтару все, что они были в силах предоставить, однако это так и не позволило ему добиться окончательного успеха под Триполи. Это и беспилотники, предоставленные ОАЭ, и полученная из Египта и Иордании бронетехника, и оплаченные Саудовской Аравией и ОАЭ наемники из Судана, Чада и других африканских стран, и предполагаемое участие в боевых операциях египетского спецназа. Не стоит забывать и о тех средствах, которые Хафтар получает для выплаты зарплаты своим боевикам. ЛНА представляет собой более-менее единую силу не потому, что ее бойцы преданы Хафтару, а просто потому, что им регулярно выплачивается приличное жалованье. Россия внесла свой, на самом деле, не столь уж большой вклад в поддержку Хафтара, когда возможности какой-то существенной дополнительной помощи у других его патронов были исчерпаны. Это принесло результат, дела у лидера ЛНА пошли чуть лучше, однако и здесь успех оказывался очень ненадежным, а прекращение поддержки со стороны России давало возможности Сараджу начать контрнаступление. Что и делает возможным компромисс.

Премьер-министр Правительства национального согласия (ПНС) Ливии Фаиз Сарадж Фото: Zuma/TASS


Ɔ. В чем заключается помощь России и почему ее значение оказалось так велико? Неужели предполагаемое участие «вагнеровцев» в боевых действиях у Триполи могло сильно повлиять на обстановку, складывавшуюся у ливийской столицы?


Я бы не придавал такое значение «вагнеровцам», тем более слухи об их участии в боях мало подтверждены. При нескольких тысячах суданцев, которые воюют сейчас за Хафтара, появление небольшого числа российских наемников вряд ли бы как-то повлияло на ситуацию. Однако специалисты из России в последние месяцы, судя по всему, принимали участие в подготовке боевиков ЛНА, планировании и координации боевых  операций сил Хафтара — и это действительно повлияло на их эффективность. Представители Хафтара не скрывают, что ремонт техники для ЛНА осуществляют бригады из России. Бойцы российских структур, возможно, занимаются охраной стратегических объектов, например нефтяных месторождений. Это также позволяет ЛНА высвободить дополнительные силы для наступления на Триполи. Кроме того, «серые» российские перевозчики, используя базу в сирийской Латакии, занимались и занимаются переброской Хафтару различных военных грузов. Стоит сказать, что прежде доставкой грузов для ЛНА занимались также украинские авиаперевозчики, однако после того, как в июле прошлого года силы Сараджа уничтожили в Ливии два украинских Ил-76, всю работу по воздушному обеспечению поставок для Хафтара, по некоторым данным, взяла на себя Россия. Впрочем, разумеется, делается это неофициально и не через государственные структуры.


Ɔ. На что же в таком случае рассчитывал Хафтар, уезжая из Москвы без подписания договора и рискуя лишиться российской военной поддержки?


Сейчас сложно судить, что было в голове у Хафтара. Но можно обратить внимание на то, что из Москвы он полетел в столицу Иордании Амман. Возможно, он заручился там какой-то помощью и ему обещали как-то компенсировать «выпадающие» ресурсы России. В этом случае он пустился в опасную авантюру, рассчитывая, что называется, «перевернуть шахматную доску» — устранить с нынешних ролей и Турцию, и Россию и разрушить все планы, согласованные не только с Москвой и Анкарой. Не стоит забывать, что после Москвы Сарадж с Хафтаром должны были отправиться в Берлин, чтобы заключить более широкое политическое соглашение. Однако после выкинутого Хафтаром кульбита Сарадж едва ли полетит в Германию. Не исключаю, что, соглашаясь на переговоры, Хафтар всего лишь тактически тянул время. Ведь его войска уже стоят в некоторых районах Триполи, и он дожидался, когда бойцы Сараджа, которые представляют собой несколько региональных ополчений, просто разъедутся по домам, после чего можно будет ударить по центру Триполи. Когда он понял, что часть условий соглашения — отвод войск от города, то просто отказался от договора. Если вспомнить, что перед началом своего апрельского наступления на Триполи Хафтар и Сарадж тоже встречались в Абу-Даби и почти заключили соглашение, но в последний момент Хафтар также отказался от договоренности и начал наступление на Триполи. Повторяю, что для России скорее хорошо, что неадекватность Хафтара стала очевидна. В конце концов, он мог и подписать соглашение, а потом отказаться его выполнять. Ему это не так сложно сделать, ведь официально он не более чем полевой командир.


