Все новости
Колонка
Пресечение на стадии помыслов.

Что станет с протестами после посадки Алексея Навального

3 Февраля 2021 14:00
Прошедшие в России несанкционированные протестные акции в поддержку оппозиционера Алексея Навального и против коррупции высокопоставленных лиц отличались от прежних если не своей численностью, то более широким географическим охватом и большим числом задержанных. Сами эти протесты не привели к освобождению оппозиционера: наоборот, вместо уже закончившегося условного срока ему дали реальный в три с половиной года, за вычетом домашнего ареста. Итого два года восемь месяцев. Что дальше?

Акции в конце января прошли в десятках городов. По данным «ОВД-Инфо», по итогам протестов 31 января по стране задержали немногим более 5 тысяч человек, что примерно на тысячу больше числа задержанных 23 января. Любопытно, что число задержанных, скажем, в Москве (1608 человек) сопоставимо с общим числом участников акции, как его подсчитали в МВД (около 2 тысяч). То есть получается, что поймали чуть ли не всех. Высокий показатель, что и говорить. При этом Роскомнадзор запретил ставить публично под сомнение официальные данные о числе участников протеста, грозя ослушникам блокировкой.

Впечатлений от акций несколько. Во-первых, несмотря на жесткое законодательство, не убоялись прийти довольно много людей. Не миллионы, конечно, но тысячи. Во-вторых, преимущественный возрастной состав, судя по распространенным видео, между 25 и 35 годами. В-третьих, тезис о «вовлечении детей», активно продвигавшийся лоялистами накануне 23 января, в целом не подтвердился и применительно ко второй акции был задвинут на второй-третий план. В-четвертых, несмотря на аресты большинства реальных и потенциальных организаторов акций, полностью сорвать их не удалось. Один из сподвижников Навального Леонид Волков, как можно понять, пытался даже руководить перемещением людей по Москве из-за границы, где он находится, по типу того, как это делали белорусские оппозиционеры. Наконец, в-пятых, создалось впечатление, что нынешние акции, в отличие от аналогичных мероприятий 2018–2019 годов, отличались повышенной ожесточенностью. Было немало стычек с силами правопорядка, спровоцированных самими протестантами. Силовики же, в свою очередь, пошли по пути довольно жесткого пресечения акций. Вплоть до задержания большого числа журналистов (82 в 31 городе) и случайных прохожих.

Перед 31 января был предпринят ряд упреждающих действий, помимо ареста нескольких активистов — потенциальных организаторов. В частности, на телеграм-канале Mash, а затем на федеральных телеканалах были последовательно показаны два сюжета о так называемом «дворце Путина». Сначала вышел ролик, на котором видно, что внутри нет той роскошной отделки, о которой рассказывал ранее разоблачительный фильм Навального, а вместо нее — голый бетон. Потом обнаружился и владелец — предприниматель Аркадий Ротенберг, скупо сообщающий, что купил объект несколько лет назад и хочет сделать из него апарт-отель, поскольку интересуется туризмом. Возможно, это удовлетворило не только лоялистов, но и ту часть общественности, которая с облегчением узнала, что дворец — и не роскошный вовсе, и не президента. Однако все равно остались те, кого такое объяснение, вышедшее спустя почти две недели после появления фильма Навального, не удовлетворило. Силовики в ходе второй акции были настроены столь решительно, что попытались пресечь акцию в зародыше. Из ряда мест, в том числе из Москвы, поступала информация, что задержания начались еще до начала несогласованной акции, притом говорилось о задержании «возможных участников». Остается лишь гадать, по каким критериям определяется, кто «возможный участник акции», а кто просто случайный прохожий, или почему принадлежность к категории «молодой человек в спортивной одежде с капюшоном» является достаточным поводом для таких задержаний. Где проходит та грань, за которой абсолютно правомерные действия силовиков по пресечению незаконной акции, среди участников которой нашлись-таки «отморозки», уже начинают сами по себе провоцировать в обществе рост недовольства не вполне оправданной «полицейщиной» и, как следствие, рост недоверия к властям в целом? Особенно когда начинают без разбора «мочить» даже представителей прессы. А когда число задержанных в ходе отнюдь не «миллионной» акции исчисляется тысячами, то не наплодит ли это еще больше диссидентов из числа родных и близких задержанных? 

Конечно, приговор Навальному вызвал и еще вызовет локальные акции протеста, однако говорить о том, что он поднимет в России миллионы, мягко говоря, преждевременно. Приговор вынесен задолго до думских осенних выборов, и поэтому эффект от него к осени может быть снивелирован. 

Несогласованная акция сторонников Алексея Навального в Санкт-Петербурге, 31 января 2021 года Фото: Александр Данилов/Коммерсантъ

Следующий логичный этап действий властей — дезорганизация работы «штабов Навального», сведение к минимуму политического ущерба от возможных будущих коррупционных разоблачений, если они вообще состоятся в отсутствие политика.

