Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

«Вам когда-нибудь угрожала бабушка?» Уволившиеся белорусские телезвезды о хейтерах, корпоративах Лукашенко и запуске независимого ютуба

Белорусские телеведущие массово увольняются с государственных каналов. Среди тех, кто покинул эфир в знак протеста против действий властей и силовиков, — местные телезвезды. «Сноб» поговорил с двумя из них: Андреем Макаенком, известным в России по шоу «Comedy баттл» на ТНТ, и Катей Пытлевой, певицей и ведущей главных музыкальных проектов Белоруссии — от аналогов шоу «Голос» до трансляций «Евровидения». Оба работали на главном и самом рейтинговом телеканале страны — Белтелерадиокомпании
14 августа 2020 13:20
Фото: Richard Hirajeta/Unsplash

Андрей Макаенок, бывший ведущий программы «Добрай ранiцы, Беларусь!» на канале «Беларусь 1» 

Три месяца назад, когда у нас началась вся предвыборная кампания в более-менее красочном варианте, уже было тяжело работать на телевидении. Люди без разбора писали такие гадости в директ, что я был в шоке. Совсем не думал, что народ может разозлиться из-за того, что ты просто ведешь программу на телеке, даже притом, что она не является политической. Но даже знакомые посылали на три буквы, говорили: «Ты работаешь там, значит, мы с тобой больше не общаемся». Мне даже бабушки писали в директ, что плюнут мне в лицо. Бабушки! Вам когда-нибудь угрожала бабушка? А вот мне угрожала. Со временем я начал привыкать к такой реакции, стал считать такую критику допустимой для меня самого. Но во время последнего эфира, на который я выходил, мне начали приходить сообщения: «А действительно ли "раніца" ("утро" по-белорусски. — Прим. ред.) добрая?» Я, находясь там, чувствовал внутренний дискомфорт. Я понимал, что больше не могу говорить: «Друзья, доброе утро, здравствуйте! Прекрасный день, замечательная погода, солнце светит, надо идти жить». Понимал, что все не так прекрасно и, наверное, людям не стоит говорить, что день замечательный, когда они в это уже не верят. Это и стало определяющим моментом, когда я принял решение об увольнении. 

Утром я открыл наш рабочий телевизионный чат, а там моя соведущая написала, что в такой ситуации не может работать. И я подумал: «Я тоже». Не скажу, что это был какой-то массовый флешмоб. Для большинства сотрудников государственного телевидения это единственный способ заработка, они больше ничего не умеют. Я сейчас тоже сижу и думаю: а что я умею? Даже не знаю. Поэтому назвать увольнения массовыми — не знаю. Что сделать, чтобы все начали увольняться? А надо ли, чтобы все увольнялись? Пусть хотя бы фильмы, сериалы идут, пусть хотя бы песенки крутятся, чтобы люди могли развлечься. 

После моего увольнения тон комментариев от подписчиков изменился. Сейчас я открываю директ — он разрывается от сообщений о том, что я молодец и так далее. Но очень интересно, что это пишут одни и те же люди. Сначала ты ярый антигерой, твои знакомые говорят тебе, что не гордятся общением, но проходит буквально один вечер — и они уже пишут противоположные вещи. А я ведь остался таким же парнем, как и раньше. Это показывает, насколько у нас накалена обстановка.

Я много думал о том, смогу ли работать в медиа, если у власти останется Лукашенко. Вряд ли, ведь я вел также мероприятия непосредственно для первого лица и, скорее всего, моя история станет не болезненной, но заметной для тех, кто наверху.

Но я думаю, что дело еще и в том, как ты уходишь. Даже если ты увольняешься с телевидения, с радио или с завода, ты всегда должен оставаться человеком. Уйти, назвать всех скотами, козлами, плюнуть кому-то в лицо — это поведение подростка. А вот уйти аккуратно, просто объяснив, что сейчас в эфире дискомфортно, не говорить «доброе утро», когда ты его не считаешь на самом деле добрым, — это другая позиция. Думаю, я все сделал для того, чтобы мне не было стыдно.

После увольнения мне стало легче. Больше нет необходимости подстраиваться под ситуацию и включать актерские навыки на телевидении. Когда на улице, мягко говоря, не очень приятная атмосфера, на душе тяжело, а это приходится скрывать. 

Катя Пытлева, бывшая ведущая программы «День в большом городе» на телеканале «Беларусь 1»

Меня отстранили от работы из-за поста о задержаниях на мирных акциях протеста и ситуации вокруг магазина Symbal.by. Мое начальство пыталось меня отстоять, но я поняла, что больше не могу молчать, и уволилась. Я работала на государственном телевидении 23 года, и при этом всегда выходила на митинги. Мне казалось, что все в порядке: раз я веду развлекательные программы, нужно не смешивать одно с другим. Тогда не было соцсетей, я проявляла свою гражданскую позицию офлайн на акциях, а в эфире развлекалась. Сейчас же я поняла, что не могу и не хочу молчать. 

