Начать блог на снобе
Все новости
Колонка

Экспедиция на плато. Почему в Петербурге ситуация с COVID-19 улучшается, но не улучшается

19 Июня 2020 11:25
Перед региональными властями стоит сложная задача: к концу июня коронавирус должен быть побежден в целом, но все-таки не окончательно. В попытке найти баланс первым делом нужно думать о том, как защитить себя от критики как снизу, так и сверху

Несколько дней назад директор Медицинского центра им. Алмазова и глава межведомственной группы по противодействию коронавирусу в Петербурге Евгений Шляхто на заседании городского Совета по стратегическому развитию доложил, что ситуация с эпидемией коронавируса улучшается. В последние недели количество случаев обнаружения заболевания, по его словам, снижается. Если в марте-апреле их число удваивалось за неделю, то к началу мая темпы стали замедляться — неделю сменили 10 дней, потом 15, а с 1 июня прогнозируется удвоение случаев за 30 дней. 

То есть к 10 июля в Петербурге ждут достижения показателя примерно в 29 тысяч заболевших с начала эпидемии — пока что он ненамного превышает 21 тысячу. Сейчас выписавшихся больных почти столько же, сколько заболевших, рассказал Евгений Шляхто. 

Вот, казалось бы, повод для оптимизма. Вскарабкались, вроде бы, на знаменитое плато, куда власти всей страны прорывались всю весну с энтузиазмом первооткрывателей колониальной эпохи.

Однако еще за пару дней до этого убийственную (буквально) статистику выпустил Росстат. Как выяснилось, летальность вируса COVID-19 оказалась в Петербурге гораздо выше, чем сообщалось ранее. По коэффициенту смертности в апреле — 4,7% или 200 смертей на 4286 случаев заболевания — город вышел на первое место в стране, вдвое превзойдя Москву, где тоже пересчитали статистику, но процент все равно оказался меньше.

В начале июня в Смольном — согласно рекомендациям Минздрава, основанным в свою очередь на предписаниях ВОЗ, — перешли на новую методику подсчета. Теперь стали считать не только результаты специальной комиссии по анализу летальных исходов, но и просто заключения патологоанатомов. Раньше, видимо, считалось, что если человек умер вне рамок работы комиссии, а как бы просто так, то он вроде как и не совсем умер. Ну, то есть умер, конечно, но не по правилам. Не по тому ведомству.

Это вообще большая и вечная проблема России — отсутствие единых правил, оттого у нас все время и пытаются создавать разнообразные «единые реестры» всего на свете; а покуда такие реестры не созданы, кто ж его разберет, куда смотреть. Кстати, в других регионах таких комиссий, как говорят специалисты, вроде бы больше нигде нет; и рассмотреть все смертельные случаи она просто не успевает. Может быть, для того ее и создавали, чтобы статистика была скромной. А тут, понимаешь, ВОЗ со своими рекомендациями.

В общем, летальность по новой методике сразу подскочила вдвое. Хотя были робкие надежды, что все будет наоборот. Здесь стоит вспомнить, что в начале как раз апреля губернатор Александр Беглов говорил, что Петербург отстает от Москвы примерно на три недели и у него еще есть время подготовиться. Ну вот, как оказалось, то ли не было уже никакого времени к этому моменту, то ли не подготовились, то ли подготовились, но не к тому.

Санкт-Петербург в период смягчения карантинных ограничений Фото: Андрей Олейников/Коммерсантъ

Вице-губернатор Олег Эргашев считает, что ситуация с коронавирусной инфекцией остается сложной. И еще рано говорить, что пандемия пошла на спад. И хотя выписывают вроде бы действительно немало, по 500 человек в день, но и поступает столько же. Поэтому мест в больницах не хватает: для того чтобы снимать карантинные ограничения, нужно, чтобы свободными были не менее половины больничных коек, а в Петербурге их где-то около 18%. Это он говорил за несколько дней до выступления Евгения Шляхто. 

