Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Все новости
Колонка

Почему Армения и Россия проиграли войну за Карабах

11 Ноября 2020 13:00
Ереван и Москва являются главными проигравшими в нынешней карабахской войне. Армения потеряла территорию, а Россия — репутацию

Ковали сами

Подписанный договор между Россией, Азербайджаном и Арменией является для последней не чем иным, как практически капитуляцией. Обидной, несправедливой — но в какой-то степени предсказуемой и логичной.

По итогам соглашения Армения потеряла большую часть того, что завоевала во время первой Карабахской войны — все семь районов из пояса безопасности (кроме Лачинского коридора) и южную часть самой НКР, вплоть до Шуши. Более того, оставшийся кусок территории армяне могут потерять уже через пять лет, когда истечет мандат миротворческой миссии России и Азербайджан может решиться ее не продлевать.

И потеряют — если Москва станет выполнять указание Баку, а Ереван к тому времени не извлечет вывод из нынешнего поражения. Не поймет, что ковал он это поражение сам — своими собственными руками.

Главным «достижением» на этом поле была пресловутая «революция 2018 года», по итогам которой к власти пришел Никол Пашинян. И дело тут даже не в том, что он стал преследовать своих политических оппонентов и раскалывать армянское общество. Вскормленный на западных грантах политик-популист внес раскол в отношениях с Россией. Он не только оскорблял Путина (чего только стоит известная в высоких кругах история о том, как он сначала выяснил у Владимира Владимировича его отношение к бывшему президенту Роберту Кочаряну, получил подтверждение их дружбы и, вернувшись в Ереван, Кочаряна сразу арестовал), но и наводнил армянскую власть различными антироссийскими элементами. Неудивительно, что его имя стало вызывать в Кремле чуть ли не аллергическую реакцию, но армянский народ этого не замечал. Был уверен — «русские же знают, что мы друзья». Или говорил: «А чего им можно себя вести самостоятельно, а мы должны все учитывать мнение России?» — например, тогда, когда Москва (в том числе и с подачи активно эксплуатировавшей образ Пашиняна азербайджанской пропаганды) возмущалась проведением антипутинских тренингов в Ереване или же появлением Навального на армянском телевидении. В Баку и в Анкаре эти сигналы считали четко — и поняли, что главная защита Нагорного Карабаха (неформальные гарантии России статус-кво на этой территории) дала трещину. После чего спланировали и начали операцию.

Причем даже тогда, когда их план по блицкригу сорвался и в первые дни войны наступление застопорилось, у Пашиняна была возможность существенно усилить объем поступающей от Москвы военной помощи — для этого ему нужно было просто уйти в отставку. Однако он не уходил — упорно держался на своем месте (как держится и сейчас), пытался вести с Кремлем какие-то переговоры и сам в то же время воздерживался от решительных действий в поддержку НКР. Итог этих переговоров и нерешительности налицо — более 1300 погибших (только по официальным данным) армянских бойцов и потеря большей части территории.

И главный вопрос сейчас в том, поймут и примут ли армянские граждане, выбиравшие и поддерживавшие Пашиняна, свою вину в произошедшем? Ведь только в этом случае возможна будет «работа над ошибками», которая позволит через пять лет не потерять оставшуюся часть НКР. Работа эта должна включать консолидацию и прагматизацию армянского общества; убеждение диаспоры инвестировать миллионы долларов не в бессмысленный пиар и международные признания геноцида, а в экономику Армении; а также превращение страны во второе Приднестровье. То есть в самое пророссийское государство постсоветского пространства, понимающее, что только Москва и ее миротворцы могут помешать «окончательному решению карабахского вопроса» через пять лет. Ведь при хорошем отношении они помешают даже в том случае, если Ильхам Алиев (который окончательно станет к тому времени турецким сателлитом) потребует миротворцев убрать.

