Трудно не быть богом

+T -

Каждый, кто пытался рассказать на русском языке откровенную и нежную историю в публичном пространстве – написать текст в журнал, например, или в собственный блог, знает, как сложно это сделать. Я не могу вспомнить практически ни одного такого текста про чей-нибудь развод  или депрессию, про чье-нибудь падение – одним словом, ни про одну ситуацию,  когда человек был слаб и уязвлен и при этом пытался быть откровенным

Поделиться:

Истории о чувствах получаются или желтые, если речь о журнальных текстах, или сопливые и фальшивые, если речь о постах в «Живом журнале». Как будто у нас нет для этого специальных слов, языка. Как будто мы не умеем про это говорить. Как будто нам вообще не нужно про это говорить.

Несколько месяцев назад на сайте TED – портале, где размещают короткие лекции обо всем на свете, – появилась лекция американского психолога Брене Браун, которая называлась «Сила уязвимости». Лекция сразу набрала полтора миллиона просмотров – много даже по тедовским меркам. (Знаменитую лекцию Стива Джобса How to live before you die, например, посмотрели два миллиона человек.) Ее активно обсуждали в блогах, и особенно активно – в Рунете. Я посмотрела лекцию Браун, и мне показалось, что главный ее успех – в ужасно обаятельной манере лектора говорить. Главный же тезис – признайте свою уязвимость, и вас полюбят – показался мне слишком очевидным. И слишком американским. В конце концов, именно на этой незатейливой мысли уже много лет катается половина американского кинематографа.

Именно поэтому я решила, что популярность лекции Брене Браун в самой Брене Браун, а не в том, что именно она говорит. Как в песнях The Beatles – важно, чтобы эти простые песенки пели Пол и Джон. Иначе – не цепляет.

Браун действительно говорит так, что цепляет. Простыми словами, используя короткие логические ходы и понятные примеры. Так, например, она описывает людей, которые были успешны в отношениях:

«У таких людей было еще кое-что общее. Они полностью приняли уязвимость. Они считали, что то, что сделало их уязвимыми, сделало их прекрасными. Они не говорили о том, что состояние уязвимости удобно, но они также не считали уязвимость чем-то невыносимым. Они просто были уверены, что это необходимо. Они говорили о готовности сказать первыми “я люблю тебя”, о готовности делать что-то, когда нет никаких гарантий, о готовности пережить ожидание звонка от врача после маммограммы. Они готовы вкладываться в отношения с человеком, которые, возможно, сложатся, а возможно, и нет. Они считали, что все это не просто важно – необходимо».

Все просто, и все правда. Для того чтобы забыть о лекции Брене Браун и вообще обо всей этой идее с уязвимостью, мне не хватало сущей ерунды – работающего примера из жизни. То есть я хотела оглядеться, увидеть, что и в жизни все так, как говорит Браун, а не только в моих любимых американских сериалах и фильмах, запомнить Браун как хорошего рассказчика – и закрыть тему.

Тогда я стала читать комментарии под постами о Брене Браун. Стала вглядываться в людей вокруг меня. В себя.

Оказалось, что меня окружают сильные, успешные люди. Что у знакомых мужчин красивые породистые женщины. Что категория «хороший любовник» или «любовница» по-прежнему существует, как будто секс – это арена для показательных выступлений, а не высшая мера откровенности. Что все еще очень важно, кто кого бросил.

Что я не могу вспомнить, когда я последний раз просто сказала «мне больно», вместо того чтобы показать, что мне все равно.

•  •  •

Я нашла и прочитала книгу Брене Браун, она называется Gifts of Imperfection, нашла ее сайт и ее блог Ordinary Courage. Все они посвящены одной простой идее, которую сама Браун называет по-английски Wholeheartedeness, имея в виду умение жить полной жизнью и дышать полной грудью. Принимая и плохое, и хорошее, и свои недостатки, и недостатки других. Она много говорит о мужестве – о мужестве быть сильным и о мужестве быть слабым, и самое главное – о мужестве быть откровенным. Она очень логично говорит о том, что человек не может подавлять в себе какую-то одну эмоцию или чувство – никакой полной жизни, никакой счастливой жизни, никакого счастья в любви не может быть, если ты не даешь себе права на уязвимость.

Именно об этом – о праве на уязвимость, о принятии уязвимости – и была лекция Брене Браун. В рамках тедовского формата невозможно пересказать всю книгу и рассказать все о теории Wholeheartedeness, Браун сосредоточилась именно на уязвимости и буквально выстрелила в сердце нам, скажем так, представителям русской культуры. Людям, у которых нет специального языка для того, чтобы говорить о слабости. Обществу, где молодые и здоровые живут так, как будто старость и болезнь никогда не могут приключиться с ними. В самом деле, если бы мы допускали мысль, что и сами когда-нибудь будем настолько слабы, что не сможем подняться по ступенькам, разве мы бы не построили этот зло­счаст­ный пандус у подъезда?

•  •  •

Что мешает мне в лекции Брене Браун? Мне нужен конкретный пример, кейс. Что это значит в настоящей живой жизни – признать свою уязвимость? Что это значит на работе? В постели? В отношениях с родителями, детьми?

