Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

Что лично вас трогает в истории с Белоруссией?

Вопрос дня
Мы попросили участников проекта «Сноб» поделиться своими мыслями и эмоциями, связанными с событиями в Белоруссии
12 августа 2020 13:55
Сотрудники ОМОНа и участники акции протеста против результатов выборов президента Белоруссии, Минск, 10 августа 2020 года Фото: Наталия Федосенко/ТАСС

Сергей Мурашов, инженер, специалист по международным перевозкам 

Меня трогает то, что в Белоруссии примерно наша ситуация, только еще хуже. Считаю, что Лукашенко реально гораздо менее популярен в своей стране, чем Путин в России, и перспектив у белорусов с ним еще меньше, чем у нас с Путиным. Соответственно, методы сохранения власти у Лукашенко те же, что и у нас, только применяются грубее и беспардоннее — он, не задумываясь, делает все то, что в России если и делают, то с опаской. Случай с задержанием «вагнеровцев» показал все, что нужно знать о сегодняшней ситуации в Белоруссии: что для того, чтобы быть арестованным по подозрению в подготовке беспорядков, там не нужно делать вообще ничего, просто попасться в удобное время для предъявления обвинений. Жаль, очень жаль белорусов. И жаль соотечественников, многие из которых получают информацию о происходящем в Белоруссии лишь из государственных источников, и поэтому совершенно не в состоянии сколько-нибудь объективно это оценить.  

Анна Квиринг, программист

Белоруссия для меня эмоционально близка, как и другие республики бывшего СССР: даже если их политические элиты старательно открещиваются от общей истории, они не могут отменить то, что было. С Белоруссией нас сближает еще и долгая жизнь под властью несменяемых президентов: кажется, такое осталось только там и в России, в других постсоветских странах власть осознала преимущества регулярной сменяемости на честных выборах. 

То, что мы сейчас видим в Белоруссии: фальсификация выборов, массовые протесты и их подавление — очень напоминает события в России 2011–2012 годов, в которых и я кое-как участвовала. И я вполне представляю себя среди тех, кто выходит на площадь, кого разгоняют, избивают и задерживают.

Я знаю, чем закончились наши протесты в России, но пока не знаю, чем закончится протест в Белоруссии. Желаю гражданам Белоруссии победы, мира и процветания стране. Жыве Беларусь!

Хочу сказать спасибо новостной редакции «Сноба» за ведение онлайн-трансляций. Важно узнавать о происходящем из надежного источника и оперативно, чтобы понимать, что это и как к этому относиться.  

Максим Саблин, юрист, писатель, кандидат социологических наук

Я испытываю уважение и самые лучшие чувства к населению Белоруссии. Часть моих предков оттуда, также у меня там друзья. И сколько раз был там — столько раз встречал радушный прием. В общем, это близкие родственные души, за которых по-человечески переживаешь. Трогает многое. Трогает, что власть применяет насилие к своему народу, не признает народ единственным источником власти и называет собственных граждан «овцами». Трогает, что в этой стране, возможно, происходит силовой захват власти действующим режимом и творится откровенное беззаконие. Так быть не должно. Но больше всего трогает, что люди вышли на улицу и отстаивают свое право что-то решать в своей стране, что им надоел вечный президент, надоела пропаганда и ложь по телевизору. В этом смысле я рад за них и надеюсь, что народ Белоруссии добьется реализации своего права реально выбирать главу государства. И конечно, есть надежда на изменения во всех тех постсоветских государствах, где фактически установлены диктаторские режимы. Народ Беларуси — мы с вами!  

Валерий Печейкин, драматург

Недавно Артемий Лебедев сделал альтернативный герб Белоруссии с котиком и тракторами. Когда я сам был в Минске, мне тоже показалась, что Белоруссии — фабрика умиления. Сегодня включаю новости, а там водометы, гранаты, резиновые пули, женщина рассказывает об издевательствах над своим 14-летним сыном. Метафорически я говорю об этом так: картошка в мундире преследует картофель фри. Но признаюсь, что самое важное для меня то, как в России воспримут опыт Белоруссии. Решат быть страшней, чем Лукашенко, или мягче? Я пытаюсь понять, как поступят с нами: будут жарить или варить? Есть будут точно.  

Анна Быстрова, дизайнер, лектор по истории и философии моды

Вначале позвольте привести две цитаты: «Очевидно, что президентские выборы [в Белоруссии] не соответствовали минимальным стандартам демократических выборов. Это недопустимо», — заявил 10 августа официальный представитель правительства Германии Штеффен Сайберг. И вторая: «Президентская кампания [в Белоруссии] сопровождалась тотальной фальсификацией и дезинформацией. В такой обстановке говорить о том, сколько на самом деле набрал Лукашенко, — гадание на кофейной гуще. Явно столько не было. Рассказы о том, что 40% проголосовали досрочно, — это тоже надувательство. Те результаты, которые были объявлены, не внушают доверия. Кто-то уже успел сказать, что Лукашенко выиграл выборы, но проиграл страну — так вот, это связано с его крайне эгоистичной политикой, смысл которой состоит в сохранении режима личной власти», — заявил первый зампред комитета Госдумы по делам СНГ и связям с соотечественниками Константин Затулин. На самом деле этот дядечка — тот еще фрукт, но здесь сказал все как есть. Кстати, описание ситуации ничего (никого) не напоминает?