Российские миротворцы заходят в самолет Ил-76 на аэродроме Ульяновска перед вылетом в Нагорный Карабах, 10 ноября 2020 года Фото: Минобороны РФ/ТАСС

Уроки неудачи

В то же время уроки должна извлечь и Москва. Да, Россия смогла добиться мира и ввести в регион своих миротворцев, однако в целом эта, по сути, русско-турецкая война за влияние на Кавказе окончилась для нее громким поражением. Самым, пожалуй, громким внешнеполитическим поражением за все время правления Владимира Путина (даже возникло ощущение, что россиян макнули в атмосферу ельцинского периода, когда страна воспринималась как полный лузер). И в ближайшее время Кремль будет пожинать афтершоки от этой неудачи как минимум на трех направлениях: в отношениях с союзниками, противниками, а также российским населением.

В союзах самое главное — надежность. Ощущение, что твой союзник не кинет тебя в минуту трудностей и опасностей. И, на первый взгляд, Россия никого не кидала. Кремль выполнял свои обязательства по ОДКБ (отсутствие реакции организации — это целиком и полностью вина Пашиняна, отказавшегося посылать запрос о помощи), поставлял оружие Армении и гарантировал ее защиту в случае нападения Турции. Однако помимо формальных обязательств есть еще и отношение. И когда российские власти ставят на одну доску Армению (союзника с пусть и временно не самым лучшим премьером) и Азербайджан (союзника Турции, чьи намерения по контролю за умами и сердцами российских мусульман прямо угрожают безопасности России), это посылает потенциальным союзникам крайне неприятные сигналы. Где, например, гарантия, что Москва защитит своих действующих союзников по ОДКБ в случае обострения их отношений с Китаем? Или потенциальных союзников от других «партнеров»?

В отношениях с врагами самое главное — страх безоговорочного возмездия. Все должны прекрасно понимать, что унижение и обман России карается не «выражением озабоченности», а жесткими действиями по принуждению Турции и Азербайджана к выполнению взятых на себя еще в октябре обязательств по перемирию. Все должны понимать, что преднамеренное убийство российских военнослужащих (а их убили преднамеренно, для того чтобы вынудить Москву подписать армяно-азербайджанское перемирие в атмосфере унижения и демонстративного бессилия) карается не «позитивной оценкой того, что Баку признал вину», а жесткими ответными действиями военного характера. Как минимум давно вынашиваемым ударом по расположению сирийских террористов на территории Нагорного Карабаха. Тогда и только тогда турки будут бояться сбивать российские самолеты в Сирии, а украинское руководство — начинать военную операцию в Донбассе.

Наконец, в отношениях с российским населением самое главное — демонстрировать свою силу. Россияне могут простить власти неторопливость, неэффективность, даже коррупцию, но никогда не простят показную слабость и отсутствие воли — а мягкая позиция Кремля по вопросу убийства двух российских летчиков воспринимается в стране именно так. Воспринимается — и приведет к серьезному недовольству действиями властей, а также, возможно, усилению позиций русских националистов. Массовые гуляния российских азербайджанцев в Питере и Самаре аккурат после убийства их соплеменниками летчиков лишь усиливают это недовольство.

Все это является не меньшей угрозой российской безопасности, чем пантюркистские амбиции Эрдогана. Правда, в отличие от потерявшей Карабах Армении, у России еще есть неплохая возможность исправить неудачно складывающуюся для нее ситуацию. Надо только найти в себе дерзость и решительность, которые присутствовали в 2008 и 2014 годах, а потом вдруг куда-то исчезли.

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Константин Эггерт
Москва окончательно потеряла влияние на постсоветском пространстве. На ее место придут другие игроки
Геворг Мирзаян
Россия позиционирует себя как хозяйка Кавказа. Но пока что стараниями турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана играет роль пассивного наблюдателя
Геворг Мирзаян
Резкое обострение карабахского конфликта создает возможности и угрозы для всех участников и внешних сторон конфликта. Нагорно-Карабахская Республика, Армения, Азербайджан, Турция и Россия вступили в игру на шахматной доске — и ставка в этой игре важнее, чем жизнь