Моя шестилетняя дочь не так давно влюбилась в Игоря Краева – мальчика из ее группы детского сада. Однажды вечером она пришла и сказала: знаешь, мама, я сегодня целовала Игоря Краева – сначала на прогулке, потом за обедом и еще несколько раз в раздевалке.

Я сказала ей, что не надо нацеловывать бедного мальчика. И вообще лучше подождать, когда мальчик поцелует тебя первым.

Если перевести это на взрослый язык, я сказала ей: не показывай первая, что ты влюблена, не показывай свои чувства, не показывай, что ты уязвима. Если перевести это на язык подтекста, я имела в виду: вдруг окажется, что он в тебя не влюблен, ты будешь уязвлена, ты будешь в слабой позиции.

Женщины должны помнить о том, что их чувства могут осудить

Почему я так сказала моей шестилетней девочке? Потому что я знаю, о чем говорю.

Этим летом на snob.ru мы опубликовали статью Маши Гессен «Российская теннисистка больна раком, но вам об этом знать ни к чему» о теннисистке Алисе Клейбановой, больной раком, которая решила рассказать публике о своей болезни. И о том, как российская пресса не знала, что с этим ее заявлением делать.

«Поиск на имя Алисы Клейбановой на сайте газеты “Коммерсантъ” выводит рейтинги Ассоциации теннисисток за 5 и 12 июля. Ни авторы биографии теннисистки на сайте sports.ru, ни даже авторы рус­ско­языч­ной статьи о ней в Wikipedia не добавили информацию о болезни к истории жизни Алисы Клейбановой (англоязычная статья, конечно, немедленно обновилась). Будто то, что Клейбанова сказала о своей болезни, – возможно, главное и самое тяжелое публичное заявление, которое ей когда бы то ни было приходилось делать, – это досадная неловкость, которую стоит скрыть от посторонних глаз. Это уже даже не отсталость, это диагноз», – написала Маша. (В настоящий момент статья в Wikipedia об Алисе Клейбановой на русском языке уже содержит информацию о ее болезни. – Прим. ред.)

Я зацепилась за два комментария под этим текстом. Один из комментариев принадлежал участнику проекта Владимиру Громковскому. Громковский писал, что есть вещи, которые не нужно показывать, выносить на публику.

«Если кто болен, особенно если тяжко, – помолитесь за него, навестите, ободрите беседой, порадуйте гостинцем. Но и это, как болезнь, не выставляйте на вид. Доброе дело у порядочных людей молчаливо».

Другими словами, не надо показывать болезнь, слабость, у русских это не принято – говорит Громковский.

Еще один комментарий принадлежал Анне Варге, психотерапевту, тоже участнику проекта «Сноб», которая стояла у истоков психотерапии в России.

Анна написала: «У журналистов российских та же ментальность, что у остального населения. Я согласна, что, конечно, их нужно учить писать о социально неодобряемых темах».

Я пришла к Анне, чтобы спросить, что конкретно она имеет в виду в своей реплике про ментальность. Не думаю, что кого-то удивит то, что я услышала. Мы поговорили про то, что в России демонстрировать слабость не принято. Слабого скорее добьют, чем окажут сочувствие. Варга говорит о том, что мы наследуем эту идею о выживании везде: в культуре, в семье, в обществе.

По словам Варги, все это особенно касается мужчин. Для примера Анна рассказала мне, как ей попалась в руки книга Татьяны Устиновой – с ее книгой в руках едет в метро каждая пятая женщина. Одним словом, Варге в руки попался текст, который показывает, как воспринимает отношения обычный русский человек. «Знаете, единственная эмоция, которая позволена мужчине в этих книгах, – это гнев, – говорит Варга, – абсолютно все чувства, которые проявляет главный герой, показаны через гнев». Все остальное мужчине ни к чему. Все остальное указывает на его слабость. Действительно, не до нежности – скажут, распустил нюни.

Я в связи с этим вспомнила еще один журналистcкий текст о слабости. Недавно я читала колонку Игоря Мальцева о том, как он понял к шестидесяти что ли годам, что тоже имеет право на слезы. Что известная детсадовская максима «как не стыдно плакать, ты же мальчик» не работает. Этот текст в один день разошелся по соцсетям, собрал множество комментариев. Несоразмерно много для такой простой мысли и объяснимо много для мысли, высказанной в обществе, где мужчины действительно не плачут.

Одним словом, лекция Брене Браун оказалась как будто специально придуманной для русских. Это не значит, что она не касается американцев или европейцев, конечно же, признание уязвимости – проблема общемировая. Но для русских, точнее, для бывших советских, это проблема не конкретного пациента психотерапевта, а проблема общая. Проблема культуры.

•  •  •

Брене Браун выглядит очень привлекательно и органично во время своей лекции по двум причинам. Во-первых, она говорит с публикой на понятном языке. Она говорит о том, что испытал каждый сидящий в зале, и поэтому тут же добивается расположения.

