Все новости
Колонка

Олимпийская зона комфорта. Почему Москва летом 1980-го не была праздничной

24 Июля 2020 13:00
Атмосферу праздника создает не начальство, а  люди, если власть им не мешает и на время отходит в сторону. Именно об этом не стоит забывать, предаваясь юбилейным воспоминаниям

Пушкин видел трех царей. А я — два глобальных спортивных фестиваля в Москве.

Первый — Олимпиада 1980 года, та самая, которая была проведена вместо объявленного на этот год наступления коммунизма. Ну, примерно, как обнуление — вместо намеченных на 2020 год зарплат по 2700 долларов, 100 квадратных метров на семью из трех человек, вхождение в пятерку экономик мира и так далее. 

Со спортом тогда вроде не очень получилось — бойкот, самые сильные противники не приехали. Причем не приехали под явно надуманным предлогом: войну якобы СССР в Афганистане начал, агрессию якобы совершил. Да кого он волнует, этот Афганистан? Не говоря уже о том, что это были наши стратегические интересы и все произошло по просьбе законного президента, приехавшего в нашем обозе на смену тому законному президенту, которого убили наши войска. Очевидно же всем людям доброй воли, что мы имели право. В общем, та же русофобия, что и сегодня.

В ЦПКиО имени А.М.Горького, 1980 год Фото: Степан Губский/ТАСС

Но я помню олимпийскую Москву. В ней было чисто и свободно. Очередей в магазинах не было, а товары, наоборот, были. Не как сейчас, конечно, но лучше, чем до Олимпиады и после нее.  Появилось — потом исчезло — то, чего мы раньше никогда не видели. Фанта, соки в 200-граммовых пакетиках с приделанной соломинкой, масло в расфасовках по десять грамм и даже, кажется, жвачка. Кто не жил тогда, не может оценить испытанного нами культурного шока. Хотя что касается жвачки — я, может быть, как сейчас принято, идеализирую советское прошлое. 

Была прекрасная погода. И как когда-то в Москве от одной церкви можно было увидеть как минимум три других, в дни Олимпиады от одного милиционера было видно еще не меньше трех. Это не метафора — мы тогда специально проверяли. И все время проезжали автобусы, в которых сидели аккуратно стриженные молодые люди в абсолютно одинаковых сиренево-голубых костюмах и при галстуках.

Москва не сама собой стала почти пустой. За 101-й километр отправили всех, кого можно и нельзя: алкоголиков, хулиганов, девушек с пониженной социальной ответственностью. Ну и приехать в Москву в эти дни было практически невозможно. Чтобы люди не заслоняли собой красоту нашей столицы. Через много лет после этого аналогичным образом поступило военное правительство Бирмы. Из города 2000 храмов — Багана — они выселили всех местных жителей вместе с их хибарами и лавчонками. Стало чисто и красиво. Правда, воспользовавшись отсутствием людей, в город пришли змеи — туристы теперь осматривают Баган с воздушных шаров. Олимпиада в Москве была недолго, змеи прийти не успели.

Фото: Юрий Лизунов/Владимир Яцин/ТАСС

Интерес москвичей к иностранцам был, конечно, высок. Но и понимание того, что от иностранцев этих можно ждать всякого, у многих тоже было. Таксисты, например, со ссылкой на надежные источники, рассказывали, что готовится массовое заражение советских людей венерическими болезнями. И нет, не тем приятным способом, о котором вы, может быть, подумали. Подосланные ЦРУ агенты (Госдепа в его сегодняшнем качестве тогда еще не существовало) должны были наклеивать зараженную сифилисом невидимую пленку на стаканы в автоматах газированной воды. Информация для юношества: воду пили из одного, специально для этого стоящего в автомате граненого стакана. Если не лень, стакан перед использованием можно было немножко помыть холодной водой. Таким образом, один агент одним стаканом мог заразить сотни человек. Угроза немножко демпфировалась тем, что стаканы эти постоянно воровали, чтобы использовать при распитии в скверике.

Я не сидел в тюрьме (надо, конечно, добавлять, «пока» не сидел). Но мне кажется, что из нашего города сделали тогда нечто вроде привилегированной камеры — для демонстрации иностранцам, как у Солженицына в «Круге первом», или для размещения там наиболее авторитетных бандитов. Собственно, ничего другого, кроме как выгородить комфортную зону внутри лагеря, советская власть делать и не умела.

Болельщик в центре Москвы во время ЧМ-2018 Фото: Игорь Иванко/Агентство «Москва»

Второй большой спортивный фестиваль произошел в Москве совсем недавно — чемпионат мира по футболу. В городе, по сравнению с 1980-м, все было ровно наоборот: толчея, шум, одетые во что-то немыслимое разноцветные люди, что-то перекрыто, но никто не злится. И удивительное ощущение доброжелательности, разлитое в атмосфере. Праздник!

Полиция тогда получила приказ вести себя не как привыкли, а как гостеприимные хозяева: отвечать на вопросы, а к людям, даже странно одетым и на траве валяющимся, не приставать, пить на улице тоже не мешать. По-видимому, это была последняя попытка нашего руководства хоть немного подправить образ страны — глядишь, и столь полезные нам санкции отменят. С санкциями не получилось, но праздник-то был!

Устроило этот праздник не начальство, а общество. Начальство могло лишь его не допустить, сорвать. Ощущение открытого радостного города шло от самих людей. С них как будто бы слетела, как шелуха, вся пропаганда последних лет — достаточно оказалось остановить ее буквально на несколько дней. Люди не хотели больше быть обитателями осажденной крепости, нести правду русского мира бомбами и бэтээрами, они хотели быть просто людьми, радующимися приезду других людей, открывающими им объятия — метафорические и настоящие. По-моему, даже полицейским, которых тренируют совсем на другое, да и отбирают специально, это нравилось. Во время чемпионата Москва была сама собой. Вот такой она и будет, когда пройдет этот морок.

За последние 30 лет, несмотря на официальную ложь, давление, запугивание, сформировалось общество, совсем не похожее на власть — радостное, не злобное. А спорт — он может и разъединять, и соединять. Может провоцировать жестокие и бессмысленные драки футбольных фанатов, а может стать толчком к тому, чтобы люди вдруг почувствовали себя людьми.

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Леонид Гозман
Найти универсальную формулу для принятия решений о памятниках спорным историческим фигурам непросто. Горячие дискуссии во многих конкретных случаях неизбежны. И, возможно, в обсуждениях нам стоит негласно ориентироваться на мотивы, которые двигали теми, кто эти памятники устанавливал
Михаил Шевчук
Государство собралось покинуть профессиональный спорт — решение напрашивалось давно, но сейчас эпидемия подталкивает. Есть, однако, большие сомнения в том, что это удастся сделать даже при большом желании. Чревато политическими рисками
Станислав Кувалдин
Спустя 75 лет после капитуляции Германии и прекращения Второй мировой войны на Европейском континенте мир оказался в странной точке и, кажется, еще не до конца понимает ее координаты. В такой ситуации обычно не вспоминают минувшие дни, а готовятся к новым неведомым испытаниям