Конечно, как и все, я пристально слежу за событиями в соседней стране. Слежу и горжусь белорусами, как, к примеру, и хабаровчанами. Наблюдаешь за действиями правителей что нашего, что соседского, и диву даешься: ну нет дна у произвола. И три последних ночи в Минске тому подтверждение: выйти против собственного народа с бронетехникой, газом и гранатами — да какой же он Батька? Он сатрап и диктатор: не хотите меня любить, так я заставлю вас ненавидеть. И тут он прав: народ ненавидит — и люто. Не знаю (да и никто не знает), чем обернется ситуация в Белоруссии, но лично у меня появилась надежда. 

 

Всеволод Василевский, адвокат

В новейшей белорусской истории с выборами, как видим со стороны, как в экспериментальной колбе конкурируют несколько стратегических направлений. Это сохранение страны при Лукашенко в старом гальванизированном виде, с одной стороны, и реальный риск ее падения, разрушения при новой власти, которая, как я думаю, не имеет реальной программы модернизации и средств ее реализации. Эта конкуренция усложняется и недружественным политическим окружением соседних стран. Тут гамлетовский неразрешенный вопрос: что лучше — мириться со знакомым злом иль бегством к незнакомому стремиться? Вторая проблема в том, что оттягивание модернизации делает все более тяжелым последующее включение страны в мировую экономику, но и этот мировой рынок не является райским садом и способен уже сейчас просто обанкротить такую страну, как Белоруссия. Третье — ее культурная и идеологическая моногамность в противовес открытости и способности к построению сложных полигамных дискурсов, являющихся источником развития и общества, и экономики. Вся эта проблематизация в одном пространстве делает систему неустойчивой и непредсказуемой. Хотелось бы увидеть хотя бы обсуждение данной ситуации, но его нет. Это же, только в более сложном виде, касается и России. Хотя, возможно, и в Белоруссии все сложнее, просто нам отсюда не все видно. 

 

Светлана Горченко, кандидат социологических наук, доцент

Восхищаюсь, сопереживаю, учусь у белорусов креативу и мужеству. Это какой-то немыслимый сюр: на глазах у всего мира черное называют белым, белое — черным, людей уже убивают за то, что они отстаивают свое право называть вещи своими именами. Их нагло и цинично валяют в грязи, гыгыкают: да гляньте, где ж они белые? Кто-то в мире пытается навести на резкость — куда там! Журналистов не аккредитуют, приехавших на свой страх и риск выдворяют, избивают, калечат, некоторые исчезают с радаров — ни связи, ни информации. Интернет отрубили — валят на «происки врагов». Конкурентов Лукашенко посадил в тюрьму или выжил из страны, мобилизовал все силы, всю технику, всю злобу отморозков-садистов в мундирах и без, все информационно-пропагандистские войска — и это «всенародная поддержка»? 80%? Невероятные километровые очереди избирателей с белыми браслетами. Три фантастические женщины: Колесникова, Цепкало и любовь моя Тихановская. Баррикады, забастовки... Герои! Идти на цепь «космонавтов», вспрыгнуть на капот автозака, встать Иисусом посреди площади, в метро, стоя между рельсами, вскинуть плакат против избиений задержанных... И люди в остановленном вагоне аплодируют! А узурпатора уже поздравили с победой. Другие узурпаторы.

Знаю, что в Белоруссии страшно. Но, похоже, или сейчас, или неизвестно когда, можно и не дожить, запросто. Тихановскую спросили: «Светлана, долго ли терпеть?» Она ответила: «Если терпеть, то долго». Не хотят этот беспредел терпеть больше. Уже начали действовать. Я в них верю.

 

Алексей Беляков, журналист, писатель

Из-за Белоруссии я толком не спал две ночи, возможно, и в другие не буду. У меня нет там родственников, нет друзей, но когда полстраны вдруг поднимается в гневе против диктатора и его пакостей — это впечатляет. 

Подготовила Татьяна Санькова

Поддержать лого сноб
1 комментарий
Ксения Чудинова

Вот согласна со всеми. Трогает буквально все, и во всем видится близкое.  

Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
России требуется «сильный и властный руководитель» — так, по данным «Левада-центра», считают три четверти соотечественников Мы спросили участников проекта «Сноб», что они думают по этому поводу
Украинские и российские социологи из Киевского международного института социологии (КМИС) и Левада-центра зафиксировали ухудшение отношения россиян и украинцев друг к другу за последние месяцы. Участники проекта «Сноб» высказали свое мнение по этому поводу
Сколько тонн аммиачной селитры может храниться в российских портах? Как в европейских странах соблюдают масочный режим? В какой поддержке нуждаются сильные мужчины? Чему может научить встреча со Шварценеггером в кафе? В чем ущербность серийных отношений? На эти и другие вопросы отвечали участники проекта «Сноб» на прошедшей неделе