Мужчины должны помнить о том, что их эмоции могут увидеть

Она говорит для людей, которые знают, что такое ходить к психотерапевту. Описывая свой первый визит к психотерапевту, она вспоминает, что сразу же сказала: только, пожалуйста, давайте без вот этого дерьма про семью и детство. У меня есть конкретная проблема, давайте ее и будем решать. Психотерапевт слушает, Браун излагает проблему и спрашивает: со мной все плохо, да? Терапевт отвечает так, как отвечает в таком случае любой терапевт: это ни хорошо и ни плохо, это просто то, что есть.

Я подумала: о Господи, это будет ужасно, – говорит Браун. Зал, конечно, хохочет.

Кроме того, Браун рассказывает про уязвимость не как про какое-то абстрактное знание. Она говорит о том, как сама пришла к нему.

Брене Браун – социальный работник, доктор наук. Она занимается отношениями между людьми, как она сама говорит, «потому что отношения – это то, ради чего мы здесь». Ее первая книга называлась I Thought it Was Just Me, она про чувство стыда, которое Браун исследовала много лет.

«Очень быстро – через полтора месяца после начала исследования – я наткнулась на безымянное понятие, которое раскрывало отношения с такой стороны, которую я не понимала или никогда не видела. Поэто­му я отошла от своего исследования и стала разбираться, что это такое. Оказалось, что это стыд. Стыд – это страх утраты отношений. Есть ли во мне что-то такое, что может сделать меня недостойным отношений с другими людьми, когда они об этом узнают? <...> В основании стыда лежит сильнейшая уязвимость, поскольку, чтобы отношения состоялись, мы должны позволить людям увидеть нас такими, какие мы есть на самом деле».

То, что она поняла про уязвимость, стало для нее серьезным испытанием. В своей лекции она, со смехом вспоминая этот этап своей жизни, говорит, что описывала его тогда как нервный срыв, а ее психотерапевт называл его «духовным пробуждением».

Она стала анализировать случаи из своей практики. Пыталась понять, что отличает людей, умеющих строить отношения, от тех, у которых с этим проблемы. Во вступ­ле­нии к своей второй книге Брене Браун рассказывает, как однажды она разделила лист бумаги пополам: одна колонка называлась «Да», другая – «Нет». Она выделяла ключевые слова-характеристики в историях своих пациентов и записывала эти характеристики в левую или правую колонку в зависимости от того, насколько успешны в любви и принятии были люди, которые рассказывали эти истории. Успешны не в том смысле, что они жили долго и счастливо и нажили много детей, а в том смысле, насколько они сами ощущали единение с партнером, насколько им удавалось принять партнера и открыться самим.

В колонке «Да» оказались слова «достоинство», «отдых», «игра», «вера», «доверие», «интуиция», «надежда», «любовь», «приятие», «радость», «творчество». В колонке «Нет» – «совершенство», «подавление», «уверенность», «опустошение», «самодостаточность», «критика», «нехватка» и еще такие выражения, как «соответствовать чему-то» и «быть крутым».

После этого, как пишет сама Браун в книге, она закрыла рот рукой, отчеркнула колонку «Нет», написала рядом «это все про меня» и пошла к психоаналитику.

«На это ушло около года, – говорит Браун уже со сцены. – Есть люди, которые, осознав важность уязвимости и нежности, перестают им противиться и начинают так жить, но а) ко мне это не относилось, и б) я даже не общалась с такими. Для меня это была личная драма, которая длилась целый год. Это был поединок. Уязвимость нападала, я нападала в ответ. Я проиграла битву, но, возможно, вернула свою жизнь».

Мне кажется, мы все очень похожи на Брене Браун – мы уже что-то поняли про уязвимость, но мы все еще продолжаем с ней бороться.

Я готова воспринимать лекцию Браун как лекцию прекрасного рассказчика. Как аттракцион.

Мальчики не должны показывать своих чувств, потому что они будущие мужчины

Вот почему каждый раз, когда разговор заходит о том, что кто-то не испугался проявить слабость, что кто-то показал нежность на людях, про уязвимость вообще,  все с удовольствием его поддерживают – это какая-то манящая и хорошая идея, мы даже уже знаем, что она работает, по крайней мере в американском кинематографе, но она пока еще совсем не в ходу. Иными словами – я уже признаю право мужчины на слезы, но я все еще учу дочь, что поцеловать мужчина должен первым.

Кажется, именно поэтому – показать слабость идея привлекательная, но по-настоящему признавать ее не хочется – на российском телевидении нет ни одной программы, построенной на том, что герой искренне рассказывает о своей боли, от которой бы не тошнило. Такие попытки сразу превращаются в приснопамятную передачу «Окна», где ненастоящие герои рассказывают про свои ненастоящие извращения, вместо того чтобы рассказать простую и честную историю.

Или в передачу «Женские истории» с Оксаной Пушкиной – вкрадчивый закад­ро­вый голос, пародирующий интонацию разговора по душам, негромкая музыка, какой-то розоватый блер в качестве спецэффекта. Тут вроде и вправду хотят рассказать честно и от души, но настолько не знают как, настолько ошибаются в тональности, что ничего не чувствуешь, кроме фальши.