Я не жалею о том, что сделала. Для меня это был очень важный шаг. На программах, которые я вела, выросло несколько поколений белорусов. И я не просто психанула, я отдавала себе отчет в том, что мой пост вдохновит очень многих людей. Потом мне приходили тысячи сообщений от подписчиков, которые говорили спасибо. Это бесценно. Я сделала это ради зрителей — я работаю в первую очередь для них, а не для государства.

После выборов мы с мужем тоже выходили на акции — по очереди, чтобы не оставлять детей. В первые дни, когда все было особенно жестко, я еле ушла от ОМОНа, пришлось прятаться в кафе. Был страх неопределенности, но настрой на то, что нужно идти до конца, оставался, позже появилось воодушевление. Сейчас, к счастью, все переходит в мирные протесты, уже нет такой крови и жестокости. Но ничего еще не закончилось. Сейчас нам с мужем страшно, детей из города мы на всякий случай увезли. У меня есть знакомые, у которых дети в истерике из-за избиений на улицах, я хочу уберечь своих от такой травмы.

За последние дни пострадали многие мои коллеги. Сейчас быть журналистом в Беларуси опасно, причем это касается всех.  

Ведущих, которые еще работают на государственных каналах, травят в соцсетях. Я видела распечатки сообщений, которые им присылают, — они действительно страшные. Тех, кто уволился недавно, во время последней волны, обвиняют в том, что они «переобулись». Даже я, хотя и уволилась первой из Белтелерадиокомпании, получала сообщения с угрозами и упреками в том, что долго работала на государственном телевидении. 

Я смирилась с тем, что в Беларуси у меня точно уже не будет работы в эфире, пока Лукашенко у власти. То же самое касается и моих уволившихся коллег. Те, кто работал в новостях и считался «рупорами режима», а совсем недавно уволился, находятся в самой сложной ситуации. Они ушли в никуда. Их и на оппозиционные каналы не возьмут, потому что это не примет аудитория, и на государственном телевидении их тоже никто не пустит в эфир. Да и идти некуда — есть два музыкальных канала, но там почти нет ведущих и не платят. Надо еще понимать, что зарплаты на белорусском телевидении небольшие — в среднем 250 долларов в месяц. Поэтому многие ведущие зарабатывали в основном на корпоративах и свадьбах. Если после коронавируса у кого-то остались такие заработки, это и будет их источником дохода. Мне в этом смысле повезло: я все еще пишу для портала Onliner на социальные темы и веду авторскую передачу на «Авторадио». Там руководство лояльно отнеслось к моей позиции, меня не увольняют. 

Сейчас мы с другими журналистами, которые тоже ушли с государственного телевидения, планируем запуск независимого политического и аналитического YouTube-проекта, чтобы иметь возможность работать в эфире. Мы хотели запустить его еще до выборов, но, увы, нескольких человек, которые должны были обеспечивать трансляцию и съемку, задержали. Тем не менее мы обязательно его запустим. Рабочее название канала — «Раздолбай ТВ». 

Подготовили Дарья Миколайчук, Ренат Давлетгильдеев, Мария Шабельская

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться
Читайте также
Белорусские телеведущие массово увольняются с государственных каналов. С «Беларуси-1» и ОНТ ушли Андрей Макаёнок, Евгений Перлин, Ольга Богатыревич, Сергей Козлович, Владимир Бурко, Вера Каретникова и Ольга Бельмач, с СТВ — Татьяна Бородкина. Журналисты попросили военных донести до руководства страны, что методы «являются варварскими и антигуманными», и поддержали протестующих. Телеведущего Дмитрия Кохно сняли с эфира на ОНТ после публикации поста против действий ОМОНа еще в июле. На днях он вновь обратился к коллегам, которые до сих работают на телевидении: «Если тебя мучает совесть и если ты не знаешь, как поступить? Знай, я тебя понимаю!» Журналист рассказал «Снобу» о солидарности, страхах и дороге домой
Подведение результатов президентских выборов в Белоруссии ожидаемо вылилось в массовые протесты, перерастающие в столкновения с силами правопорядка. Александр Лукашенко нарисовал себе комфортные 80% голосов «за» — судя по всему, с помощью чудовищных фальсификаций — и уже принял поздравления от соседей по СНГ. Как Москве дальше строить отношения с Минском?
Исход политического противостояния в Белоруссии пока неясен. Но Владимир Путин уже сейчас может сделать — и сделает — для себя несколько важных выводов