Все новости
Колонка

Слова-маркеры Ксении Собчак. Что они говорят о настроениях среднего класса

5 Октября 2021 17:41
В 2021 году политика в России закончилась — теперь важна личная этика. Одни пытаются сохранить лицо, другие предпочитают отстранение и бегство от реальности. Поиск спасения в эзотерических учениях и игры в прятки с самим собой — все это уже встречалось в истории. Например, в 1970-х годах. Однако любая «нирвана» рано или поздно заканчивается, как показывает исторический опыт, — и придется выбирать и задавать себе сакраментальный вопрос: «Кто я здесь, в реальной жизни?» 

Ксения Собчак выложила в свой микроблог список слов-маркеров, «по которым безошибочно можно понять, что с человеком надо сворачивать разговор и бежать, пока он не продал вам “магический коучинг” или шапочку из фольги». Список состоит из 34 слов и выражений: «Я в потоке», «Мне откликается», «Просто побудь с этим», «Вселенная дала», «Безоценочно», «Это все иллюзии ума», «Сходи на випассану», «Просто наблюдай это», «Кто ты по хьюман-дизайну?», «Проживаю этот опыт», «Отпусти это» и так далее. 

Ксении Собчак не откажешь в чувстве времени — иногда она делает точные слепки эпохи (хотя и не всегда). «Шапочки из фольги» — можно подумать, что речь идет о каких-то сумасшедших, начитавшихся про теорию заговора, но это не так. Это также и не люди из ее круга. В порядке небольшого расследования попытаемся определить, о какой социальной группе идет речь. Эти слова-маркеры на 99% совпадают с так называемым «панганским языком» — словарем русскоговорящих дауншифтеров на острове Панган (Пханган) в Таиланде. Миф о жителях больших городов, променявших офисное рабство на песчаный рай в 2000-е, когда на деньги за сданную в Москве двушку можно было полгода жить в Тае, давно ушел в прошлое. Жизнь на островах дорожала, курс валют менялся, пришлось опять думать о заработках. Этот путь прошли, в общем, все дауншифтеры. Но у российских, в отличие от европейских, была одна особенность: их островной быт оброс религиозными практиками. Кто-то действительно ехал за просветлением и самопознанием — как они себе это представляли. Но в итоге эти практики в соединении с урбанизированным мировоззрением образовали постсоветскую квазифилософию, которая в качестве неотчуждаемого культурного наследия теперь вернулась домой. Набор практик и слов этой «политической эзотерики» удивительным образом подходит для описания новой ситуации на родине — где средний класс, прослойка просвещенных горожан, оказалась сегодня перед известным выбором. 

«В 2021 году политика в России закончилась — теперь важно личное поведение каждого» — об этом так или иначе говорят сегодня и Борис Акунин, и Дмитрий Быков, и много кто еще — имея в виду беспрецедентное давление на гражданское общество в последний год. Ситуация напоминает 1970-е годы, когда лишенная последних остатков оттепельных свобод интеллигенция вынуждена была выбирать модель поведения. Для части людей важна этика — если нет возможности сохранить голос, то сохранить хотя бы лицо («Берегите ваши лица» — был такой запрещенный спектакль на Таганке с Высоцким в 1970 году, воссозданный недавно). Кстати, в пакете с гражданским самосознанием обычно идет и поиск виноватых среди своих. Психологически это объяснимо: когда ситуация безвыходная, конфликт уходит вглубь, и все начинают грызть друг друга. Недавние «срачи прилетели» — об этом: скандал Алексея Германа-младшего и Зинаиды Пронченко, или вот Алексей Венедиктов, которого общество почему-то назначило виновным за провал электронного голосования в Москве. «Во всем виноваты критики; во всем виноваты Гайдар, Чубайс, Венедиктов!» — это, конечно, популярная формула, не уступающая по силе фамусовской, из «Горя от ума».

Ксения Собчак Фото: Сергей Карпухин/ТАСС

Но есть и другая модель поведения — намеренное отстранение от происходящего. Писатель Владимир Сорокин в беседе с автором этих строк вспоминал, как однажды, в 1980-е, поставил запись Галича в компании молодых циников, делавших карьеру в КПСС уже сугубо по материальным расчетам. Послушав, они сказали: «Знаешь, старик, как-то это все… скучно…» С помощью этого «скучно» они отстранялись, загораживались от печальной реальности, в точности как наши герои из словаря Собчак. Конечно, сегодня отстраниться не так-то просто — железного занавеса нет, и о происходящем мы можем узнавать из разных источников; для того, чтобы чего-то «не замечать», требуется уже некоторое усилие. Тут островная философия и пригодится. «Сходи на випассану», «просто наблюдай это», «отпусти это» — большинство фраз легко объединяются по одному принципу: намеренное бегство от действительности, самообман и игры в прятки с самим собой. Уговорить себя, что «в принципе» все норм — пока это тебя лично не касается — и происходящее нужно просто «принять». И нет ценностей, за которые стоило бы бороться, потому что «все равно всему».

Однако любая «нирвана» рано или поздно заканчивается, как показывает исторический опыт, — и придется выбирать и задавать себе сакраментальный вопрос: «Кто я здесь, в реальной жизни?» Удивительно, но без ответа на этот вопрос сегодня не может быть личности — того самого «настоящего себя», которого духовные дауншифтеры пытались найти на далеком Пангане. Вот про что на самом деле пишет Собчак — о неврозах и фрустрациях среднего класса, и, возможно, даже среди элит, по поводу происходящего на родине. Это не просто хохма от светской дивы, не просто ирония, как тут многие могли подумать. Все серьезно.

Больше текстов о политике, культуре и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
Геворг Мирзаян
Очередное задержание белорусского оппозиционера закончилось трагедией: он убил сотрудника КГБ и был застрелен. За трагедией последовал, увы, самый настоящий фарс, запущенный по приказу все больше отрывающегося от реальности Александра Лукашенко 
Михаил Шевчук
Идея Сергея Шойгу о постройке городов в Сибири на глазах трансформируется в визионерскую концепцию «народной империи» — если верить в то, что именно Шойгу втайне готовится на роль следующего лидера страны, то черновые наброски его программы уже существуют
Константин Эггерт
Внешнюю политику Германии давно определяет прежде всего бизнес-интерес. Переломить эту тенденцию будет сложно