Показать слабость – это, с одной стороны, привлекательно, но с другой – по-насто­яще­му признавать ее не хочется, и, кажется, именно поэтому представители власти в России идут на весьма странные жесты – например, как Владимир Путин, который поцеловал мальчика Никиту в живот. Но и это настолько все лживо – кто поверит, что Путин может испытывать нежные чувства к детям, после Беслана и «Норд-Оста»? – что не вызывает ничего, кроме ощущения полной абсурдности ситуации. Что это вообще такое – целовать чужого ребенка в живот? Люди, которые умеют проявлять нежность к детям, погладят по голове, потреплют по щеке, поцелуют в макушку.

Последним российским политиком, публично признавшим свою уязвимость, был Борис Ельцин, сказавший «я устал, я ухожу». Тогда, в 1999 году, этот шаг казался логичным. Сейчас он кажется нереальным, невозможным. Невозможно представить себе в такой роли с этими словами даже какого-нибудь губернатора, мэра, что уж говорить о президенте. Такие не устают.

Почему Путин не разведется с женой и не женится, например, на Кабаевой, как женился Саркози на Карле Бруни?

Почему Светлана Медведева, раз уж она отвечает у нас за семью, любовь и верность, никогда не погладит своего мужа по руке на публике и не посмотрит на него с той нежностью, с которой смотрит на своего мужа Мишель Обама?

Один из главных тезисов Брене Браун в том, что нельзя подавлять одни чувства, не подавляя другие. Когда мы подавляем слабость, подавляем нежность, подавляем вообще уязвимость, то же самое происходит с радостью, благодарностью, счастьем, заботой.

Легко говорить такое, когда речь идет о тебе лично. Или даже о твоем пациенте.

Но как сложно сказать это о целой нации, культуре.

Потому что невозможно в самом деле поверить, что на Земле существует такая огромная общность людей, которые не умеют любить. Которые считают, что усыновление, например, – это не проблема общества, а проблема государства. Чьи правители не уходят в отставку. Чьи мужчины умирают раньше старости, оттого что всю жизнь терпели, бухали и скрипели зубами, вместо того чтобы показать слезы.

Невозможно в самом деле поверить, что миллионы людей изо всех сил скрывают собственную слабость только для того, чтобы найти в себе силы не видеть ее в других.С

Комментировать Всего 38 комментариев

Последнее время читая Сноб, не могу отделаться от ощущения, что авторы пишут о каком-то ином, не известном мне народе, который и языком беден, и чувствами обделен и о любви понятия не имеет.

И хочется задать вопрос: Вера, Вы какими языками владеете? На каких языках Вы читали искренние посты про разводы и депрессии и особенно падения? Выступления людей, которые зарабатывают таким образом ( писатели, психологи и так далее) не в счет, да и искренними их считать трудновато. Когда у меня появился аккаунт в ЖЖ, а было это в 2002 году, там все писали искренне и обо всём. И о разводах, и о любви, и о радостях, и о депрессии, и о выходе из неё . И мужчины, и женщины, и, в частности, я. 

Я много раз видела, как русские мальчики и русские мужчины плачут. Я первой признавалась в любви. А если бы Вы видели вчера Ярославль, хотя бы и по телевизору, то тоже увидели бы, как мужчины всех возрастов плакали, не замечая камер.

Скажите, может Вы видели как гладит по руке и смотрит с нежностью на Джоржа Буша его жена Лора? Зато уж наверняка не могли этого не видеть у Раисы и Михаила Горбачевых.

Вы ещё приведите в пример искренности ту американскую мать, которая, кичась своей уязвимостью, истезала ребенка и вливала в рот кетчуп чили и снимала это всё на видео, лишь бы попасть на передачу Доктор Фил и искренне об этом рассказать.

Боязнь признать свою уязвимость - это проблема отдельных людей. Отдельных личностей. И люди эти повсюду. Иначе бы не появилась Брене Браун там, где она появилась. Так что может не надо натягивать эти обобщения на всю нацию и в сотый раз обвинять её в ущербности? И почему, зачем эти постоянные страдания "ах были бы мы как американцы", "были бы мы как французы". Как вообще на счет научиться видеть наши достоинства? Принять и уже научиться любить себя такими, какие мы есть?

Танечка, ваш ответ не читала, но написала почти все то же что и Вы, забыв только о том, что в любви я тоже признавалась первая, и в 13 и в 31 и в 36.Полностью Вас поддерживаю!

Абсолютно верно. Татьяна! за всеми этими хава ю? скрывается обыкновенная вежливость и этикет, а чаще равнодушие, не имеющий ничего общего с состраданием и желанием выслушивать уязвимого собеседника, и только в Италии выслушают, и спросят и сами раскажут. Потому  так и близки и по тепераменту и восприимчивости, и  неореализм итальянский и наше советское кино.

