Начать блог на снобе
Все новости

Колонка

Как защитить маршала Конева? Это должен делать не Кремль, а гражданское общество

13 Апреля 2020 18:04

Чехия стала очередной страной Восточной Европы, оскорбившей память советских воинов-освободителей. И Россия в очередной раз не смогла достойно ответить на это оскорбление

В Восточной Европе продолжается война против советской истории. На сей раз отличилась, впрочем, не Польша и Прибалтика, а Чехия. Глава одного из районов Праги Ондржей Коларж (принадлежащий к правоцентристской антикоммунистической партии TOP 09) воспользовался режимом чрезвычайного положения и снес памятник маршалу Коневу — освободителю города от нацистов. Поскольку снос монумента был запрещен двусторонним договором от 1993 года, действие было официально оформлено как «перенос» — формально памятник отправят в музей. В ответ Россия возбудила уголовное дело против инициаторов сноса по статье об осквернении символов воинской славы России, совершенном публично. Это стало началом нового витка противостояния, поскольку МИД Чехии вписался за Коларжа и заявил, что такого рода претензии говорят о потере Москвой интереса к развитию двусторонних отношений.

Во всем этом скандале важно не поведение чешских властей — оно как раз вполне понятно и предсказуемо. Наиболее радикальная часть местного политикума продолжает, как и их собратья по разуму из других стран Восточной Европы, вести войну против собственной истории. Бог им судья, и если они хотят заниматься демонтажем своей государственности (которая базируется на целостной истории государства за весь период его существования), то это их суверенное право. Куда важнее для России то, как Москва должна реагировать на этот демонтаж, если он проводится с осквернением символов государственности. А наши памятники за рубежом как раз и являются этими символами, неразрывно связанными с теми жертвами, которые мы понесли во имя нашей и общемировой победы над нацизмом.

Понятно, что российские власти не имеют права оставлять без ответа такие оскорбительные действия чешских властей. Пассивность чревата для Кремля электоральными проблемами, а также станет командой «фас» для других зарубежных осквернителей памяти. Однако как отвечать? К сожалению, на сегодняшний день у России нет оптимального и реалистичного варианта реагирования. Те, что нам доступны, неэффективны или даже контрпродуктивны, а те, которые были бы оптимальными, невозможны из-за недостатка в России внутриполитических, экономических и внешнеполитических ресурсов.

Демонтаж памятника маршалу Коневу в Праге Фото: EPA/MARTIN DIVISEK/ТАСС

Так, нынешний ответ Кремля — возбуждение дела Следственным комитетом — выглядит как какой-то формализм. Причем формализм не просто бессмысленный (вряд ли кто-то верит в то, что Чехия выдаст виновных в демонтаже памятника), но и контрпродуктивный. Экстремистские действия Коларжа вызвали в Чехии крайне неоднозначную реакцию — ряд политиков и активистов, начиная с президента страны Милоша Земана, раскритиковали снос памятника. Причем упирали на моральную составляющую (кощунство, варварский акт), где Коларжу и его единомышленникам нечем было крыть кроме весьма противоречивой антикоммунистической риторики. Но когда Москва возбудила уголовное дело, то вся история перешла из области морали в область защиты суверенитета от очередного покушения на него со стороны русских. Даже вменяемая часть чешского общества была вынуждена критиковать действия Москвы, а значит, невольно поддержала Коларжа. Получается, что Россия своими формально-протокольными действиями помогла скандальному главе муниципалитета выйти из-под пресса общественного осуждения.

Как тогда нужно было реагировать? Ряд российских активистов в беседах с автором этих строк предлагали ответить символизмом на символизм. Например, сейчас чешское посольство в Москве находится на улице Юлиуса Фучика (названной в честь чешского писателя-антифашиста), и ее нужно переименовать в улицу Маршала Конева. Несомненно, многим интернет-активистам понравится этот «красивый ход», поскольку после него имя Конева будет закреплено в адресе посольства, а значит, и на всех чешских официальных бумагах, где он указан. Однако такой «красивый ход» не только является унижением памяти маршала, которого сделают инструментом «адресной войны», но и опускает Россию на уровень Чехии. Делает ее таким же борцом с историей и топографией, каковыми стали чешские власти. Другое предложение из этого же ряда — ответить демонтажем чешских памятников на территории России — опустит Москву даже ниже чешского уровня. Ведь, в отличие от Чехии, Россия — мировая держава с соответствующим мировоззрением, а значит, она не имеет права на такие варварские шаги.

