Все новости
Колонка

Диссидентское возражение эпохе Путина. Зачем сняли фильм про Алексея Кудрина

26 Февраля 2021 15:02
Документальный фильм «Крепость. Хроники российского кризиса», премьера которого состоялась на днях на видеосервисе «Старт», — панегирик Алексею Кудрину, но также и попытка напомнить об альтернативном взгляде на новейшую историю России от ее строителей — необычное для наших дней предложение поговорить о том, что либералы принесли все же меньше зла, чем большевики

Центральный персонаж трехсерийной ленты — бывший министр финансов, ныне глава Счетной палаты Алексей Кудрин. Фильм вообще снят как бы по случаю его 60-летия, отмеченного, впрочем, еще в октябре, но для видеооткрытки от друзей лента, пожалуй, слишком масштабна, и поэтому во время просмотра не отпускает ощущение, что она предназначена для чего-то или кого-то еще.

Первый слой фильма, понятно, панегирик. Сложно ожидать чего-то другого от фильма, снятого друзьями и родственниками главного героя. В титрах авторы первым делом благодарят за поддержку Сбербанк, затем — клуб «418», закрытую организацию, созданную восемь лет назад супругой Алексея Кудрина Ириной. Естественно, и она, и глава Сбера Герман Греф — в числе основных рассказчиков былин о Кудрине наряду с Анатолием Чубайсом. Кроме них на экране появляются Дмитрий Медведев, Михаил Мишустин, Белла Златкис, Татьяна Нестеренко, Эльвира Набиуллина, старые кудринские товарищи еще по временам Ленсовета. Их роль — рассказывать о том, каким замечательным человеком и вдумчивым профессионалом всегда был и остается Кудрин, какими трудоголиками были все они.

Больше всего экранного времени досталось Чубайсу и Грефу, которые делятся воспоминаниями о совместной работе с Кудриным и работе вообще. Греф отвечает в этом дуэте за анекдоты, Чубайс — за пафос. Нередко они говорят шаблонными формулировками, как люди, привыкшие много лет рассказывать об одном и том же. «Мы оказались единственной командой, которая десять лет глубоко изучала и разрабатывала ответ, как реформировать советскую экономику», — вещает, например, Чубайс. То же самое почти дословно он написал несколько лет назад в предисловии к книге экономиста Сергея Васильева (который тоже ненадолго появляется в кадре) «Две жизни одного поколения. Записки экономиста эпохи трансформации», ее же не раз повторял в многочисленных интервью.

Ну а как еще отвечать на постоянные вопросы: «Как вы пришли к власти?» Все эти истории про встречу «на картошке» трех молодых экономистов, про бурные заседания Совета молодых ученых ИНЖЭКОНа и так далее, все тезисы о выборе между «чудовищно тяжелыми реформами» и гражданской войной, вставшем перед отважными реформаторами, давно известны. Они, можно сказать, уже составляют определенный канон, который остался пока невостребованным, но он есть, и повернись история чуть по-другому, этот канон, эти встречи и заседания, может статься, станут изучать в школах и вузах, как прогулку Огарева и Герцена на Воробьевых горах.

Фильм кажется элементом тихой, но настойчивой попытки ремифологизации эпохи перемен, куда, конечно же, задним числом вписываются новые герои, например, Владимир Путин. «Владимир Владимирович и Алексей Леонидович — те самые два человека, которые держали город пять лет, все на них держалось», — с гордостью на лице рассказывает Анатолий Чубайс, описывая Петербург начала 1990-х.

Известное дело, Сталин после того, как пришел к власти, стал главным творцом победы красных в Гражданской войне, Путин — через Кудрина — становится пока еще не главным, но одним из главных организаторов прорыва постсоветской России к капитализму, хотя как раз он в период работы в петербургской мэрии на слуху в городе вовсе не был. И когда герои фильма переходят уже к московскому периоду работы Алексея Кудрина, Путин продолжает витать над ними — он разруливает споры между Кудриным и Грефом, помогает им продавливать законы через еще своенравную Госдуму, постоянно показывает себя более мудрым руководителем, нежели они. Так в академической среде, бывает, нужно непременно включить в соавторы монографии научного руководителя, видного профессора, иначе труд не увидит свет, как бы хорош он ни был.