Недавно один доктор-американец мне сказал: "Если вы из России, то это не значит, что все вопросы можете решить самостоятельно. Иногда действительно нужно кому-то пожаловаться и попросить помощи". :)

Если я хочу написать о себе откровенно, то делаю это в форме рассказа, вроде, как не обо мне.  ")

Гм. Мне как-то всегда казалось, что притворная неуязвимость - она функция скорее от общекультурной истории, чем национальных тонкостей, если брать условную европейско-христианскую культуру. И на западе где-то она просто уже успела в большей степени смениться открытостью, чем в России - так в России не только этот момент запаздывает, чего уж. Это первое, и второе - мне всегда казалось, что называя вещи своими именами, я оказываюсь как раз в позиции предельно неуязвимой, а тут вот это же фактически явление - давайте называть вещи своими именами - обозначено, тем не менее, как уязвимость; тоже маркер, хм.

Эту реплику поддерживают: Катерина Инноченте

что, прям правда ни одного не можешь вспомнить текста про уязвимость, слабость, Вера?

http://woody-alex.livejournal.com/1224661.html

А вообще, это странно. Ты живешь в мире, в среде, в которой примерно все твои друзья ведут себя искренне, откровенно,  и иногда более чем уязвимо. Включая тебя саму. Но при этом ты пишешь текст про то как какие-то условные "мы" чего-то там не умеем.

Может начать с себя, вместо того, чтобы клеймить прям всю нацию целиком?

Ну, типа, например, начать учиться помогать, сопереживать?

Вопрос, разумеется, риторический.

Эту реплику поддерживают: Катя Пархоменко

Вера, спасибо

А  мне  текст  понравился.  Закрепощение  людей  в  России  очень  чувствуется.  Но  мне  кажется,   что   уязвимость  не  слишком   подходящее  к  явлению  слово  -  дело  во  внутренней  свободе.

И мне текст понравился. Хотя я не на сто процентов согласна со всеми тезисами. Но на 90 согласна. Но тут вопрос не в том, чтобы быть согласным, со всем, что высказано. Главное, что поднятый вопрос в наложении на российский/бывший советский менталитет действительно очень важен. И говорить о нем надо. И это первое, чему учать психологи: научитесь говорить. И Вера высказала свои мысли. Хорошо высказала. 

Хороший текст

Могу подтвердить многие тезисы примерами из своей практики.

Волею судеб :) (простите за пошлость) я часто сталкиваюсь с необходимостью привлечения психотерапевтов, психиаторов для помощи тяжелым больным.

Так вот, лучшие из них - это те, кто сам болел и смог пережить, принять свою болезнь. Они принимают ее, воспринимают ее как данность, не скрывают своей "как бы ущербности" перед своими подопечными, пациентами. Таким людям пациенты верят. Если к тяжелому, скажем - онкологическому, больному прийдет румяный психотерапевт и спросит: "Как дела, чувак? Чего киснешь? Жизнь прекрасна!" Это совсем не то, если прийдет к пациенту человек на костылях, к примеру.

То же относится и к лечению алкоголизма/наркомании. Лучшие психотерапевты - пережившие сами период алкогольной или наркотической зависимости. Почти предельный, крайний, но от этого не менее эффективный вариант - общества анонимных алкоголиков. Там даже занятия начинаются с представления: "Здравствуйте. Я - Вова. Я - алкоголик (наркоман)." То есть они изначально признают свою уязвимость. И это работает.

Хороший текст, подписываюсь :)

Эту реплику поддерживают: Natalia Kuznetsova, Ирина Фьелльнер Патлах

Скажите, Алексей, Вы согласны с Брене Браун или с Верой Шангелия?

или так:  считаете ли Вы что поведение пациентов, о котором Вы говорите, чисто русское или всё же общечеловеческое?

Эту реплику поддерживают: Млада Стоянович, Irina Abarinova

я считаю, что русским, в большей степени, чем многим другим (подумаю про то, кому больше или меньше), свойственно пытаться делать вид, что все у них прекрасно

Когда выясняется, что нет, они ломаются. Как кто-то сказал: "Лучше быть, чем казаться". Русские часто хотят именно казаться. Это, частично, находит отражение и в желании пускать пыль в глаза за границей, сорить деньгами, покупать ненужные дорогие машины и пр. Очень тяжело для многих происходит этап "признания болезни". Об этом я говорил, например, с Маршаком, чья клиника лечения людей от алкогольной и наркотической зависимости у нас в России есть. А он может сравнивать, он работал (работает) как в России, так и в Штатах.

Ну, общечеловеческое, конечно, тоже. :)

Подумал еще немного.

Был такой дядька по фамилии Ховстед. Так вот он исследовал некоторые общие черты, национальные или внутрикорпоративные, которые нужно учитывать при построении системы управлениялюдьми, HRM.

Есть там деления: дистанция власти, избегания неопределенностей, коллективизм/индивиуализм, маскульность/феминность. Думается, что нежелание выглядеть слабым в большей степени выражено там, где в культуре преобладает маскульность, мужественность (не путать с коллетивизмом). Например, в культурах Кавказа, Японии, арабском мире и др. Недаром там есть такие вещи, как сэппуку и самоубийство со всей семьей, поединок за идею до смерти и др.

