Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

Кто станет посредником между Александром Лукашенко и оппозицией. Интервью с белорусским политологом Артемом Шрайбманом

Политический кризис в Белоруссии продолжает углубляться: Александр Лукашенко не идет на контакт с Координационным советом и как будто бы не замечает многотысячные протестные акции в Минске и других городах. Белорусский политолог Артем Шрайбман попытался расписать план, по которому власти и оппозиционеры могут начать диалог. В своей колонке он предлагает заняться разработкой новой Конституции, а в роли посредников видит лидеров церковных конфессий. «Сноб» обсудил с автором его идею национального примирения, нынешнюю расстановку сил в политике страны и иностранное влияние на оппозицию
25 августа 2020 19:13
Фото: Из личного архива/Facebook


Ɔ. С начала протестов в Белоруссии прошло больше двух недель. Можно ли утверждать, что сейчас в белорусской политике два центра силы — Лукашенко и Координационный совет оппозиции?

С одной стороны, конечно, находится Александр Лукашенко. Причем, я уверен, что сейчас он принимает решения единолично, может быть иногда прислушиваясь к силовикам и своему пресс-секретарю (Наталье Эйсмонт. — Прим. ред.). Она формирует для него информационную картину, рассказывает о том, что происходит в стране и описывает иностранную реакцию. Наверняка, какое-то влияние на Лукашенко есть у его детей. Я точно знаю, что внутри системы есть люди, готовые начать диалог с оппозицией, но президент их, очевидно, не замечает.

С другой стороны все не так однозначно. Во-первых, есть Координационный совет, обладающий, как преемник оппозиционного кандидата Светланы Тихановской, ограниченной легитимностью. Во-вторых, — аморфное протестное движение, которое координируют телеграм-каналы. Они призывают к протестам и стачкам, обозначают маршруты шествий, но на этом их «власть» и заканчивается. Единства на этом фланге пока нет.


Ɔ. Координационный совет — орган монолитный, в нем удалось собрать единомышленников?

Я за созданием совета наблюдал вблизи. Хорошо, что в его состав, а тем более в президиум, не вошли «старые» оппозиционные фигуры, которые многим уже давно надоели. Другой вопрос, что состав совета формировали буквально «на коленке» — за два-три дня, присоединиться к нему предлагали всем мало мальски известным белорусам. Я знаю, что было много отказов. Поэтому саму идею я критиковать не спешу. Уверен, что члены команды Бабарико, как основной драйвер кампании Тихановской, выжали из этой ситуации максимум. Координационный совет будет, как вы выразились, «монолитным» пока его участники преследуют одну цель, которая важнее разных склок и личных амбиций. Как только протестное движение начнет затухать, а вероятность победы — уменьшаться, разногласия внутри совета выйдут на первый план. Это такой негласный закон, по которому существуют политические движения. Тут можно вспомнить попытку создания Координационного совета оппозиции в России в 2012 году. Та структура развалилась во многом из-за внутренних разногласий. Конечно, не стоит забывать, что на оппозицию сейчас активно давит власть — самые компромиссные и сильные фигуры могут легко оказаться за решеткой (Во вторник два представителя Координационного совета получили по 10 суток административного ареста. — Прим. ред.).


Ɔ. Вы считаете, что власть и оппозиция могут начать диалог с разработки новой Конституции, оставив за скобками вопрос о повторных выборах. Почему по-вашему это — лучший вариант для всех?

Если бы Лукашенко действительно сделал оппозиции предложение начать работу над Конституцией, то Координационный совет с радостью бы с ним согласился. Конечно, если бы было понятно, что это предложение реальное, а не бутафорское, с отсрочкой на несколько лет. Я считаю, что работа над новой Конституцией позволит удержать ситуацию в правовом поле. Ведь, досрочные выборы возможны только после отставки президента. Лукашенко на такой шаг не пойдет, он не сможет признать свой проигрыш на выборах 9 августа. Другое дело — заявить, что народ «созрел» для новой Конституции и передачи власти. Это win–win strategy: Лукашенко сможет сохранить лицо, а оппозиция получит то, чего хочет. Но, повторюсь, для того, чтобы ситуация развивалась в этом русле, нужна политическая воля и доверие сторон друг к другу. Пока всего этого нет.

Фото: Misha Friedman/Getty Images


Ɔ. Кто может повлиять на позицию Лукашенко? Путин?