Журналисты, конечно, выяснили, что на самом деле петербургские стационары не просто забиты, а переполнены сверх меры, и если где-то и есть свободные койки, так это в специально созданном госпитале в «Ленэкспо». Александр Беглов подтверждает: нет, говорит, больше в городе возможности увеличивать коечный фонд. Так бы, может, провели больничную допэмиссию, да и получили искомые 50%, но, к сожалению, статистические манипуляции все же ограничены физическим пределом. А глава комитета по здравоохранению Дмитрий Лисовец пояснил, что из 11 907 коек занято по состоянию на 18 июня 10 245. То есть тут уже даже 18% не пахнет.

В общем, ясно, что ничего не ясно. На плато выбрались, стоим, обозреваем окрестности. Может быть, кому-то казалось, что там, как при коммунизме, люди перестанут умирать. А они продолжают умирать и на плато — по три-четыре десятка человек в день. И главное, делать-то вроде как и нечего больше. Больницы расширять некуда, а ограничения тем временем продолжают постепенно снимать. А как не снимать, если старший приказал? Владимир Путин же сказал: «Уверенно, с минимальными потерями выходим из пандемии» (после чего, правда, установил в собственной резиденции специальный дезинфекционный тоннель).

Самое главное теперь — это иметь лихой и уверенный вид, что бы ни происходило. Губернатор — человек подневольный; у него 1 июля голосование по поправкам к Конституции пройти должно. И здесь нужна тончайшая настройка — описание ситуации с коронавирусом должно быть ровно таким, чтобы, с одной стороны, гражданам было понятно, что приходить на участки можно и нужно, а с другой — чтобы они не удивлялись повышенным мерам безопасности.

Но мы помним, главное — уверенный вид. Не меняя выражения лица, Александр Беглов меняет тактику

В Петербурге ведь карантинные ограничения и так уже несколько недель не работают. «Закрытые» парки давно переполнены отдыхающими. Малый бизнес постепенно наглеет — если раньше работали для знакомых через черный вход, то теперь появляются те, кто просто открывается, наплевав на запреты. Магазины зачастую чисто символически делают вид, будто работают на выдачу интернет-заказов, а на самом деле принимают посетителей в штатном режиме, разве что в масках, этого не отнять. 

Городские власти только еще размышляют над разрешением всего этого, а горожане уже практически организовали себе прежний быт, немного напоминая мальчика-слугу дона Руматы (— Мылся ты сегодня? Я тебе про микробы что рассказывал? — Три раза за ночь молился, чего же еще?).

Но мы помним, главное — уверенный вид. Не меняя выражения лица, Александр Беглов меняет тактику. Если в марте, отвечая на вопрос о планирующихся карантинных мерах, губернатор свысока отбрил: «Есть четкий план действий, я не буду его рассказывать, зачем вам это надо?» — то в июне он, наоборот, пошел в соцсети спрашивать у петербуржцев, открытия чего им хотелось бы в первую очередь. Умильно намекая при этом на то, что негативные показатели, мол, «плавно снижаются». 

Все просто: в марте на местах привычно ждали, что все, как всегда, будет управляться инструкциями из центра. Какое-то время так и было. А потом Владимир Путин, устав принимать решения, переложил ответственность на региональные власти. И в такой ситуации, конечно, нужно переложить ее еще дальше, на народ. От претензий со стороны граждан можно защититься, сославшись на волю Кремля — это он-де непременно хочет провести голосование и парад, для чего потребна демонстрация победы над вирусом. А от возможных претензий со стороны начальства — соответственно, волей народа. Это он захотел стричься и ходить в театр — несознательный, а что поделать.

Обставляться со всех сторон при противоречивых вводных сверху, между прочим, высшее искусство сановника. А уж сколько там народу при этом умерло — дело десятое.

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Вторая волна кризиса совсем не обязательно будет вызвана новым витком пандемии. Отмена принятых по всему миру чрезвычайных мер поддержки может оказаться шоком ничуть не меньшим, чем карантинные ограничения
Пандемия COVID-19 изменила привычную модель отношений государства и частной медицины. Например, в Петербурге пациентов с подозрением на коронавирус обследовали не только в городских больницах, но и в негосударственном Медицинском институте имени Сергея Березина (МИБС). О том, как центр сумел за 48 часов организовать безопасную работу и с какими трудностями при этом пришлось столкнуться, рассказывает владелец компании Аркадий Столпнер
В пользу стратегии «голосовать» — опыт Белоруссии, Собчак и Александра Македонского