У русских, как мне думается, желание выглядеть "как насстоящий мачо" проистекает еще и от осознания того, что они таковыми на самом деле не являются. Нет приемственности поколений. Нет богатых людей в 3м, 7м поколении. То есть - проявление собственных комплексов, а их в России очень много, можно об этом долго говорить.

Извините, немного отвлекся :) 

Эту реплику поддерживают: Anna Bistroff

делать вид, что все у них прекрасно

Спасибо за пояснения. Но мне кажется, Вы ошибаетесь, думая, что это особенно свойственно русским. 

У меня есть даже такой аттракцион, когда заскучаю, на вопрос коллег, как мои дела, я вместо дежурного "всё прекрасно", действительно рассказываю как у меня дела. И смотрю, как моих коллег, голландцев и американцев ( с итальянцами такой номер не проходит) это вводит в ступор и они не знают как реагировать . Почему? потому что они этого никогда не делают. Зато когда я работала в России, только спроси кого-нибудь как дела и тебе сразу расскажут и про тещу, и про детей и про всё подряд. И это вовсе не будет рассказ "вот какой я мачо" , а скорее наоборот.

Про тяжелые болезни, да, бывают пишут подробный мэйл. Потому что доктор назначил написать, HR провел беседу и так далее. Но никто не воспринемает это как искренне поделиться с людьми - это как лекарство, и человек таким образом решает свою проблему, и на людей, в принципе ему не близких, по большому счету наплевать. И о своих чувствах никто не пишет, а пишут о том как они собираются это преодолевать, какие меры и всё такое.

Так что я по прежнему согласна с Брене Браун, а с Верой Шангелия - категорически нет.

Эту реплику поддерживают: Млада Стоянович, Irina Abarinova

Не совсем с Вами согласен

Продолжая мысль Иосифа Раскина, сформулированную им ниже, хочу подтвердить, что я тоже считаю, что внешнее проявление мягкости и даже слабости - признак внутренней силы. О том же говорят и китайцы : Инь побеждает Ян. :)

Уровень закомплексованности и осознания внутренней ущербности (ни на чем не основанной, ИМХО) в России огромен. Закомплексованнось же приводит или к агрессивности и/или к желанию показать, что ты лучше других.

Отдельным фактом является "русский разговор по душам за рюмкой водки/коктейлем Маргарита. Психотерапия по-русски.

Мы говорим о среднестатистических вещах. Есть множесво отклонений и исключений. Но, в среднем, я рридерживаюсь другого мнения, чем Вы.

Эту реплику поддерживают: Наталья Кигай

С Иосифом ведь и я совершенно согласна :)

И даже с относительной закомплексованностью я соглашусь. Но не как с национальным признаком, к скорее как с трендом. И корни, на мой взгляд у неё другие. В силу нескольких причин, большинство Россиян мало путешествовало, и не учило иностранных языков и, помимо этого, нескольким поколениям очень удачно внушали "как надо и как правильно", и поэтому есть трудности с тем что называется "open minded" - не могу подобрать эквивалент в русском языке.

Но как можно сказать, что русские, это( цитирую) "огромная общность людей, которая не умеет любить" ?  Не способны на радость, нежность, благодарность и счастье?

Не способны, как целая нация, признать свою уязвимость? Это, уж если на то пошло,   даже противоречит тезису о закомплексованности.

Эту реплику поддерживают: Татьяна Сергеева

Ой, кажется, я неиговорил, что русские немумеют любить, сейчас посмотрю свои комментарии, сори, пишу с мобильного устройства, не очень удобно.

Про всю нацию так точно нельзя сказать, это не так.

А по поводу Вашего последнего абзаца, так, с моей точки зрения, не противоречит. Например, Китай в свое время сказал, что он самодостаточен и не нуждается в импорте, тогда Англия предложила ему опиум, от которого он не отказался :) дальше - известно, гонк Конг и Пр. Так тезис у Китая был именно такой: мы - уязвимы и попробуем пожить закрытой страной. Это было ошибкой, видимо.

Япония тоже признала на рубеже 19-20 века свою уязвимость и сменила государственные ориентиры и тд но это все отвлеченные рассуждения

Нет у меня рецептов :) Я делаю свое маленькое дело. Пытаюсь чувствовать себя свободным и прокладывать усилия к тому, чтобы близкое ко мне окружение тоже чувствовало себя свободным и незакомплексованным. :)

Но про

нет, нет, это Я Веру цитирую, а не Вас. Извините если запутала.

Да, и пожалуй Вы правы - не противоречит.

Ааааа

А то я уж испугался :)

Меня заносит частенько, конечно, но не так сильно :)

Врачу - излечися сам. 

Румянец на лице психотерапевта совершенно не залог того, что он будет пороть чушь в общении с онкологическими больными.  В сообществах анонимных алкоголиков , наркоманов и обжор главное лицо все же модератор, которому совершенно не обязательно самому пить до положения риз или колоться героином.

Конечно, больному полезно пообщаться с товарищем по несчастью, но главное все-таки - лечиться ( в плане психотерапии )  у человека сильного, умного и наверно все-таки здорового.