Ɔ. Можно ли говорить, что в случае успеха московских переговоров Москва и Анкара совершили бы «Большую сделку», которая касается не только Ливии, а всего Ближнего Востока?


Скорее всего, это так. Мы видим, что переговоры по перемирию в Ливии и заключению компромисса в сирийской провинции Идлиб идут практически одновременно. Сирийское и ливийское досье лежат в одной «папке». А Москва и Анкара разыгрывают различные комбинации, чтобы держать под своим контролем события на Ближнем Востоке. Они превращаются в сильные центры влияния на ситуацию в регионе, пока ЕС и США не определились, как поступать.


Ɔ. При этом, если смотреть на те решения, которые Россия и Турция предлагают в Ливии и Сирии, то они сводятся к достаточно зыбким компромиссам, сосуществованию враждебных сил и разделам этих стран на разные сферы влияния.


Да, именно в этом заключается суть политики, проводимой в регионе Москвой и Анкарой. По сути, Россия и Турция начинают предлагать решение проблем по мере их поступления — в итоге получаются достаточно сложные и рыхлые конструкции, которые, как мы видим на примере Сирии, не предполагают четкого видения, чем же в итоге должен завершиться начатый переговорный процесс. Что-то подобное, похоже, происходит сейчас и в отношении Ливии. Переговоры начаты, есть какие-то первоначальные установки, в ходе самих переговоров они могут не раз меняться. Главное, чтобы ситуация оставалась под контролем России и Турции. Евросоюз в этом случае поступает по-другому: он начинает просчитывать, какого именно окончательного результата он хочет добиться в мирном процессе, и упускает время, чем и пользуются Москва и Анкара.


Ɔ. Что будет с «Большой сделкой» после провала московских переговоров?


Думаю, что и Россия, и Турция продолжат нащупывать ситуативные возможности для ее заключения и взаимодействовать как на сирийском, так и ливийском направлении.


Ɔ. Что же может делать в этом случае Россия, если Хафтар оказался настолько ненадежным партнером?


Продолжать игру. В конце концов, Россия никогда не объявляла об официальной поддержке Хафтара и говорит о диалоге со всеми участниками конфликта. В Ливии есть и другие игроки — в частности, Абдалла Ат-Тани, возглавляющий временное правительство, располагающееся в городе Тобрук, или Агила Салех, возглавляющий Палату представителей в Ливии. Москва может постепенно сместить центр своей поддержки в сторону этих достаточно влиятельных политических деятелей. Так что в этом отношении ее позиции остаются вполне прочными.

Беседовал Станислав Кувалдин

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Уже несколько дней вокруг столицы Ливии Триполи идут столкновения между силами фельдмаршала Халифы Хафтара, контролирующего нефтяные запасы страны, и Правительства национального единства, признаваемого мировым сообществом. Контакты мятежного маршала с представителями России одно время давали повод на Западе рассматривать его едва ли не как марионетку Кремля. О том, насколько справедливо это мнение и кто и почему поддерживает Халифу Хафтара, «Сноб» поговорил с учеными-востоковедами
Почему война для России была и остается бессмысленной авантюрой ради неоправданных амбиций
«Сноб» опубликовал материал под названием «Круговорот ЧВК в Госдуме», который завершает серию публикаций «Армии по вызову» о частных военных компаниях