Название фильма «Крепость» тоже выбрано будто для реверанса патриотам — это же Кудрин обеспечил России финансовую независимость, рассчитался с госдолгом, придумал Стабфонд (конечно, под руководством Путина), то есть создал саму эту государственную крепость, в которой сейчас засели национал-консерваторы, а его минфин был ее донжоном.

Скриншот: Сайт видеосервиса START

Критики Алексея Кудрина в фильме нет, хотя могла бы быть. Авторы вообще избегают любых деликатных тем, не доведя повествование даже до отставки Кудрина после конфликта с Дмитрием Медведевым, и уж тем более — до его участия в оппозиционном митинге, не трогают его работу в Комитете гражданских инициатив, не вспоминают регулярные высказывания экс-министра о необходимости политических реформ. И эта осторожность вполне понятна, героев на всякий случай не хочется подставлять; фильм сделан явно не для того, чтобы провоцировать лишние споры.

1990-е — «черная дыра» российской истории; раз и навсегда заклейменные «лихими», они как бы заморожены в этом определении, будто не оттуда берет начало наша современность, включая и самого Путина. Многие из деятелей той поры еще в строю, более того, они входят в ареопаг, авторы показывают их — вот Кудрин, вот Греф, вот Дмитрий Козак, а вот, обратите внимание, и Путин рядом с ними; они могли ошибаться, им было очень трудно, но ведь они в итоге провели страну через все кризисы, на ходу сочинили наше новое государство и все его законы и правила. Разве Алексею Кудрину не присуждали званий лучшего министра финансов в мире за устойчивое прохождение Россией экономического кризиса 2008–2009 годов (этому посвящена вся третья серия)? Разве Греф не создал для россиян один из современнейших в мире банков? Разве не построили «либералы» одну из лучших налоговых систем? И разве могли они сделать все это, не закалившись тогда?

Фильм, так получилось, выглядит еще и почти диссидентским возражением сегодняшнему историко-политическому моменту. Вот в Москве устроили голосование на лучшую идею памятника с выбором между Феликсом Дзержинским и Александром Невским, отчего-то полагая, что мы всегда должны искать свое отражение только в какой-то глубокой старине. Но послушайте, если вы снова спорите о Дзержинском, если уже готовы пренебречь его кровавыми методами и утверждаете, что это «тоже наша история», то 1990-е — это тем более наша история. Может быть, уже настало время разобраться, поговорить и о них спокойно? Либералы 1990-х все-таки принесли меньше зла, чем большевики.

Даже если вы ненавидите Ельцина, ведь были еще и такие люди, как Кудрин, человек, уже в путинскую эпоху феноменальным образом добившийся уважения и в Кремле, и у оппозиции, умудрившийся ходить на митинги, оставаясь соратником и советчиком президента, — давайте он станет символом примирения, как бы намекают нам авторы фильма. Если не Путин и не Навальный, то почему бы не он? Оставьте Лубянскую площадь в покое, может быть, когда-нибудь там поставят памятник Кудрину.

Вам может быть интересно:

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

Вступайте в клуб «Сноб»!
Ведите блог, рассказывайте о себе, знакомьтесь с интересными людьми на сайте и мероприятиях клуба.
Читайте также
Сергей Николаевич
Эти слова могли бы стать девизом нового музея Иосифа Бродского «Полторы комнаты», создатели которого решительно отказались от привычных музейных форматов и канонов. По практически пустым комнатам знаменитого дома Мурузи в восхищении бродил Сергей Николаевич
Маша Слоним
О британской кухне в 70-е годы прошлого века советский человек мог сказать только одно: это не Рио-де-Жанейро. Тем не менее, оказавшись в Лондоне, тот же самый выходец из России (или в то время — из СССР) всегда мог найти достойный выход
Шесть лет назад она была успешной телеведущей, жила в Москве, делала карьеру. После убийства отца Жанне Немцовой пришлось уволиться с телеканала РБК, где она была одной из главных звезд кадра (впрочем, по некоторым данным, этого требовали от руководства канала в Кремле), покинуть Россию. Переехав в Бонн, Немцова пять лет проработала там ведущей на телеканале DW, но в прошлом году решила покинуть компанию. Сегодня она — общественный деятель, основатель фонда и центра при Карловом университете в Праге, которые носят имя ее отца. О жизни после 27 февраля 2015-го, конфликте поколений и симпатиях к Навальному с Жанной Немцовой поговорили Ренат Давлетгильдеев и Кристина Боровикова