Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

А еще они. Чем, кроме денег, вдохновляются российские бизнесмены — в новом проекте «Сноба»

Дмитрий Волков, в прошлом артист мюзиклов и актер перестроечных боевиков, а ныне доктор философских наук, IT-инвестор и совладелец Dating Group (контролирует 33% рынка сервисов знакомств), занимает 126-ю позицию в рейтинге «200 богатейших бизнесменов России». Состояние Волкова Forbes оценил в 750 млн долларов. Именно его «Сноб» выбрал первым героем проекта «А еще они» и расспросил о главных хобби, которые, кажется, давно стали занимать куда больше времени, чем работа
31 июля 2020 16:07
Фото: Пресс-служба

Философия: «Для меня это генеральная уборка в голове»

Дмитрий Волков начал увлекаться философией в юности, написал две диссертации и опубликовал две монографии. Вместе с профессором Вадимом Васильевым в 2009 году основал при МГУ Московский центр исследования сознания, а в 2014-м создал при нем Международную философскую школу. Два года назад стал доктором философских наук и получил должность профессора МГУ. В прошлом году Волков выпустил книгу «Свобода воли. Иллюзия или возможность». Волков-ученый занимается аналитической философией, проблемами сознания и свободы воли, искусственным интеллектом. Пытается говорить просто о сложном в своем подкасте «Неискусственный интеллект». Кажется, в этом научном потоке бизнес отошел если не на третий, то на второй план точно. 

Бизнес занимает все-таки больше времени, чем хобби. Когда я решаю бизнес-задачи, я точно знаю, что работаю, причем мне необходимо это чувствовать ежедневно. Возможно, это что-то, усвоенное мной из протестантской этики. Или откуда-то еще. Когда я после десятка встреч сажусь за книги или фортепиано, я чувствую, что получил на это право. Результатов могло быть больше, если бы я посвятил философии все свое время. Возможно, я даже смог бы разрешить какую-нибудь вечную философскую загадку, да и просто оригинальных идей было бы больше. Но пока что я все-таки совмещаю научную работу и бизнес. Американский философ Джон Серл как-то сказал: «Философия — это то, чем вы занимаетесь, когда не знаете, что делать потом». Я часто задаю себе вопрос: «А что потом, а зачем это?» В такие моменты как раз и сажусь за занятия философией. Философия — для меня это вообще что-то вроде «генеральной уборки» в голове.

Вертолеты: «Это круче, чем тачки»

Дмитрий Волков познакомился с вертолетами в детстве, когда его родители переехали из Москвы на Камчатку. В поселок Крутогоровское корабль с продуктами и топливом приходил два раза в год, все остальное время связь с большой землей осуществлялась только с помощью вертолетов. Сакральность летающих машин с лопастями в результате перешла и в его взрослую жизнь. Сейчас бизнесмен владеет двумя вертолетами. Разберемся зачем — чтобы деть куда-то лишние деньги или вложиться в любимое дело.

Все началось, когда во дворе моей школы приземлился вертолет MИ-8. Нас чуть не сдуло. Потом я столкнулся с вертолетами уже на съемках, когда играл главную роль в фильме «Чтобы выжить». По сюжету я оказался под обстрелом все того же МИ-8, когда гнал машину по степи. В меня стрелял Александр Розенбаум — сверху, с вертолета, и тогда я (а мне было лет тринадцать) понял: «Вертолеты круче, чем тачки». И решил, что буду летать. 

Семь лет назад я получил лицензию частного пилота. Вертолет для меня — это возможность посмотреть на все с высоты птичьего полета. Некоторые используют вертолеты как машины, как средство передвижения. Для меня вертолет остается способом любования. Вообще я был бы рад возможности снять кино про вертолеты с каким-нибудь талантливым режиссером. Я летаю, чтобы видеть то, что не замечаю в суете. Но я осознаю, что это риск. Поэтому продолжаю учиться управлять вертолетом. Почти каждые выходные я занимаюсь аэродинамикой и авиационной метеорологией, отрабатываю отказы двигателя и разные внештатные ситуации.