В то же время сами по себе ни антикоррупционная повестка, ни требование освобождения оппозиционного лидера не способны долго поддерживать уличные манифестации, тем более проходящие в условиях жесткого противодействия силовиков. Нужно то, что называется «позитивной программой». Иными словами, нужна мечта, за которую стоит бороться и побеждать. Ее у «навальнистов» либо нет, либо она на массовом уровне не просматривается. А многие скептики так и вовсе считают Навального амбициозным лидером, который хочет сместить Путина и сесть на его место, став со временем таким же. Только место Ротенбергов/Ковальчуков/Тимченко/Абрамовичей займут нынешние несистемные оппозиционеры. Надо бы срочно разъяснить широкой публике, чем они именно «системно» будут лучше.

Есть также ряд сомнений по части тактики протестов. Опыт Хабаровска и Белоруссии показывает, что подобные акции на фоне единства правящей номенклатуры и силовиков (особенно жестко действующих силовиков), а также в отсутствие четкой организации, опирающейся в том числе на понятную широким массам программу, утратив или даже не успев приобрести наступательный характер, довольно быстро идут на спад, сдуваются. Успехов, пусть хотя бы мелких, нет, уступок от властей нет и не ожидается, расширения протестов не происходит даже из солидарности к задержанным. Ради чего снова идти под дубинки, ломать судьбу и какую-никакую карьеру, а то и вовсе отправиться лет на пять в места не столь отдаленные за то, что «потрогал шлем росгвардейца» или покидался снежками? «Все равно ничего не добьешься». Примерно так начинает рассуждать обыватель. Успешные «цветные революции», когда девушки дарят цветы полицейским или засовывают гвоздику в ствол автомата полицейского или танка — и вот уже режим пал и настала свобода, — сказки из прошлого. Авторитарные режимы флешмобами не свергаются. Даже самыми креативными, с шариками, карикатурами и прикольными лозунгами.

Камеры, способные распознавать лица, выявят всех «смутьянов», а алгоритмы соцсетей под чутким контролем спецслужб обнаружат таковые на стадии публикации «крамольного поста». «Организацию» и «умысел» определят по кластерам телефонных переговоров, веди их хоть в зашифрованном Telegram. Общество атомизировано и представляет собой одно большое досье на всех в виде Big Data. Современные технологи тоталитарного контроля позволяют выслеживать крамолу на стадии зарождения «неправильной мысли», не то что организации. Если бы СССР обладал подобными технологиями, он бы и сегодня стоял, наверное, как скала. Недотянули. Зато теперь наверстывают, взяв уверенный курс на цифровизацию всея Руси, как ранее большевики делали коллективизацию. 

Немаловажным является и вопрос о том, кто эти люди, участвующие в протестах и «топящие» за Навального в соцсетях и во время «прогулок» по столичным бульварам. Это, грубо говоря, протест отчаяния тех, кому нечего терять? Бунт пассионариев во имя им понятных и разделяемых протестантами идеалов? Или просто «движуха» в исполнении представителей поколения затянувшегося пубертатного периода? Есть ли у этих людей ипотека или невыплаченный приличный потребительский кредит? Если они учатся в вузе, то за свой счет или родителей? Есть ли у них постоянный достойный источник дохода и обстоятельные планы на будущее? Может, они сводятся к планам «валить отсюда»? Тогда к чему драться с омоновцами? Не приходится ли им платить за сиделок и содержание престарелых предков? К сожалению, мы не узнаем ответов на эти вопросы. Властям неохота проводить подобные исследования, разве что для закрытой статистики МВД. Однако можно легко убедиться, что в лице фанатов Навального власти пока не видят «достойных соперников», с которым можно вести диалог иной, кроме как сквозь «запотевшее забрало» росгвардейца. И на одну тему — разойтись. Это все, условно, «хипстеры», а не «глубинный народ». Сей народ покамест безмолвствует. Хотя с ним «диалог» пришлось бы вести в условиях противостояния с силовиками куда как более уважительный.

«Глубинный народ», конечно, тоже посмотрел «фильм про дворец». Сказал: эвона как, а нам на лекарства не хватает! Но считает все это как бы в порядке вещей. «Царь» и должен жить во дворце, а те, кто на него нападают, просто сами хотят туда переехать. А что с того «глубинному народу»? Куда несешься ты, хипстерско-либеральная, креативная Русь молодая? Не дает ответа. 

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
«Сноб» предложил Ксении Собчак, Олегу Кашину, Алексею Иванову и Вере Мусаелян ответить на вопрос каким бы президентом стал Навальный, если бы завтра у него была возможность участвовать в конкурентных выборах?
1 апреля Наталья Шилова, бывшая сотрудница компании Евгения Пригожина, поставляющей продукты питания в школы и детские сады Москвы, выложила видео, в котором опровергла факты из интервью «Навальный LIVE», где ранее говорила об антисанитарии при поставках питания в школы. Теперь Шилова заявляет о давлении со стороны команды ФБК и призывает не верить скандальному ролику Навального и Соболь. «Сноб» изучил претензии сторон и составил хронологию событий
Константин Эггерт
Объяснения Кремля по поводу фильма «Дворец для Путина» никого не убедят, ведь российская власть существует в собственном мире, из которого, похоже, нет выхода в мир обычных россиян