Возможно, нужно было ввести против Чехии какие-то санкции? Возможно, но лишь в том случае, если бы эти санкции были адресными, а также эффективно-показательными для других государств, которые решат унижать память советских воинов-освободителей. Ни того, ни другого российские власти в одностороннем порядке обеспечить не могут. Чехия — страна Евросоюза, и вводить санкции, как экономические, так и туристические, отдельно против нее затруднительно. Мы же не отменим поездки во все страны Шенгена, частью которого является Чехия. Можно, конечно, надавить на Брюссель, однако у России недостаточно политико-экономического потенциала для того, чтобы ставить на колени ЕС и заставлять еврочиновников влиять на поведение отдельных стран.

Самым оптимальным вариантом реагирования были бы санкции, но не государственные, а общественные. Когда на оскорбление все российское общество отвечает тотальным бойкотом. Потребители перестают покупать чешские товары, туристы — ездить на чешские курорты, бизнесмены — иметь дело с чешскими партнерами. До тех пор, пока Чехия не извинится за произошедшее и не передаст (пусть даже за деньги) демонтированный памятник Российской Федерации. Однако для такого варианта в России должно быть полноценное гражданское общество, которое чувствует свою сопричастность к государству и для которого эта сопричастность важнее, чем комфорт от условной машины «Шкода». Этого общества в России нет — и в этом, как ни парадоксально, вина в том числе и российской власти. Для нее воспитание у населения патриотизма — это воспитание того же самого черно-белого сознания, которым одержимы чехи («все, что мы делаем, — хорошо, а все, что делают они, — плохо»), то есть упор на эмоциональную, а не на сущностную составляющую. Для нее ответственное гражданское общество с критическим сознанием — это угроза, а не сила и возможности. Неудивительно, что, по мнению части граждан, для противостояния чехам достаточно запостить пару гневных сообщений в соцсетях, а другая не готова жертвовать материальным комфортом для того, чтобы защитить свою историю.

Поддержать лого сноб
1 комментарий
Сергей Мурашов

Сергей Мурашов

Пассивность чревата для Кремля электоральными проблемами, а также станет командой «фас» для других зарубежных осквернителей памяти.

Эм...

А вот мне кажется, что граждане любой страны вправе сами решать, что делать с памятниками, находящимися на своей территории. А ситуация, когда другая страна принимается указывать чехам, что им делать, нмв, крайне неприятна и двусмысленна, и я бы её избегал.

Видимо, нынешние антироссийские настроения в мире связаны с нынешней российской внешней политикой, а вовсе не с тем, что имело место 75 лет назад, и, раз так, и Кремлю, и россиянам, которым это не нравится, стоит либо принять это как неизбежность, и продолжать в прежнем духе, либо задуматься - что нужно поменять, чтобы к России стали иначе относиться.

А эта вот идея всем нашим российским миром бойкотировать чехов - извините, просто странное ребячество. Ну кто в здравом уме станет этим заниматься? Что, любители Крушовицы на что-то другое вдруг перейдут? Ну, допустим, сагитируете Вы 10, 20, 100 человек, пусть даже тысячу - другую... Понятно, что в масштабах России и 10000 потеряются в массе... Суета это всё. Мелочная, наивная, нелепая суета. Которая не вызовет со стороны ничего, кроме насмешек.

Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться

Читайте также

На фронт борьбы с печенегами и коронавирусом вскоре могут призвать торговые сети — кабмин согласился поддержать возможность заморозки цен на продукты. Но кто кого больше пугается — ретейлеры власти или наоборот — пока неясно
11 апреля на 62 году жизни скончался Александр Тимофеевский-младший, культовая фигура в отечественной журналистке 90-х. Ему принадлежит немалая заслуга в создании ИД «Коммерсант» и других российских СМИ. Сегодня о нем вспоминает Сергей Николаевич, его друг, главный редактор журнала «Сноб».
Мы наслушались столько военной риторики за последние годы, что ее переключение с нацистов XX века на былинных кочевников вызвало лишь массовый взрыв насмешек — все слишком явно почувствовали, что президент не понимает, о чем ему говорить