Фото: Пресс-служба

Джаз: «Ноты вы, в принципе, правильные нажимаете»

Бизнесмен учился в музыкальной школе, а одно время даже играл в эстрадном трио. С приходом больших денег инструмент не забросил, уже в статусе миллионера выступал на сцене в Сколково на праздновании юбилея собственной бизнес-школы, играл на фестивале уличных пианино и музицировал с саксофонистом Игорем Бутманом. Так к статусам философа и летчика добавилось и звание заслуженного джазмена.

Луи Армстронг якобы как-то сказал: «Если вы хотите узнать, что такое джаз, вам никогда не суждено будет это уловить». Однажды я показал свои аранжировки джазовому пианисту в Риге. Сажусь за рояль и начинаю играть. А он мне говорит: «Простите, вы это свое играете, да?» Я гордо: «Да, свое». А он мне говорит: «А можете вот эту импровизационную часть сейчас сыграть еще раз?» Я сыграл ему. А он мне: «Так вы что, это свое соло наизусть выучили? Это же не джаз! Джаз — это спонтанное самовыражение в диалоге с другими музыкантами». Меня это тогда сильно резануло, я несчетное количество часов потратил на занятия импровизацией. И вдруг почувствовал себя обреченным. Ахиллесом, который не может догнать черепаху.  

Недавно очередная командировка забросила меня в Нью-Йорк. И там я пригласил к себе преподавателя из Джульярдской школы (частное высшее учебное заведение в области искусства и музыки в Нью-Йорке. — Прим. ред.). Он пришел ко мне с маленьким рюкзачком и бутылочкой комбучи и попросил что-нибудь сыграть. Ну я и сыграл. Сначала аранжировку, потом показал ему несколько импровизаций на стандарты. Он послушал и говорит: «Звучит неплохо… Ноты вы, в принципе, правильные нажимаете и аккорды тоже, и гуляющий бас нормальный. Вы Армстронга слышали? Potato Head Blues? Можете сейчас за ним соло повторить?» И включил запись. Я попытался раз, другой. Он говорит: «Вы хоть слышите, что ритмически не улавливаете его соло?» Я говорю: «Слышу, но не улавливаю». На что он ответил: «Джаз — это ритмический язык, в котором одновременно пересекаются несколько ритмических паттернов. Вы не знаете ни паттернов, ни как они пересекаются». И я тогда сразу догадался: «Значит, это еще не джаз?» И он мне: «Нет, еще не джаз! Вам, — говорит — нужно этот язык изучить... для начала».

Я уже свыкся с тем, что не знаю, что такое джаз. И, вероятно, никогда не узнаю. Но люблю его сильно, а иначе никак не объяснить тех многих часов и лет, потраченных на занятия. Возможно, это и хорошо. Возможно, если бы я узнал, что такое джаз, я бы перестал его любить. Потому что любим мы то, что не понимаем.

Подготовили Анастасия Харчишена, Ренат Давлетгильдеев

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться
Читайте также
За экономикой развитых государств следят все развивающиеся страны в мире. Кризис на фоне коронавируса особенно затронул США, а в России многие инвесторы задумались об альтернативных привычным инструментах вложений. Экономист и финансист Николай Неплюев проанализировал текущую ситуацию на рынке
Коронавирус ускорил цифровизацию банков во всем мире: то, на что отводилось несколько лет, им пришлось делать за 3–4 месяца. Финтех-стартапы и необанки тоже оказались в тяжелой ситуации: чтобы заполучить доверие клиентов и инвесторов, одних технологий уже недостаточно. Что ожидает финансовые учреждения и венчурные проекты в этом сегменте рынка, «Снобу» рассказал директор дочерних фондов Российской венчурной компании Михаил Федотов
Natura Siberica рискует закрыться из-за судебного иска на 4,5 миллиарда рублей. А вместе с ней — еще 65 косметических брендов, принадлежащих компании «Первое решение», среди них — «Бабушка Агафья» и Organic Shop. «Сноб» рассказывает, в чем обвиняют производителей самой известной в мире российской косметики