Не спорю

Просто привожу пример из своей практики, все же я не профессиональный врач

В той гематологической среде :), в которой я вращаюсь, есть девушка одна, ее зовут "солнышка". Искалеченная болезнью Гоше.

Ходит на костылях, сама перекореженная, ужасно "некрасивая". Но она излучает такое тепло, энергию и позитив, что заражает и пациентов и врачей лучше всяких штатных психотеропевтов.

Когда она получила образование психолога, можно себе представить что ей это стоило, она стала бесценным кадром для поддержания тяжелых больных. Врачи на нее просто молятся.

Конечно, единичный случай - не норма, но меня заставил этот пример задуматься.

Алексей, Вы думаете, что болезнь добавила этой девушке тепла - или способности его излучать ? Это вопрос нериторический.

Я понимаю, что вопрос не риторический

Думаю...

Думаю, что в данном Конкретном(!) случае дело обстояло так:

Девушка (девочка) попала к врачам, с которыми я работаю и другим, после многочисленных неверных дагнозов, химеотерапии, которую ей не нужно было делать (у нее болезнь Гоше), с весом в 37 кг и Пр.

Врачи с ней возились так, как многие не возятся со своими родными людьми. Ну, очевидное добавление, что она не Москвичка и не богатая и тп

В общем , после нескольких лет страданий и равнодушного к себе отношения она получила огромный поток искреннего тепла, участия и любви (сори за пафос, но так и есть)

И в ней что-то сломалось

Она перестала депрессивно и жалостливо воспринимать этот мир. Хотя, депрессивно, наверное, и не воспринимала, но - жалостливо и слезливо - да

Теперь она зовется "солнышком" и помогает другим :)

Так, что, наверное, болезнь и удача, что попала к сострадательным людям

Да, еще мелкое замечание. Она, кажется, не очень религиозна. По крайней мере, это не на виду. Ну, и еврейка она :) а врачи русские, тувинцы и Пр. И всем, как Вы понимаете, глубоко наплевать кто какой национальности :)

Способность проявить уязвимость, подставить мягкий незащищенный живот партнеру - или городу и миру - это оборотная сторона внутренней силы, самодостаточности, развитых механизмов защиты своего Эго. Как на уровне индивидума, так и наверно всего общества.

Татьяна, хотел бы поделиться с Вами своим мнением по обсуждаемому вопросу. Начну с того, что чаще всего в разного рода снобских дискуссиях моя позиция или полностью совпадает с Вашей или очень близка к ней, но в данном обсуждении я гораздо ближе к мнению Алексея и автора статьи. Мой опыт общения с соотечественниками- мужчинами позволяет предположить, что по сравнению, например с канадцами, которые меня окружают, последние гораздо более открыты в признании собственных проблем и слабостей, чем выходцы из Союза и России.И чем более закомплексован мужчина, тем тяжелей он признаёт собственные проблемы. Сам прошёл это чистилище и теперь, как мне кажется, вижу как могло бы это помочь очень многим моим знакомым, но увы...

Согласен, что автор несколько перегибает, но это общий стиль подобных публикаций на Снобе.

Рискну предположить, что это , возможно, проблема поколения, а не нации

Все, что  говорит Брене Браун- это правильно и понятно для америанского общества. Но русские понимают уязвимость согласно своей культуре. И что же в этом плохого? У каждого народа свои национальные особенности в способах выражения  чувств.

Успешные люди, независимо от принадлежности к нации, не могут по правилам бизнеса, к примеру, показывать свою слабость обществу. Сразу полетят все ставки, проценты, маржи и пр. Но это не значит, что они не признаются в своей слабости близким людям.

Интересный текст. Мне почему-то кажется, что для того чтобы в наилучшей мере понять черты характера присущие конкретной нации или людям живущим в одной стране надо обратиться к классической литературе. Именно классической. Я так пишу потому что после прочтения статьи я сразу почему-то вспомнил героев М. Булгакова "Мастер и Маргарита". Для кого-то это сказка или произведение в стиле фэнтези,  но на самом деле это вечная история о великой силе и одновременно абсолютной уязвимости. И так приятно, что эта история была рассказана именно в Москве.

Я не могу вспомнить практически ни одного такого текста про чей-нибудь развод или депрессию, про чье-нибудь падение – одним словом, ни про одну ситуацию, когда человек

Вера, вы меня извините но весь прошлый год Аркадий Сухолуцкий писал о себе и писал откровенно, за что был нещадно поруган и осмеян.

Слабого скорее добьют, чем окажут сочувствие. Варга говорит о том, что мы наследуем эту идею о выживании везде: в культуре, в семье, в обществе.

Я не знаю, где это у вас? В каких семьях, в какой культуре и т.п.. Сострадание одно из главных качеств русского человека. Не нужно в очередной раз из нас делать монстров, эмоционально тупых и жестоких.

" Для примера Анна рассказала мне, как ей попалась в руки книга Татьяны Устиновой – с ее книгой в руках едет в метро каждая пятая женщина. Одним словом, Варге в руки попался текст, который ..."