Россия, наверное, единственный внешний игрок, который имеет влияние на Лукашенко. Однако думаю, что он изменит свою позицию, если вместе сойдутся сразу несколько факторов: новые, еще более мощные протестные акции, забастовки и экономический кризис.


Ɔ. Если продолжить про доверие: вы пишете, что посредником между Лукашенко и оппозицией может стать церковь. Почему не международные институты?

Конфликт в Белоруссии носит сугубо внутренний характер. Лукашенко — единственный, кто говорит о каком-то внешнем вмешательстве. Он делает это из понятных пропагандистских целей — пытается перевести внутренний конфликт с народом в формат «Россия против Запада». Попытки повлиять на ситуацию из-за рубежа лишь усугубят и без того тяжелое положение, значит нужно искать посредника внутри страны. Но найти его очень сложно, потому что все общественные институты так или иначе симпатизируют или Лукашенко, или оппозиции. Поэтому остается один вариант — посредничество церкви.


Ɔ. В России некоторые считают, что РПЦ — это чуть ли ни еще один департамент в президентской администрации или управление в ФСБ. Нет ли подобных оценок церкви в белорусском обществе?

Скажу так: Белорусская православная церковь не подчиняется белорусской власти, хотя, конечно, и сохраняет к ней умеренно лояльное отношение. Часть нашего общества наверняка считает, что БПЦ является проводником интересов РПЦ, а значит и России. Аналогично можно говорить и про католическую церковь, в которой некоторые видят проводника польских интересов. Поэтому я и не предлагаю в посредники одну или две основные конфессии. К процессу нужно привлечь всех: православных, католиков, протестантов, иудеев и мусульман. Так, мне кажется, получится свести подозрения к минимуму (Во время подготовки материала стало известно, что синод РПЦ отправил в отставку главу БПЦ митрополита Павла. Ранее он призывал Лукашенко прекратить насилие над протестующими. — Прим. ред.).


Ɔ. Сейчас, когда доверия между властью и оппозицией нет, Светлана Тихановская встречается в Литве с американскими политиками. Такие контакты могут навредить ей и всему движению?

Конечно, я бы на ее месте на такие встречи не ходил, но нельзя забывать, что она — не политик, не лидер протестов. Да, ее встреча с замгоссекретаря США — это подарок для властей, который можно «правильно» подать через СМИ. Но сейчас к провластным медиа, кроме ядра сторонников Лукашенко, уже вряд ли кто-то прислушается, они себя полностью дискредитировали в глазах остальных. У контактов Тихановской с западными политиками может быть другой эффект — российские власти могут подумать, что белорусская оппозиция готова сблизиться с Западом, начнут обвинять Тихановскую и ее круг в русофобии. Хотя члены Координационного совета и другие активные сторонники протеста ни раз подчеркивали, что не имеют ничего против России, скорее даже наоборот.


Ɔ. Вы говорите, что, если власть и оппозиция не смогут начать диалог, страну ждет гражданская война. Со стороны такой прогноз кажется слишком радикальным.

Сейчас мне не кажется, что ситуация накалена до предела и силовики могут начать стрелять по протестующим. В воскресенье люди почти дошли до Дворца независимости, но не стали прорывать оцепление. Но представьте, если бы в толпе нашлось три-четыре человека, которые призвали бы остальных «идти до конца». Возможно, силовики открыли бы огонь, и уже не резиновыми пулями. Белорусские протестующие не вооружены, на их стороне нет каких-то военизированных структур, так что какое-то длительное противостояние вряд ли возможно. Но несмотря на это кровь может пролиться, и достаточно легко.

Беседовал Никита Павлюк-Павлюченко

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться
Читайте также
Живущие в Москве белорусы активно участвуют в протестном движении на родине. Свои акции и инициативы по поддержке соотечественников они обсуждают в телеграм-чате, который с начала лета вырос почти до двух тысяч человек. «Сноб» поговорил с координатором белорусской диаспоры в российской столице Ланой Саванович о помощи протестующим в Белоруссии, слежке КГБ и будущем Александра Лукашенко
Вслед за уличными протестами в Белоруссии начались массовые забастовки на крупнейших предприятиях страны — «Минском заводе колесных тягачей», БелАЗе, «Беларуськалии», «Нафтане», «Гродно Азоте» и других. «Сноб» поговорил о возможных последствиях этого движения для страны с белорусским политологом Дмитрием Болкунцом
Интервью с белорусским политологом Александром Федутой