Все новости
Колонка

Реальности подворотни: почему все должны выступать и выступают с позиции силы

2 Декабря 2020 18:39
Европейские элиты и их фанаты должны перестать жить в мире политических фантазий. В ином случае они не смогут жить в реальном мире

Ответ на то, как общаться с путинской Россией, очень прост. Как правильно написал мой коллега, колумнист «Сноба» Константин Эггерт, нужно действительно не ошибиться адресом. Правда, уважаемый коллега вслед за Аннегрет Крамп-Карренбауэр (которая действительно — и тут коллега в одном из немногих мест своего текста прав — может не стать канцлером) и серой массой аналогичных ей по уровню мышления западных чиновников этим адресом как раз ошибается. Он искренне считает, что «Кремль сидит в глубокой изоляции, из которой не будет выхода». И оттуда, из колодца, может лишь смотреть наверх, в сторону вознесшихся в своей праведности цивилизаций, где немецкие политики «соотносят свои слова и поступки с нормами христианской морали», а страны Запада решают свои вопросы «в штаб-квартирах НАТО и ЕС прежде всего».

Охаивающим Россию и возвеличивающим Запад неплохо бы знать хоть что-то о жизни тех, кого охаиваешь и кого возвеличиваешь. Однако, как это часто бывает, ряд коллег заменяет знание и видение реального мира (да, иногда травмирующее тонкие умы царящей в этом мире жестокостью и законами подворотни) верой в то, как он должен быть устроен.

Да, в нашей дискуссии с коллегой Эггертом речь действительно идет о диалоге между знающим и верующим человеком. Знающий утверждает, что мир — циничное место, где справедливости (с точки зрения христианской морали и эмоций) места особо нет. Верующий же видит его через призму собственных символов и фантазий — рассказывает о духовности западных элит и черно-белой картине мира (порядочности «правильных» государств и изначальной порочности «неверных», в частности России). Поэтому неудивительно, что, как только диалог перетекает из разряда умозрительных заключений в анализ международных реалий, эти реалии вступают в конфликт с положениями и символами веры.

Конечно, можно было бы оставить в стороне утверждение уважаемого Константина о том, что немецкие политики «соотносят свои слова и поступки с нормами христианской морали», ведь непонятно, о какой именно христианской морали говорит автор. Разброс морали в истории католицизма был очень большой — от комфортных для рабов Римской империи положений христианства до агрессивной морали Крестовых походов, от претензий на управление «Градом земным» до позорной капитуляции перед светским мультикультурализмом и отказа от базовых положений Завета (наподобие осуждения гомосексуализма). Однако Константин уточняет: «А Христос заповедовал называть вещи своими именами и не идти на компромисс со злом».

Возможно, и заповедовал, но в каком месте этому положению следуют германские политики? Когда терпят присутствие в своей стране исламских террористов и отказываются их высылать? Когда сквозь пальцы смотрят на марши СС в Прибалтике, дабы не раскачивать европейскую лодку? Когда подчиняются указаниям США и выводят бизнес из Ирана — вопреки заключенной ядерной сделке? Когда расшаркиваются перед Реджепом Эрдоганом и отказываются защищать Грецию от турецких территориальных притязаний? Когда вместе со всем Евросоюзом принудили (или не мешали принуждать, что одно и то же) швейцарского президента извиняться перед Муаммаром Каддафи за арест сына ливийского диктатора — просто потому, что брат-лидер взял в заложники швейцарских граждан и пообещал вообще лишить европейцев доступа в богатую углеводородом Ливию? Когда, наконец, не разорвали отношения с Саудовской Аравией после того, как журналист Джамаль Хашогги был убит и расчленен в стамбульском консульстве Королевства по приказу кронпринца Мохаммеда бин Салмана, но при этом грозят России санкциями за недоказанное участие Путина в недоказанном отравлении Навального оружием массового поражения?

Иллюстрация: Leontura/Getty Images

И после этого Константин что-то говорит об «отказе Германии от лицемерия»? Европейская благочинность — это лишь иллюзия морали для слабых, напускная праведность тех, кто давно забыл о приличиях, необходимых для достойной жизни.

Или, в его понимании, лицемерить можно перед другими странами, но перед Россией ни в коем случае нельзя? Что в дискуссиях с Москвой под фантиком «правды» можно говорить что угодно, ведь это не приведет к потере денег, поскольку Россия к критике относится травоядно. Она сама позволяет европейским чиновникам себя поносить, выражая лишь «озабоченность». И не отказываясь в ответ вести диалог с ЕС и Германией по важнейшим вопросам, касающимся безопасности Европы. Начиная с ситуации на Украине и заканчивая проблемами Сирии.

Да, как пишет коллега Эггерт, с Путиным «готовы говорить про Сирию или терроризм, но по необходимости, как общаются с надоедливым соседом-скандалистом — чтобы не орал или не поджег от злости сарай». И если отбросить эмоции с пафосом, то коллега прав: действительно, та же Германия ищет компромисса с Россией по той же Украине для того, чтобы Путин не поджег от злости сарай. Однако — и, возможно, для коллеги это будет сюрприз — ровно по такой же причине Франция ищет компромисс с единоверцем по Евросоюзу Италией по Ливии, а Германия — с мачехой во всеедином Западе Америкой по «Северному потоку — 2». И ищут уважаемые страны эти компромиссы не по доброй воле. Просто так уж получается, что их интересы по ряду направлений пересекаются с интересами других стран. И если мнения последних не учесть, если оставить влиятельного интересанта за бортом (как пыталась сделать Россия с той же Турцией в армяно-азербайджанском конфликте или Германия с Польшей и Венгрией в вопросе формирования бюджета ЕС), то сарай точно загорится.

Причем ищут они компромиссы отнюдь не на заседаниях клуба джентльменов в штаб-квартирах НАТО и ЕС, а в двусторонних переговорах — иногда весьма жестких, проходящих по принципу подворотни. Переговорах, где сильный всегда пытается продавить слабого, поскольку там, вопреки вере Константина, отнюдь не «все свои». Достаточно посмотреть на отношения Западной Европы и восточноевропейских смутьянов — стран с чуждыми европейскому духу элитами, которых поторопились принять в ЕС в начале нулевых. Нужно понимать, что в мире реальном существует не равенство и братство, а табели о рангах и пищевые цепочки.

Таковы они, реалии современного мира. Да, верующему человеку их сложно принять, особенно если он сам находится в плену своих фантазий. Однако в какой-то момент из этого плена необходимо все-таки выйти и перестать смотреть на мир широко закрытыми глазами. Особенно если ты — министр обороны главной страны Евросоюза.

Автор — доцент Финансового университета при правительстве РФ

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Константин Эггерт
Кремль испробовал все способы, чтобы добиться уважения Запада. Результат — изоляция, выход из которой нынешнему режиму не светит
Геворг Мирзаян
Министр обороны Германии предложила вести диалог с Россией с позиции силы. Москва-то не против — однако проблема в том, что Берлин не может предложить ни силы, ни, что куда важнее, диалога
Михаил Шевчук
Каждый десятый россиянин, как выясняется, не решается шутить о политике в сети, опасаясь последствий. Правители, пребывающие в постоянном стрессе, не позволяют шутить себе — и передают это настроение в массы. Которые на всякий случай исходят из того, что власть если пока и не репрессирует за шутки, то наверняка уже записывает шутников в специальную книжечку