А что Татьяна Устинова у нас нынче единственный образчик русской литературы? Это смешно. Мое поколение в школе не Устинову читало, да и не в школе, а Толстого, Чехова, Достоевского, Гончарова. Да и дочь моя и все мои знакомые не Устиновой живы, и даже не Агатой Кристи. И потом, что такое Устинова? Вы серьезно  с  Варгой считаете, что чтение Устиновой в метро, это вдумчивое, глубокое чтение, которое влияет на умы и души? Вообще, не понятен этот акцент на бедной Устиновой. Поведение мужчины у нас декларируется по телевидению. И не далее как неделю назад вся страна видела, как плакал Третьяк,  не боясь показаться слабым,  да и не только он, а Вы про какую-то третьесортную литературу. Вера, советую Вам с Еленой Варгой посмотреть еще раз фильм «Судьба человека», «Война и мир» если нет времени перечитать. Ну и 9 роту младшего Бондарчука. Вот где отлично об умении мужчины быть «слабым» и умении сочувствовать.

Но для русских, точнее, для бывших советских, это проблема не конкретного пациента психотерапевта, а проблема общая. Проблема культуры.

Это для каких бывших советстких? Для Вас Вера? Или рожденных в перестройку, или может быть для ветеранов войны? Т.е мы все бывшие советские уже и не русские. Гениально, а главное толернатно, исторически правдиво, очень по-европейски.

Стыд – это страх утраты отношений. Есть ли во мне что-то такое, что может сделать меня недостойным отношений с другими людьми, когда они об этом узнают?

Вот в этом разница между русскими и американцам. Стыд - для русского человека, по моему мнению - это страх утратить отношения с Богом. Людей можно обмануть, скрыть, не сказать, а себя и Бога в себе не обманешь.

Эту реплику поддерживают: Ирина Гуккина

на российском телевидении нет ни одной программы, построенной на том, что герой искренне рассказывает о своей боли, от которой бы не тошнило. Такие попытки сразу превращаются в приснопамятную

Вера, а Вы смотрите канал Культура? Вы смотрели удивительный документальный фильм Сергея Соловьева об актере Николае Пастухове? Вы вообще этот фильм Сергея Соловьева видели, Станционный Смотритель"? Вы смотрели документальный фильм Александра Коняшева и Ольги Каменковой-Павловой "Процесс Синявского и Даниэля" посвященный 85 летию со дня рождения Юлия Даниэля? Может быть и "Серебряный шар" Вульфа был для вам пошлятиной? И "Чтобы помнили" Леонида Филатова?

Почему Светлана Медведева, раз уж она отвечает у нас за семью, любовь и верность, никогда не погладит своего мужа по руке на публике и не посмотрит на него с той нежностью, с которой смотрит на

И это просто удивительно! Вера???!!! Вы считаете, что здесь, на этой земле власть является примером для народа? Что, увидев, как Медведева гладит своего мужа по рубашке, непременно как Мишель Обама ( вот я так понимаю лейтмотив статьи – Америка наше всё))) наши мужчины станут такими же уязвимыми как американские солдаты в Ираке, которых увозили с нервными срывами? Или Вы на полном серьезе считаете, что популистские жесты, такие как поглаживание мужа пор рубашке могут ввести кого-то в экстаз, кроме американских фермеров? Что бы подтвердить мужчине свою любовь на него можно просто посмотреть. И это прекрасно доказала Раиса Горбачева. Ельцин показал слабость? А что он показывал до этого, вы не задумывались?

Невозможно в самом деле поверить, что миллионы людей изо всех сил скрывают собственную слабость только для того, чтобы найти в себе силы не видеть ее в других.С

Слабость. А что такое слабость? Это открытость? Искренность? В чьем понимании это можно считать слабостью? В понимании ущербного человека. Я никогда это слабостью не считала.

 У моего мужа есть коллега, она англичанка   работает в лондонском офисе компании,  где он часто бывает в командировках. Она любит Россию. И в отпуск приезжает только в нашу страну. Когда он спросил у нее – Почему? Она ответила: я влюбилась в вашу страну, у вас удивительные люди – открытые, добрые, отзывчивые. Она  проехала всю  Сибирь, была на Дальнем Востоке, Ярославле, Суздале. Она специально, чтобы путешествовать начала учить русский язык.

Остается один вопрос. Почему с давних времен люди закрывали свои жилища на замки, а окна  ставнями, в Италии и до сих пор закрывают, да и не только в Италии.

Оставить часть себя себе – не значит быть слабым, это значит сохранить себя. 

Америка со своей короткой историей вряд - ли может оценить опыт Европы, по части уязвимости и защиты, куда ей до столетних войн, эпидемий чумы и ctr. А уж в рамках исторических событий последних  40 лет, вряд ли можно притянуть теорию уязвимости Брене  Браун  и уязвимость, как основное качество американского человека, даже если он прилюдно гладит своего мужа по рубашке….

Хорошо написали, спасибо, Вера.

Вера, Вы правы! Нам всем не хватает нежности...

СамоеСамое

Все новости