Все новости
Колонка

Выбирать-то не приходится. Судьба института выборов в России — от профанации к уничтожению

17 Июля 2020 16:50
Нынешний июль можно считать поминками по хоть сколько-то свободным выборам и по статусу граждан, которым вроде бы были наделены постоянные жители России
Фото: Morning Brew/Unsplash

Скандалы, интриги, протесты, аресты, расследования, увольнения, война лидера оппозиции с отдельными «несознательными» журналистами — очень насыщенной сделалась политическая жизнь. Июль вроде бы время ленивое, каникулярное, но в этом странном году все не по-человечески: политика тоже устала скучать на карантине, силовикам было грустно без громких дел, противникам режима — без возможности выйти на митинг. И если есть какие-нибудь нормы для концентрации событий, которые человек может воспринимать без вреда для психического здоровья, то сейчас эти нормы явно превышены, и близки мы, кажется, к политической катастрофе.

Или не кажется, просто на самом деле основной источник загрязнения политической среды — не там, где его пытаются обнаружить. Нет, все перечисленные выше события важны, критичны, чреваты разнообразными последствиями и достойны подробного разговора. Но настоящий нерв ситуации — не в фейсбуке и даже не в Хабаровске. Нерв — в Государственной думе, в ЦИК, в Общественной палате. Странно, конечно, такое говорить про эти унылые места, населенные бессмысленными людьми, — спросите любого члена Общественной палаты, для чего существует Общественная палата? Честный (хотя откуда там честный) скажет, наверное, что нужно ведь ему как-то кормить семью, а талантов бог не дал и делать он ничего не умеет. Нечестный промычит что-нибудь невнятное.

Странно такое говорить, но это так. Мы тут все — целой страной — пережили жутковатый травмирующий опыт, официально именуемый «всенародным голосованием за поправки». И травма эта настолько велика, что мы не пытаемся даже осмыслить по-настоящему произошедшее, торопимся забыть, спихнуть на обочину информационной повестки, хватаемся за любые события, значимые или нелепые, лишь бы не вспоминать про эту дикую неделю с присягой у пня.

«Опять про поправки! — вздохнет разочарованный читатель. — Сколько ж можно! Да с ними с самого начала было все ясно». Ну, потерпите. Не все так просто. Во-первых, с ними все ясно было еще до их появления. В том-то и чудо, что их содержание не имеет вообще никакого значения: разве кто-то сомневался, ну, скажем, в январе, до эпохального президентского послания, что Путин никуда не уйдет и за власть будет держаться до последнего, что это вот, получившееся здесь государство не откажется ни от курса на дикость, ни от выпадения из современности, ни от псевдорелигиозного культа давно закончившихся войн? Теперь мы просто знаем, как именно Путин никуда не уйдет, и, честно сказать, не такое уж важное это знание. Результат предсказуем, процесс уныл.

А во-вторых, по-настоящему важная штука — не содержание поправок, а процедура их принятия. Государственные люди продолжают праздновать победу и правильно делают — это на самом деле победа. Победа тех, кто в возможности любых перемен видит угрозу и стремится к консервации текущего состояния. Как это все они на своем языке обозвали? «Триумф Кремля», «мандат безграничного доверия национальному лидеру», «цементирование ситуации», — такое, кажется, что-то.

Никого тут не удивишь рассуждениями об имитационном характере выборов в России — дискуссии могут возникнуть разве что вокруг того, в какой момент выборы превратились в имитацию. Кто-то вспомнит нулевые, кто-то — середину девяностых, а кто-то — призвание на царство Бориса Годунова по инициативе патриарха Иова, и скажет со вздохом: «Всегда так было». Не будем погружаться в бесплодный спор, отметим лучше вот что: прежде система эта давала все-таки сбои. Иначе не появилось бы никакого губернатора Фургала, и не было бы сейчас протестов в Хабаровске, за которыми так интересно следить, несмотря даже на очевидную их обреченность. Не было бы независимых депутатов на региональном и муниципальном уровнях, не было бы, скажем, полицейского лета в Москве в прошлом году, — лихое ведь вышло время, и многие сомневающиеся тогда разобрались с тем, кто именно нами правит.

Прежняя имитационная система допускала ошибки, прежде были способы взломать ее и хотя бы попытаться переиграть власть — вы простите меня, старовера, но мне, например, кажется, что изобретенное Навальным «умное голосование» — вещь более интересная и важная, чем процесс выяснения отношений между Навальным и несколькими столичными журналистами, которому сейчас уделяется столько внимания. Новая система, которая потихоньку выстраивается с учетом удивительного опыта «всенародного голосования», эти ошибки учла.

Это, конечно, обществу не комплимент, что реализовать свои гражданские права мы могли только благодаря ошибке в системе. Но теперь и того не будет, готовьтесь к новой реальности.

«Люди поддержали наши предложения о том, чтоб голосование длилось так долго и в разных формах. Итоги голосования это подтвердили», — заявила некоторое время назад глава ЦИК Элла Памфилова. И вот уже Государственная дума в страшной спешке принимает закон о трехдневном голосовании на выборах в парламент. Голосование теперь может проводиться «вне помещения для голосования на территориях и в местах, пригодных к оборудованию для проведения голосования (на придомовых территориях, на территориях общего пользования и в иных местах)». А у ЦИК появляется возможность устанавливать «иные особенности голосования». Установят, фантазии им не занимать, своими глазами видели.

С принятием поправок был запущен процесс отмены граждан

Забудьте об отмычках, которые не без мук придумывались, чтобы хоть как-то протащить через все бастионы, возводимые властью, независимых кандидатов. И о возможностях контроля тоже забудьте. Суетятся уже общественники, пока в регионах, делятся ценными инициативами — «Руководство Общественной палаты Красноярского края предложит Общественной палате России изменить положение о допуске наблюдателей на выборы из-за случаев неадекватного поведения некоторых из них в ходе общероссийского голосования по Конституции». Речь здесь на самом деле о том, чтобы дать возможность удалять с участков наблюдателей, которые почему-либо не понравились председателям избиркомов. 

Были выше какие-то шутки про полную бессмысленность Общественной палаты, но она и на «голосовании» уже сработала как фильтр, отсекающий неправильных, не понимающих величия момента наблюдателей. И что мешает в этот фильтр вставить более мелкую сетку? Превратить региональную инициативу в федеральный закон — дело нехитрое. 

И если называть вещи своими именами, то с принятием поправок (повторюсь, это важно, речь о процедуре, а не о содержании, содержание вообще ничего не значит, захотят еще раз переписать — перепишут) был запущен процесс отмены граждан.

Выборы — легальная форма для диалога гражданина с государством. Именно возможность посредством выборов диктовать свою волю власти и делает гражданина гражданином. Государство это все считало проблемой и годами пыталось проблему решить. Теперь решение найдено.

0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Иван Давыдов
Схиигумен Сергий и его проповедь — естественное следствие пропаганды ненависти, которой занято российское государство. Так и должен выглядеть настоящий борец против будущего, удивляться здесь нечему
Станислав Кувалдин
При всей сумбурности процедуры и возможных сомнениях в корректности подсчета голосов на голосовании за конституционные поправки на первое место выходят неформальные результаты этой процедуры. Власть вынуждена признать меньшинство, которое заранее ее отвергает. И это не отщепенцы, которых можно игнорировать без последствий
Константин Эггерт
Российское общество меняется. Власть не знает, что с этим делать. Это — залог будущих конфликтов, подобных хабаровскому